Fallenfromgrace – Прибытие. Первый контакт (страница 30)

— Ну, ни фига ж себе! — раздался восторженный вопль нашего Игорька, самого молодого из коллектива. Он — то и оторвал меня от задумчивости.

— Что случилось? — Наташка вскочила с места и отправилась к окну, а я смутно поняла, что именно там сейчас находится голосящий паренек.

— К нам генерал Панкратов приехал!

— Да вы что! — это уже Олежка из своего кабинета вышел и к парочке у окна присоединился. — А ведь и правда же, — спустя пару минут наблюдения, заметил он. — Неужто директор провинился в чем — то?

— Государственный заговор, — хмыкнула Наташка, теряя интерес к происходящему на улице. Теперь ее больше заботили сплетни, которые должны были расползтись вместе с первым шагом военного в нашу контору. Она отправилась на рабочее место и усиленно начала с кем — то переписываться.

Я отдаленно припоминала, что Панкратовым, кажется, звали кого — то из вояк, одним из первых пошедшего на контакт с инопланетянами. Я даже не пыталась воскресить в памяти его лицо: все новости, увиденные во время отпуска у баб Зои, довольно быстро забывались. Но, услышав знакомую фамилию и сопоставив факты, я тяжело вздохнула. Дальше можно было не рассуждать: приехали за мной. Только вот с какой целью?..

— К директору пошел! — с запалом сообщила Наташка последние новости. Я встала с рабочего места, чувствуя, как холодеют руки и ноги, и отправилась пить кофе. Время послеобеденное — пора для небольшого перекуса.

Стоило мне нажать кнопку на чайнике и взять в руки свой стеклянный бокал, как в кабинете раздался звонкий голос Оленьки — одной из двух секретарш из приемной:

— Лейквун здесь?

Чашка выпала из рук, разбиваясь об пол. Весь отдел машинально повернул головы в мою сторону. У меня начали потеть руки.

— Лей, спустись к нам! — велела Ольга. — И вы, Олег Евгеньевич, тоже… Директор вызывает.

Стоило Оленьке выйти, Олежка с выражением непонимания подошел ко мне:

— На тебе лица нет. Что случилось, Лея?

Я молча взяла его за руку и отправилась на выход. Позади Наташка позвала меня по имени. Я не стала оборачиваться. Вечером за ней приедет Денис. Тогда все будет хорошо.

— Ты знаешь, из — за чего все это? — когда мы остались одни в коридоре, спросил начальник.

— Я упала в обморок не просто так. В тот момент в меня вселилась часть сознания одного из пришельцев, который на проверку оказался представителем одной из двенадцати их руководящих семей. Точнее — главой этой семьи. Они тщательно скрывают факт возможного раздвоения личности, но таким образом на них действуют вспышки на Солнце. С Преображенским сегодня приехал лейнианец, частью которого и является живущий в моей голове Май. Вполне возможно, что у директора мы встретим всех. Кстати, будьте осторожны: и начальник кадров, и новый безопасник — не люди. Наверное, вы потому о кадровике и не могли отыскать информацию: пять лет назад его просто не существовало.

— Скотина… — в сердцах высказался босс, и от этой эмоциональной выходки мне разом стало легче.

— Теперь им нужно вернуть Мая на место. К Диорну.

— Кто такие Май и Диорн? — не понял моих рассуждений Олежка.

— У них принцип названия такой: двойные имена, одно принадлежит условному «ангелу», второе — «демону». Две этих сущности и образуют сознание лейнианца. Приехавшего к нам зовут Майдиорн.

— А Май, значит, сейчас вместе с тобой, — неуверенно предположил босс.

Я кивнула:

— Диорн хочет его обратно.

— Я видел, как ты во вторник садилась в машину к Преображенскому, — ни с того ни с сего заявил начальник.

Тяжелый вздох в ответ прекратил все дальнейшие расспросы.

В приемной сидели темноволосая Оленька и белокурая Машенька — две девочки — незабудочки, на которых приятно было посмотреть. Всегда в костюмчиках, всегда с улыбками на лице, они являлись неизменными спутницами директора вот уже около пяти лет.

— Уже ждут, — шепотом сообщила Машенька. — Проходите…

По лицу ее было видно, что девчонке до ужаса интересно, с какой же целью к нам пожаловали военные. Но спрашивать не позволяет выдержка и вежливость. Коротко кивнув, мы с Олежкой, постучавшись и услышав приветственное «войдите!», шагнули внутрь.

«А я все еще здесь», — задумчиво изрек Май, когда я переступала порог директорского кабинета. Почему так произошло, стало понятно почти сразу же. Внутри находились только люди: по крайней мере, директора и двух приехавших военных я относила именно к соотечественникам. Ну и Май был живейшим тому подтверждением. Он даже на всякий случай пропел строчку из дурацкой попсовой песенки, когда — то мною услышанной, как бы говоря, что никуда не денется. Я сдержала улыбку и, поздоровавшись со всеми, сосредоточила на генерале внимание.

