Фарид Джасим – Вторжение в Мидгард (страница 10)

– Что ж, мы наконец достигли цели, – провозгласил Одноглазый. Его голос звучал гулко, отдаваясь коротким эхом в каменных сводах пещеры.

– Что это? – спросил Хельги.

– Колодец Мудрости. Я привел вас сюда, чтобы вы могли испить его воды и познать многие истины, неведомые другим.

– Но его охраняет Мимир, – неуверенно проговорил Хельги, указывая на голову над озером. – Неужели он позволит…

– Нет! – послышался вдруг шепот, который, казалось, исходил ниоткуда. – Лишь тот, кто готов принести в жертву часть самого себя, может испить из моего колодца.

Вульф и Хельги посмотрели на голову Мимира, чьи глаза пристально наблюдали за пришельцами. Его рот приоткрылся, едва слышный шепот вновь достиг слуха людей.

– Много веков тому назад величайший Всеотец отдал свой глаз за глоток мудрости. Что готовы предложить вы, что было бы достойно сравниться с божьим оком?

Вульф в нерешительности повернулся к вардлоку. Колдун, нахмурив седые брови, смотрел себе под ноги, размышляя над словами Мимира. Вульф взглянул на Одина, но бог лишь молча наблюдал за молодым князем, ожидая ответа. Тогда воин шагнул к голове стража. Встав у края озерца, он сказал:

– Я здесь, чтобы обменять на глоток мудрости свою любовь! Принимаешь ли ты сей дар, о древний Ас?

Последовало недолгое молчание, затем Мимир прошелестел:

– Тебе дозволено испить священной воды, но за это ты потеряешь способность любить. Любовь юного воина кажется мне достойной платой за глоток из моего колодца.

Мимир замолчал, и Вульф медленно опустился на колени, не отрывая глаз от неподвижной воды. Тонкие струйки пара тянулись к потолку, в темной поверхности отражались зеленоватые огни факелов. Вульф наклонился и ощутил необычный аромат, приятно щекочущий ноздри. Волшебный колодец казался таким спокойным и безмятежным, что легкая тень сомнения пронеслась над его разумом, словно небольшое облачко, заслонившее на мгновение солнце. Вульф наклонился еще ниже, почти касаясь губами воды, чье тепло нежило, как ласки любимой женщины. Слабое сияние со дна колодца приковало к себе его взгляд. Вначале Вульф подумал, что так отражаются огни факелов, но, вглядевшись внимательнее, обнаружил, что на дне лежит глаз. Робкое сияние жертвенного ока доходило до поверхности воды дрожащим мерцанием, то исчезающим, то вспыхивающим вновь. «Интересно, как будет выглядеть моя жертва, когда ляжет на дно этого колодца?» – подумал Вульф. Приоткрыв рот, он наполнил его водой и сглотнул. Жидкость стекла в утробу, оставив на языке слабый травяной привкус.

Вульф выпрямился и оглянулся, но не увидел сзади никого. Стены медленно слились в единую черную массу, а огни факелов, оторвавшись от деревяшек, выстроились в длинную вереницу звезд, которая начала кружение вокруг человека, одиноко сидящего на краю бездны. Синие всполохи чередовались с красными искрами, те сыпались из каждой звезды и каплями дождя медленно опускались на Вульфа. Звезды ускоряли бег вокруг него, сливаясь в сплошной огненный пояс. Пещера исчезла, Вульфу показалось, будто он повис над пропастью; головокружительный хоровод огней раскручивался все быстрее и неумолимо влек к себе. Все вокруг слилось в звездную чехарду, где не было ни ориентиров, ни направлений.

Сверкнула молния, расколола тьму и ослепила взор под сомкнутыми веками. Движение остановилось, исчезло все. Остались лишь пустота и покой.

Вульф осторожно приоткрыл глаза и увидел склонившиеся над ним лица вардлока и Аса.

– Похоже, Мимир принял твой дар, – задумчиво проговорил Седобородый.

Хельги протянул руку и помог Вульфу подняться на ноги. Дрожь в коленях и сильное головокружение были единственным свидетельством его видений. Слегка пошатываясь, Вульф подошел к стене и прислонился спиной к холодному камню.

– С тобой все в порядке? – забеспокоился Хельги.

Вульф кивнул и закрыл глаза, пытаясь унять дрожь.

– Теперь твоя очередь, Хельги, – услышал он бас Одина.

Головокружение постепенно проходило, и скоро Вульф позволил себе открыть глаза.

Хельги стоял на коленях у края колодца. Обращаясь к голове Мимира, он сказал:

– Примешь ли ты мою душу за глоток твоей влаги, о хранитель мудрости?

– Да. Испив этой воды, ты потеряешь на веки свою душу, и для тебя путь в обитель богов будет закрыт, – ответил Мимир. – Душа колдуна – достойный дар за глоток из моего колодца.

Хельги обернулся, ища поддержки во взгляде ильвинга. Вульф одобрительно кивнул, и вардлок склонился над священной водой.

Выпрямившись, он попытался встать, но повалился на пол и замер без движения. Вульф шагнул к лежащему колдуну, чье побледневшее лицо казалось лицом мертвеца.

