Faster – Человек с кошкой (страница 171)

— Яся, это очень долго объяснять, — среагировала Ки, — скажу коротко. Это просто невозможно, по крайней мере, у нас даже не предполагалось, что базовые параметры могут быть другими, а это с учётом того, что у нас и математика другая, и система счисления коренным образом отличается от всего, что я видела в этом мире. Но и все, что я изучала здесь, говорит также в поддержку версии о невозможности сосуществования двух материй с разными параметрами.

— Я даже больше вам скажу, — Тойл продолжил, видя, как мы прониклись его предыдущим заявлением, — в моём мире это также считается невозможным.

— Тойл, если можно, расскажи все, что ты знаешь об этом, — попросила Ки, на что он улыбнулся, явно предвидя её реакцию, а следом начал рассказ, который прервался лишь на ужин.

Начал он, правда, с того, что пообещал — если мы все же согласимся на выполнение несложной работы, за которую он нам выдаст в вечное пользования комплект коммуникаторов, то он туда, по крайней мере, для Ки, может добавить всю интересующую её информацию. Естественно, то, что у него самого имеется на момент, когда была последняя синхронизация, а также подписать Ки на обновление соответствующих пакетов данных, так они называли некие тематические подшивки информации. Как выяснилось, там, куда мы направляемся, с их пополнением проблем не будет. Увидев взгляд Ки, которая и так мало о чём меня просила вообще, я не мог не согласиться. Пришлось отодвинуть на задний план все свои опасения в отношении такого решения, но своего я также не упустил.

Тойл лишь усмехнулся, когда я попросил еще добавить информации о технологиях, что они встречали здесь, и если это будет возможно, об их науке тоже, в этом я видел возможность развития своего дара. Тойл пообещал объяснить, каким образом это все мы сами сможем получить из сети обмена, а соответствующую возможность он обещал нам предоставить. Самой скромной в этот раз, как ни странно, оказалась Яся, спросив: “А послушать, посмотреть и почитать там есть что?”, на что получила положительный ответ и удовлетворилась им. Она вообще была не в восторге от темы разговора, лишь иногда вслушиваясь в него, а так почти все время что-то читала у себя в планшете, закинув ноги на разлегшегося рядом Графа.

Чем дальше рассказывал Тойл, тем больше я понимал их интерес к изучению этого странного места. Пробив туннель, так назвал Тойл эффект установления некой связи меж их миром и нашим, они рассчитывали попасть в то, что у нас принято называть параллельной реальностью, это как бы тот же мир, но развивающийся не так, как основной, из-за создавшихся случайных отклонений. Я нечто подобное читал, как теоретические выкладки, но даже не слышал, чтобы на этот счёт проводились какие-либо натурные эксперименты, а вот в их мире этим занимались уже очень давно. Далее он слегка пояснил теорию о многоплановости, чем-то схожую с тем, что в моём мире называли мультивселенными, но это было больше для Ки, я лишь уловил главное. Пробивая каждый новый туннель, они считали, что делают его в новый слой реальности, но в итоге оказалось, что всегда попадали только в этот.

Построив установку, уже рассчитанную на туннелирование большего объёма массы, они попали в СТИКС. В отличие от таких, как мы, кого сюда занесло без нашей на то воли, нолды начали изучать этот мир еще до того, как первый человек из их мира прошёл на эту сторону. Сначала сюда перебросили группу автономных аппаратов, которые возвели то, что Тойл назвал маяком, как я понял, это некая ответная часть, позволявшая перемещать материю уже в обратном направлении. Именно тогда они узнали про странные споры, которыми наполнен воздух СТИКСА, и, перестраховавшись, не допустили их проникновения к ним, но даже при всем том тщательном изучении, что они проводили при первом переходе людей, они все-таки понесли потери.

Считалось, что имевшиеся в странно большой концентрации споры могут причинить незначительный вред, лишь на уровне аллергической реакции. Для выхода за стены возведенного автономного укрепления в качестве мер защиты использовались простые респираторы. Первым заразившимся был, как ни странно, ученый, случайно сдвинувший средство защиты в сторону, так что местный воздух попал внутрь организма. В тот момент еще не было таких, как сейчас, карантинных регламентов, да и знания о мире еще отсутствовали, так что вместо того, чтобы зараженного изолировать, его пытались лечить. Первое, что удивило всех — это полное бессилие их технологий перед простейшим микроорганизмом, справиться с которым, по идее, должен был даже автомедик, что-то типа переносной умной аптечки, но в итоге тогда инфицировался почти весь научный состав.