Среднего роста, около пятидесяти, коренастый, подтянутый и некрасивый — лицо его покрывали следы от перенесенной в детстве оспы — одетый в форму мужчина, держа в руках фуражку, стоял у окна, декорированного тюлем и темно — зелеными шторами, и смотрел на меня. Создавалось впечатление, что он сомневается в моей причастности к делу с пришельцами. Я невольно пожала плечами: другую Май не захотел, что поделать…

«Извращенка», — отозвался голос у меня в голове.

«Я тоже тебя люблю», — не осталась в долгу я, стараясь не подавать вида, что участвую в мысленном диалоге.

Второй вояка был помоложе, на вид ему можно было дать около сорока лет. Для чего он тут понадобился, я, честно говоря, не понимала, поэтому условно записала его в телохранители Панкратова. Сам же генерал, пригладив на удивление густую короткую шевелюру с проседью, подал голос первым:

— Ну, здравствуй, Олег Евгеньич.

— И тебе не хворать, Петр Аркадьевич, — босс подошел к генералу и уверенно пожал тому руку.

Знакомы? Сегодня точно был день, когда стоило держать лицо…хотя Олежка ведь работал в структурах когда — то давно. Но говорил, что эта страница его жизни уже перевернута. Что ж, видимо, бывших военных действительно не было, как любили поговаривать наши дедушки из отдела по гостайне.

— А это, значит, и есть та самая девушка, из — за которой сыр — бор случился, — кивнув в мою сторону, заметил Панкратов.

— Ну, раз сам министр МВД пожаловал, значит, так, — с иронией согласился Евгеньич. Так этот дядька еще и министр МВД? Стыдно, наверное, было не знать таких фактов… Наши назвали его генералом. На погонах была одна большая золотая звезда — видимо, и правда какой — то большой начальник. Впрочем, было ли это сейчас так важно?

— Никакого уважения к старшим по званию, — нахмурился приезжий военный.

— Так я давно уже гражданский, Петр Аркадьевич, — напомнил ему мой блистательный босс.

— Ну — ну, — закивал генерал. — Ну — ну. Ты — то в курсе того, что за чехарда в стране творится?

— Ты о какой именно чехарде? — невозмутимо поинтересовался Олежка, а мы с директором переглянулись, и, кажется, мысль о том, что в беседе двух военных — бывшего и действующего — мы явно лишние, промелькнула у нас на лицах.

— Да о той, что с пришельцами творится, — не повелся на наивность некоторых министр.

— Ну а что с ними? — пожал Олежек плечами. — Прилетели, облагодетельствовали, с войной не суются — и то хорошо.

— И ты так в этом уверен? — склонил голову на бок министр. — Иван Дмитриевич, — обратился он к директору, — разрешите присесть?

— В любое удобное для вас кресло, — было видно, что диру с министром общаться неудобно, потому что тонкостей он явно не знал, но, надо отдать ему должное, старался держать марку.

Поблагодарив руководителя кивком, мужчина устроился со стороны длинной части Т — образного стола, за которым восседал директор. Скользнув по мне взглядом, он снова обратился к боссу:

— А вот твоя девочка явно в курсе того, о чем я собираюсь сказать. Так что давайте — ка, присаживайтесь напротив оба. И ты, Сережа, тоже, — обернулся он к своему спутнику, который тотчас исполнил указание. — Будем говорить обстоятельно.

Мы последовали его просьбе неохотно: я — потому что знала, что не услышу ничего нового из речи директора, Евгеньич — потому что, видимо, был в курсе таких «обстоятельных» разговоров. Но после того, что я видела с утра на подходе к зданию организации, я была готова ко всему. Даже к тому, что насильно заставят идти на лейнианский модуль.

— Девочка, я по глазам вижу, у тебя вопрос зреет, — проницательно заметил генерал. — Да и тебе, как никому другому, стоит быть в курсе ситуации. Не стесняйся — информация за пределы кабинета не выйдет, уж мы об этом позаботимся.

На последних словах директор как — то нервно сглотнул, и я поняла, что мы только что приблизили его к сердечному приступу. А ведь Иван Дмитриевич Маслов всегда отличался завидным здоровьем!

— Сколько лет вы уже сотрудничаете с внеземной цивилизацией?

— Как догадалась? — улыбнулся Панкратов. — Твой подселенец рассказал?

Я отрицательно покачала головой:

— В здании находятся минимум трое лейнианцев, не прибывших на модуле, который неделю назад кружил над Просквой, — в конце концов, надо было выразить уважение человеку, прикатившему из столицы только ради разговора со мной.

— Да, — согласился генерал. — Они остались в отделе кадров — из уважения к твоему…гостю, — с намеком сообщил рябой мужчина. — Ты потом к ним сходишь — сообщить о своем решении. Что касается вопроса, то первый и настоящий контакт с ними произошел около пятидесяти лет назад. Они ждали, когда улягутся последствия Второй Мировой, чтобы затем незаметно прилететь и влиться в наши ряды с одной лишь целью: изучать своих дальних родственников, находящихся на более низкой стадии эволюции.