Faster – S-T-I-K-S. Шустряк. Человек с кошкой (страница 9)

Для перевозки добра сгодился все тот же грузовик, что был угнан мною с базы. Его еще вечером отогнали на соседний кластер, но сейчас уже послали пару ребят, чтобы его вернуть, после чего начать погрузку. Флай, единственный из четверых гостей, кто почти все время молчал и не высказывал своего мнения, под конец тоже подключился к общению, но не так рьяно, как остальные трое.

Гости покинули нас уже ближе к вечеру, уверив, что сопровождение мне нужно, а местные кластеры они знают, как свои пальцы. А до этого я смог немного расспросить про их поселение. Называют их кто как, некоторые – северными, некоторые – заводскими, а замковые – крысами или норными. Все дело в том, что обитают они на странном объекте, который прилетает сюда уже в состоянии запустения. Раньше, по всей видимости, это был секретный завод. Это они определили по остаткам оборудования. Имеется неплохая вентиляция, несколько входов и выходов с множеством гермодверей и даже почти работающая система освещения.

Когда кластер обновляется, им хватает нескольких часов, чтобы его занять. Технология у них уже давно отработана. Первым делом несколько бригад направляются к шлюзовым дверям. Из пяти доступных два входа всегда открыты и, зайдя внутрь, их тут же закрывают. Замковые знают про такую особенность и несколько раз именно после перезагрузки организовывали нападения, но ни разу им не удалось удержать преимущество. Не ориентируются они внутри.

Обе группы несут с собой генераторы с топливом и занимаются подключением их в местную сеть. Там тоже все налажено, и сюрпризы бывают редко. В итоге через сутки подземелье уже оживает. На полную наладку и восстановление жизни уходит неделя, но когда всё всегда одинаково и стабильно, к этому можно подготовиться заранее. Хотя замковые и пытаются периодически обнаружить схроны, что готовятся перед перезагрузкой.

Самое главное, что меня удивило, это то, что у них и в самом деле не имеется лидера, хотя когда-то давно он все же был. Правда, после его смерти, которую, кстати говоря, организовали именно замковые, был весьма плохой период для завода, и теперь главных у них четверо. Маршал, как и ожидалось, у них по военной части: оборона, отбивание нападений как тварей, так и замковых, и периодическая помощь с охотой на тварей. Флай отвечает за походы в кластеры и охоту на тварей. Как он сам сказал, имеет дар отталкивать предметы, также может ими швыряться. Я попросил его продемонстрировать свой дар, и он любезно согласился, нисколько не впечатлив меня. По местным меркам, может, он и хороший кинетик, но по сравнению с теми, что видел я, он абсолютно никакой. Говорить я ему об этом, конечно же, не стал, лишь спросил его об употреблении гороха. На что он мне тут же поведал, что через пару дней после моего ухода они уже знали о новых знаниях, что принесли мы с Беркутом. Именно он и еще несколько местных пришли к ним, чтобы об этом рассказать.

К новым знаниям заводские тоже поначалу относились с недоверием. Но демонстрация, что произвел Беркут, не оставила всех равнодушными, и сейчас они начали употреблять горох и по-новому готовить живец. Беркут тут же посетовал, что пока данная роскошь доступна только тем, кто имеет хорошие дары. Раньше к гороху они относились плохо, и ни у кого даже в голове не зарождалась мысль его копить. А с тех тварей, что они в основном убивают на охоте, его много не добудешь. Про жемчуг вопрос я тактично опустил, ибо тот добывается с таких тварей, которые весь их бункер расколупать могут.

Вайт оказался у них ответственным за социальную часть. Мне такая формулировка показалась размывчатой, но я получил уточнение от Маршала в виде фразы: «Куда кого селить, кого на ком женить, кого, чем и когда кормить». А еще у него был дар предчувствия опасности, который не раз помогал им подготовиться к нападению. Правда, Маршал посетовал, что Вайт до усрачки боится покидать подземелья и ни разу на его памяти не ходил в рейд. Сюда-то он поехал только потому, что с нами был Флай. Он его считает непобедимым бойцом. За снабжение у них отвечал Ниб. Ничего интересного о нем узнать не удалось, и я его про себя окрестил кладовщиком.

Помимо дележа трофеев мы обсудили и дальнейшую стратегию развития, взаимодействия и обороны от замковых. Особенных проблем с тварями тут нет. Бывает, забредают, но, как я понял, больше, чем до топтуна, отожраться не успевают. Это и понятно, тут некоторые из прилетающих кластеров и десяти человек с собой не приносят. Но, как известно, у любой палки есть два конца: мало людей – это мало тварей. Вроде как хорошо, а с другой стороны, это еще меньше иммунных.

Из общения с главными я понял, что здесь бывают периоды, когда за несколько месяцев не выходит ни один иммунный. Правда, и специально их тут не ищут. А вот твари постоянно пытаются проредить численность местного населения. Снайк тоже вносит свою толику в неестественную убыль, ликвидируя отряды добытчиков и разведчиков. Иногда, конечно, происходят и спланированные нападения, как то, что случилось незадолго до моего первого прихода сюда. Целью его было похищение девушки, у которой развился крайне редкий дар для этих мест.