Вскоре его веки дрогнули, затуманенные глаза приоткрылись. Вульф догадывался, что происходило в разуме старика несколько мгновений назад и что он чувствовал сейчас. Протянув руку, Вульф помог ему встать.

– Вы взяли свое, а я взял свое, – прошептал Мимир. – Теперь ступайте и больше не возвращайтесь.

Глаза Мимира закрылись, древний страж погрузился в вечный сон.

– Нам пора, – поторопил Один и направился к выходу. Вульф и Хельги последовали за ним. Факелы погасли, стоило трем путникам покинуть пещеру.

Извилистый туннель вскоре вывел их наружу. Восьминогий конь подошел к ним и потерся мордой о плечо хозяина.

– Садитесь, мы летим обратно, – объявил Один и вскочил в седло. Вульф помог все еще слабому от головокружения колдуну взобраться на коня, затем уселся в седло сам. Восьминогий жеребец начал разбег, оттолкнулся от камней и вспарил к темным облакам, что ползли низко над землей.

Внизу проносились невзрачные горы и овраги, некоторое время спустя они сменились прекрасным ландшафтом Асгарда. Чертоги богов и великий Ясень вскоре тоже остались позади, и конь начал спуск к небольшой рощице, что лежала у подножья пологого холма. Он приземлился ровно в середине поляны, пробежал с десяток локтей и остановился, ожидая, пока всадники спрыгнут с его могучей спины.

Привязав коня к дереву, Одноглазый обернулся к воину и колдуну и сказал:

– Итак, Вульф, твой род получил наконец и третий дар от меня.

– Третий дар? – удивился Вульф. – А где же первые два?

Седобородый посмотрел на молодого князя, лукаво улыбаясь.

– Скоро узнаешь. Теперь торопитесь домой. С холма, что стоит над этой рощей, начинается тропа, которая приведет вас в Мидгард. Не вздумайте свернуть с нее, иначе никогда не найдете дорогу в ваш мир. Она закончится там, откуда мы начали свой путь.

– Благодарю тебя, Один! – торжественно произнес Вульф. – Я буду вечно славить твое имя.

– Благодарю тебя, – Хельги склонил седую голову.

Седобородый кивнул в ответ и побрел к лесу. Когда его фигура в темно-синем плаще скрылась в чаще, воин и колдун направились в противоположную сторону.

Яркое солнце Асгарда клонилось к горизонту, согревая спины двух путников, взбирающихся по склону холма к заветной тропе. Она тянулась сквозь пространство и время, соединяя миры в одно вселенское кольцо.

Серебряный серп повис среди звезд на темном безоблачном небе, и свет его играл бликами в плещущихся волнах Северного моря. Стоял поздний вечер, когда Вульф и Хельги спускались по склону горы, петляя между елями и соснами. Деревья казались исполинами, застывшими в полутьме ночного леса под блеклым светом полумесяца.

Двое мужчин вышли на скалистый берег, где они сутки назад сидели на камнях и беседовали, пока их не прервал явившийся в образе орла Один. Вульф посмотрел на небо и сказал:

– Месяц находится в том же месте, где он был, когда мы пошли за Одноглазым. Похоже, с тех пор ничего не изменилось.

– Конечно, не изменилось, – усмехнулся Хельги, – мы же вернулись в Мидгард в тот самый миг, когда его покинули.

Вульф ничего не ответил. Он смотрел на звезды, и ему казалось, что они вот-вот тронутся с места и закружатся в огненном хороводе, притягивая его к себе, словно пушинку. Кроме странного ощущения хмельной легкости в голове, ничто не напоминало о событиях у Колодца Мудрости.

– Нам пора, – напомнил ильвинг.

Воин и колдун зашагали вдоль берега к кострам, которые тянулись кольцом вокруг гарта. Когда они подошли ближе, им повстречалась Хильдрун. Девушка расположилась у берега на том самом камне, на котором частенько сиживал Вульф, когда приходил к морю отдохнуть или помечтать. Услышав шаги, она вскочила и обернулась, настороженно вглядываясь во тьму.

– Это я – Вульф, сын Хрейтмара, – сказал Вульф, желая успокоить девушку.

– Уф! – выдохнула она и улыбнулась. – Я, по правде сказать, испугалась.

– Я иду в гарт, – сказал Хельги, обращаясь к князю, – скажу, чтобы готовили костер для покойного конунга.

– Да, – кивнул Вульф, – скоро буду.

Колдун скрылся в темноте, а ильвинг посмотрел на молодую женщину. Лунный свет отражался в ее глазах и искрился на жемчужинах, украшавших обруч на голове. Светлые волосы падали пологими волнами на узкие плечи, слегка вздернутый нос и полные губы придавали юному лицу детскую нежность и очарование, заставляя сердце Вульфа биться быстрее.

– Что ты тут делаешь? – спросил он.

Она пожала плечами и ответила:

– Решила пройтись, осмотреть окрестности. Ведь это моя новая родина, раз наши племена заключили союз и будут жить вместе.

Вульф мотнул головой.

– Не думаю, что мы задержимся здесь надолго. Уверен, нам придется уходить отсюда, и довольно скоро.