Фалько – Злой демон Василий 1-6 (страница 10)

Не став тянуть время, я быстро поднялся на четвёртый этаж, нажал кнопку дверного звонка. Пришлось подождать почти минуту, прежде чем дверь открылась и на пороге появилась высокая, красивая, но сердитая девушка. Приятное глазу летнее платье, длинные волосы стянуты шнурком в хвост, лёгкий макияж подчёркивает выразительные зелёные глаза.

— Привет, — сказал я, не обращая внимания на длинный кухонный нож, направленный в мою сторону. — Это ты мне по телефону угрожала?

— Я, — кивнула она, жестом показывая, чтобы проходил в квартиру.

— С моими родными всё в порядке?

— Спят, — бросила она, опасно вытягивая нож перед собой. — Не делай резких движений.

— Спокойно, я обувь сниму. Могла бы тоже разуться. Давай на кухне поговорим.

Я прошёл на кухню, мельком заглянув в большую комнату. На диване спала Зинаида Алексеевна, жена папы и, получается, моя мачеха. В квартире же было неестественно тихо, чувствовалось присутствие знакомой магии. Я мог бы развеять чары, но пусть лучше родные поспят немного, им спокойней, и мне.

— Неплохо, кстати, по-русски говоришь, — сказал я. Пройдя к газовой плите, поставил чайник на большую конфорку. — Ну, чего от меня хочешь?

— Чтобы ты маму вернул, — с угрозой в голосе сказала она. Хотя я догадался с первого взгляда, кто это был.

— С глазами что сделала? — спросил я на языке дами, открыл шкафчик с посудой, чтобы достать две чистые кружки. — Вот, они тоже на меня таким взглядом смотрели, когда я с ними на нормальном языке заговорил. Обозвали сначала полукровкой, потом мутантом.

Она молча смотрела на меня, забыв о том, что держит перед собой нож на вытянутой руке. Я за это время насыпал в обе кружки растворимый кофе, добавил сахар. Чайник как раз успел закипеть. Скорее всего, кто-то его пил до моего прихода. Не она ли часом?

— Так что с глазами? — повторил я. — На человеческие похожи, от настоящих не отличить.

— Контактные линзы, — сказала она на языке дами, подобрав не самое подходящее слово, но я её понял.

— Садись, — я показал на стул. — И убери его уже, наконец, пока сама не порезалась. Виделся я с твоей мамой пару дней назад. Садись, не стой, сейчас всё расскажу.

Требовательно протянув к ней руку, забрал нож и убрал его на подставку. Вернувшись за стол, пару раз вздохнул, собираясь с мыслями, и рассказал всё с того момента, как верховная жрица Беата отправила меня в крипту. По правде говоря, за эти несколько дней почти ничего не произошло, поэтому рассказ получился коротким.

— Я пытался убедить её подождать несколько дней, пока ушастый не уедет из здания, — говорил я. — Но светлоликий взял у неё немного крови и мог найти где угодно в пределах этого мира.

— Не верю тебе, — она нахмурилась, зло посмотрев. — Я почувствовала маму вчера. Здесь, в этой квартире она была.

— Она оставила мне свой символ чёрного солнца, — сказал я, расстёгивая рубашку.

— Что ты делаешь? — она бросила взгляд на подставку с ножами и скрипнула табуреткой, отодвигаясь от стола. — Предупреждаю, я оторву тебе голову быстрее, чем…

— Уймись, — попросил я, так как пространство вокруг начало едва заметно вибрировать. Зазвенела посуда в шкафу, и что-то даже со звоном лопнуло. — У твоей мамы на символе солнца сколько лучей было? Очень надеюсь, что не меньше шести.

Стянув рубашку, я повернулся к ней спиной. Пространство вокруг вибрировать перестало. Что я могу сказать, девчонка очень одарённая, хотя и слабовата. Чтобы стать такой же, как та женщина в подвале, ей нужно ещё лет сто копить и совершенствовать силу.

— Он там, слева под лопаткой, видишь?

Обернувшись, я посмотрел на хмурую девушку, уставившуюся в пол. Губы плотно сжаты, кулаки стиснуты так, что костяшки пальцев побелели.

— Ушастого я убью, — пообещал я. — Не сейчас, но обязательно. Как сил побольше соберу, так и оторву голову. Твоя мама просила присмотреть за детьми, значит, кроме тебя ещё кто-то есть?

Девушка мотнула головой.

— Тебя как зовут? Я Василий.

— Дарья, — буркнула она.

— Будем знакомы, — я пододвинул кружку с кофе поближе к ней.

Дами никогда не называют настоящие имена посторонним. Они верят, что в именах содержится много силы, поэтому и знают их только близкие члены семьи.

— Что, мир? — уточнил я, надевая рубашку. — Надеюсь, ты сейчас не будешь бросаться из крайности в крайность и пытаться забрать символ?

— Я не глупая и знаю, что означают рисунки на твоей спине, — сказала она, всё ещё глядя на свои туфельки.

— Думаешь, что человек их не достоин или оскверняет?

— Раз мама отдала тебе солнце, значит, это не так, — она посмотрела холодно, поджала губы.