Новоиспеченную знахарку отбили, напав на остров изгоев с воды, прижимая автоматным огнем и напрочь подавляя сопротивление местных. Итогом этой акции стали пятнадцать убитых, еще десяток раненых и похищенная девушка. Снайк вообще объявил правило, что каждый, у кого имеется полезный дар, сам обязан прийти к замку, а если нет, то его ожидает только рабство.

Анализируя всю получаемую информацию, я все больше и больше склонялся к тому, что либо у Снайка есть человек с каким-то даром, который позволяет определять дар другого человека на большом расстоянии, либо у него имеется обширная агентурная сеть. Причем второе мне кажется более реальным. Пообещать, к примеру, что, мол, пару лет постучишь на своих, а дальше мы тебя под крыло к себе заберем, будешь там, как сыр в масле кататься. Такой вариант вполне вероятен. Вот только как выследить стукача, да и вряд ли он в единственном экземпляре. Но озадачиться таким вопросом стоит, также, как и заняться подготовкой местных.

За обучение заводских взялся Маршал, он как-никак бывший военный, да и по службе кое-что мог, а вот за подготовку наших взялся я и Беркут. Помимо местных, я хотел обучить стрельбе Ки, тем более что местные женщины умудрились перешить разгрузку под неё. Как выразилась полноватая русая дама, она в той реальной жизни имела подработку в виде кустарного производства костюмчиков для всяких ручных пород собак. Её опыт очень помог сделать разгрузку, которая не съезжала с Ки, добавив несколько лямок из тянущегося материала, чтобы те, в случае чего, не мешали вставать ей на задние лапы. То, что получилось в итоге, смотрелось чужеродно, странно и одновременно забавно, но со своими задачами справлялось.

Когда я попытался обучить Ки огнестрелу, сразу же наткнулся на серьезную проблему. Я почему-то раньше не задумывался над этим, но у нее не было как такового большого пальца. Все пять пальцев, растущие из ладошки, были прямыми. Нет, они, конечно, имели фаланги, и она их без особых проблем могла их растопырить, но держать пистолет за рукоять она не могла. Мы сделали с ней несколько попыток, и выяснили, что для двух её рук пистолет неудобен, а для одной он совершенно не подходит. Если бы дело происходило в Бастионе, то возможно, что местные механики смогли бы что-то придумать, ну, а здесь решение такой задачи невозможно.

С автоматом все пошло на ура. Держать она его могла, хотя не так, как это делают люди. Все та же проблема с рукояткой, но стрелять она могла. Уже после отстрела второго рожка одиночными она начала уверенно поражать цель, а через несколько часов, как заправский вояка, стреляла короткими и длинными очередями, на зависть всем местным. Но и с этим оружием все было не просто. Все найденные нами винтовки были одной марки «SIG 516». Вид мне показался знакомым, возможно, я видал их раньше, но в руках не держал. Патрон для них шёл стандартный – пять пятьдесят шесть на сорок пять. Я такие часто встречал и на кластерах, да и у нас в Бастионе это был ходовой товар, не то что хрень с базы Беркута. Беркут, кстати, свой ствол не сменил, хотя и припас себе новый вместе с патронами.

Большинство винтовок, что мы забирали, имели идентичную комплектацию: коллиматорный прицел и дополнительная рукоять, что крепилась на планку под стволом. А вот когда собирали валявшиеся по периметру базы, смогли найти и другие. В итоге у нас получилось, что имеется десяток автоматов, где в рукоятке фонарь, а еще у пяти были четырёхкратные оптические прицелы. Правда, имелось еще некоторое количество без того и без другого. Я выяснил, что зрение Ки совершенно не нуждается в четырёхкратнике, а когда сравнил её глаза со своим электронным прицелом, то и он проиграл её зоркости. Так что ей достался экземпляр без фонарика и без прицелов вовсе.

Я уже было обрадовался, когда возникла проблема, которую с наскока не решить. Все дело в том, что длина оружия, что я вручил Ки, была около метра, а для переноски его нужно крепить на разгрузку. Проблем с этим не возникло, крепления соорудили за тридцать минут, но, когда перешли к полевым испытаниям, нас постиг провал. Её физика бега, как и передвижений, была кошачьей. Да, она могла не тащить пузо по земле и не цеплять автоматом, но при беге он ей всё равно серьезно мешал. Пробовали что-то придумать сбоку, наискось, в разных проекциях, но и так и так она постоянно теряла подвижность, с чем Ки была категорически не согласна. Единственным приемлемым решением оказалось крепление к спине в стороне от позвоночника. Но тогда случалась другая беда – ни о каком быстром выхватывании оружия речи уже не шло. Ей приходилось расщелкивать быстрые крепления на разгрузке, стряхивать её на бок и уже только после этого высвобождать оружие. Не придумав другого умного решения, пока оставили это. Но я оставил в голове зарубку, что Ки при таких раскладах даже со своей запредельной реакцией не оперативный боец, скорее тактический.