Военные, они и у нолдов военные, сказано, что карантин и не снимать маску, они не снимут, а вот с самими учеными все не так, как посетовал Тойл, им было виднее. Этот инцидент тщательно анализировался, и уже вторая волна исследователей была под жесткими регламентами, что помогло избежать впоследствии столь массовых вымираний научного коллектива базы. Именно тогда, помимо основной задачи исследования мира, сразу же занялись исследованием спор, быстро поняв, что они лишь похожи на то, с чем уже приходилось иметь дело. Споры оказались мельчайшими структурами, действительно напоминая грибные споры, вот только их структура и строение были совершенно иными. На вопрос Ки Тойл ответил, что однозначного ответа на то, являются ли они формой жизни или микромашинами, у них нет, лишь уверенность в том, что созданы они искусственно. Еще раз обсудив варианты их назначения и, как в предыдущий раз, не придя к какому-либо адекватному варианту, диалог Ки и Тойла слегка вернулся назад.

К моему удивлению, из его рассказа следовало, что они пробили туннель на кластер в странном пустынном месте, но самое интересное, что вокруг них были медленные кластеры, и первую перезагрузку они увидели лишь через несколько месяцев после инцидента с инфицированием научного состава базы. К тому времени уже предпринимались меры безопасности, и поэтому к стене тумана, а именно так они поначалу расценили наблюдаемый необычный эффект, выдвинулась группа со строжайшим запретом проникновения в него. Это, видимо, и спасло их, когда тот ушел на перезагрузку, забрав с собой всё оборудование, что в него поместили к тому времени. Самое интересное, что обновление кластера произошло именно в тот момент, когда на длинном зонде в туман забрасывали новый прибор, который бесследно исчез вместе с частью зонда.

Это было событие, вызвавшее еще одну волну интереса к новому миру, заодно хорошо сдобренную здоровой паранойей в области безопасности, ведь просто так ничего исчезать не может. Именно тогда, несмотря на энергетические затраты, в СТИКС перебросили стартовый комплекс и несколько небольших исследовательских ракет, способных вывести спутники на высокие орбиты для того, чтобы начать процесс изучения планеты.

С феноменом черноты в тот момент нолды знакомы не были, далеко от базы отряды не отходили, так что понять причину отказа запущенных аппаратов они не смогли. Электроника в какой-то момент просто отказывала, вызывая либо детонацию ракеты, в которой отказавшая электроника прекращала контролировать процесс подачи топлива, либо продолжавшийся, но уже бесконтрольный полёт. После неудачи с ракетами гражданского класса подключили военных, но и их устройства точно так же не выдерживали, отказывая.

Озадачившись, они использовали множество зондов для получения данных, и сложив те с телеметрией, оставшейся от запусков, выяснили, что в среднем на высотах более трехсот метров встречаются области, где электроника отказывает практически мгновенно. Совершая попытку за попыткой, они поняли, что, во-первых,

экранирование хоть и дает результат, но незначительный, а во-вторых, что тип излучения, который разрушает атомарную форму вещества, они даже определить не могут. И это еще были, как, усмехнувшись, прокомментировала Яся, “цветочки”, следующий сюрприз их ожидал в тот момент, когда, как выразился Тойл, “древними методами” они попытались измерить параметры планеты. Как минимум, понять хотя бы её размер, и при измерении его каждый раз получалось новое значение, точнее, оно менялось в зависимости от того, на каких кластерах его производили. Причем получаемые цифры лишь изредка походили на адекватные, все больше результаты получаемых экспериментов и измерений говорили о полной нереальности существования такой планеты.

Наблюдение за небом тоже преподносило немало сюрпризов, первым и самым главным были его звезды, которые, как я и предполагал, таковым не являлись. То, что видно на небосводе СТИКСа в ночное время, оказалось протогалактиками, то есть небо над нами показывает то, что происходило в первые два миллиарда лет после большого взрыва. Кстати, о большом взрыве мы тоже немного поговорили, и я понял, что то понимание устройства вселенной, что было у меня из образовательного курса, неверно. Люди в мире нолдов, имевшем технологическое развитие на несколько порядков выше, чем мой мир, уже точно знали, что то, что мы называем большим взрывом, не является точкой формирования вселенной, а лишь локальным событием в бесконечном её пространстве.