— Хорошо, что ты вменяемая. А то бывали случаи, когда шибко умные жрицы на меня с кулаками бросались.

— Я не жрица, — фыркнула она. — Не хочу ею быть. И если ты хочешь обзываться, я тоже так могу.

— Нет, прости, обзываться не буду. И если с этим мы разобрались…

Я встал, поправил рубашку, прошёл к ней, протянул руку, чтобы помочь подняться и крепко обнял. Заработал болезненный тычок кулачком под рёбра, но не обратил на это внимания. — Прости меня. Прости, что не смог её спасти. Такие, как она, не должны погибать в светлом мире, заключённые в клетках на потеху ушастым тварям. Она побоялась, что я полезу её спасать и…

Я заработал ещё один удар острым кулачком под рёбра, отпустил её.

— Раз обещал, то присмотрю за вами… то есть за тобой. Правда, у меня пока нет ни денег, ни жилья и с работой непонятно. Но это всё мелочи, прорвёмся как-нибудь. И не надо так хмыкать, это некрасиво. Вы давно здесь, в этом мире?

— Почти восемь лет.

— Проездом? Понятно. Знаешь, где будет выход в нужный мир? А живёте где?

— Квартиру снимаем на окраине города. Мне не нужна помощь, я сама справлюсь.

— С ушастым лордом, когда он за тобой придёт, справишься? — ухмыльнулся я.

— А сам? — не менее язвительным тоном спросила она.

— Легко. По мне не скажешь, но я очень сильный. Приходится им быть, чтобы нести на спине знак. Иначе он бы раздавил меня, как мошку. Не буду говорить, что я старше и положение занимаю выше, чем ты. Скажу лишь, что такова была воля твоей мамы. Она отдала жизнь за это. Если ты не ценишь этого, не чтишь её волю, можешь уходить.

Она вдохнула полную грудь воздуха, чтобы высказать мне всё, что думала, подождала пару секунд и шумно выдохнула через нос. Одна из вредных привычек всех высокородных дами. Высокопоставленные жрицы в храме подобное делали очень эффектно, когда понимали, что ты прав, но не хотели это признавать. Я до сих пор думаю, что они тренируются перед зеркалом по много часов, чтобы этот долгий вздох выглядел естественно и красиво.

— Пока не откроется проход в тот мир, куда вы хотели уйти с мамой, я присмотрю за тобой. Если не станешь доставлять мне проблем. У меня их и без этого полно.

— Хорошо, — сказала она, всем видом показывая, что ей эта затея совершенно не нравится.

Мне затея нравилась ещё меньше, чем этой девчонке, но не приведи великие демоны она попадёт в руки ушастого лорда. Если она только заикнётся, что я получил нечто настолько могущественное, как символ чёрного солнца, он всё сделает, чтобы стереть меня с лица земли. А воевать с целым миром я пока не готов.

— Давай будить моих родных, — в итоге сказал я. — У меня для них нерадостные вести. Скоро в городе будет шумно и опасно. Куда бы вас всех спрятать на это время?..

⠀⠀

⠀⠀

Глава 3

⠀⠀

Среди всех тёмных рас, демоны дами больше других предрасположены к магии. Но даже так, сильные маги у них встречаются крайне редко. То ли они силу не спешат развивать, то ли это зависит от таланта, но подавляющее большинство может использовать лишь несколько примитивных умений. Самой распространённой и лёгкой в освоении была усыпляющая сила. Почти любой взрослый дами мог усыпить несколько человек или слабых демонов, а верховные жрицы проделывали это в масштабе городской площади и тысяч разумных.

Дарья как раз использовала немного демонической силы, развеивая сонные чары. Чтобы не пугать родных, мы с ней вышли на лестничную клетку и поднялись на пролёт, встав у окна.

— Значит, ты почувствовала маму? — спросил я, глядя в окно. — И просто пришла сюда с требованием её отдать? Я таких наивных и глупых девушек последний раз видел только… нет, не помню когда.

— Сам ты глупый, — обиделась она. — Мама сюда… Я была уверена, что она вчера приходила в эту квартиру. Очень слабый и едва различимый след, но я его уловила. Поднялась, чтобы проверить, и столкнулась с рыжей девочкой, как раз выходившей оттуда.

— Высокая, десять лет на вид, рыженькая и красивая? — уточнил я.

— Она, — Дарья кивнула. — Я спросила, не было ли у них вчера гостей, и она сразу о брате рассказала, который из тёмного мира вернулся. Что его Василий зовут и он с демонами умеет разговаривать.

— Помню, хвастался вчера, — я улыбнулся, вспоминая, с каким живым интересом меня слушала сестрёнка. — Отца, надеюсь, не сильно напугала?

— Не сильно.

— Ладно, ругать не буду, хотя стоило бы. Пойдём, надо поговорить с отцом.

Мы спустились к квартире, позвонили. Дверь открыла Зинаида Алексеевна, удивилась, увидев меня.

— Здравствуйте, а папа дома? — спросил я.

— Дома, — она отступила, чтобы мы смогли войти. — Плохо себя чувствует. Проходите.

— Простите, что не предупредил, что приеду, просто у меня новости не самые приятные.