Фалько – Доспех духа 1-11 (страница 93)

— Иван Николаевич, я распорядился подогнать машину прямо сюда, — сказал начальник службы безопасности. — Они проедут через западный выход, минут через пятнадцать будут здесь.

— Спасибо, — кивнул император. — Дождь так не вовремя случился. Ведь прогнозировали хорошую погоду на всю неделю.

— Над погодой мы пока не властны, — в шатер вошел ректор.

— Не знаю, радоваться ли что все так быстро закончилось или, наоборот, — сказал император. — Что случилось с Тимофеем, почему он вдруг решил швырять молнии из рук?

— На этот вопрос ответил Ваш друг Ло́тар Гернтнер, когда свое поражение признал наследник Еникеевых.

— Он действительно так силен, этот Матчин?

— У него было преимущество. Если бы мы устроили соревнования по метанию молний, победу бы одержал Орлов. А проверяя крепость доспеха духа, следует ожидать, что победит тот, кто изучает укрепление тела. То, что ему не победить, Тимофей понял сразу. Но что толкнуло использовать силу, может ответить лишь он сам.

— Матчин ведь не показал ничего выдающегося.

— Ваше Императорское Величество, со всем уважением, чего именно Вы ожидали? Реки крови и оторванные конечности?

— Возможно, более выразительного выступления, — задумчиво сказал император.

— Как поединок с Дмитрием Хованским?

— Геннадий Сергеевич, вы меня убедили, — сказал правитель, не желая спорить. — Чествование участников и победителя пройдет, как и планировалось, через шесть дней в моей северной резиденции.

Ректор МИБИ почтительно кивнул и удалился. Когда все посторонние оставили императорскую семью, к отцу шагнул сын. Пятнадцатилетний Николай был одет в полувоенный китель темно-синего цвета. Невысокий парень не обладал крепким телосложением и внешне очень походил на отца. От матери ему достался только темный, почти черный цвет волос и голубые глаза.

— Отец, скажи, я видел, что на турнире все хотели победить. Князь Аристарх Николаевич, говорил, что не отдаст победу никому. Если все очень старались, почему победил человек, не входящий ни в один род? У него столько денег, что он смог всех подкупить? А если нет, можно ли считать эту победу выдающимся достижением?

Иван Николаевич задумался над словами сына. Если бы он услышал эту историю от другого, а не присутствовал лично, то он бы согласился. Победить, не затратив много сил…

— Ваше Величество, — мысли императора были прерваны появившемся охранником. — Машина подана.

— Едем, — коротко велел он, решив, что подумает об этом на досуге.

Тем временем в соседнем, более просторном шатре дождь пережидал князь Дашков, Георгий Игнатьевич. Пожилой мужчина, недавно отпраздновавший юбилей, семьдесят лет. Из-за осложнения болезни он с трудом ходил, опираясь на трость. А малая подвижность сказалась набором лишнего веса и серьезными проблемами с сердцем. Несмотря на все это, он продолжал управлять огромным родом, не спеша передавать бразды правления сыновьям. Сидя на стуле, он держал руки на черной трости с пожелтевшей рукоятью из слоновой кости. Смотрел исподлобья на сыновей.

— Я вижу большой потенциал, — сказал Иннокентий Павлович Коробов, мастер рода, работающий в МИБИ. — Приставка самый молодой прозвучит еще раз, когда он станет великим мастером к тридцати годам.

— Матчины предлагали нам союз, — сказал старший сын. — Но ты, отец, повел себя, как всегда. Не хочу елку на опушке, хочу весь лес, и еще вон ту реку. А они тем временем договариваются с Великим князем Константином. Разумовские пусть и не враждуют с Орловыми, но ради такого с радостью поприжмут младшего брата. И порты с выходом в черное море станут отличным подарком. После этого мы можем смело закрывать это убыточное направление.

Старик перевел взгляд на среднего сына.

— Я бы только из принципа ушел к Разумовским, — высказался тот. — Даже если они запросят столько же, сколько и ты. И они получат международную компанию наемников, входящую в первую семерку по силе. Не на седьмом месте, если что.

— Что предлагаете? — тяжелым старческим голосом спросил князь.

— Форсировать события, — сказал старший сын. — И переговоры вести конструктивно, а не ставить условия. Через шесть дней в северную резиденцию правителя пусть едет Павел. Сошлись на состояние здоровья. Предоставь право решать ему.

Минуту глава рода думал, глядя на сыновей.

— Хорошо, — согласился старик. — Пусть будет, по-вашему.

У входа в шатер показалась высокая красивая девушка. Короткие каштановые волосы намокли от дождя и прилипли к лицу и шее. Она оглядела помещение, выглядывая кого-то, но не увидев, исчезла так же неожиданно, как и появилась. К этому времени толпа зрителей постепенно покидала трибуны и полигон, плотным потоком двигаясь в сторону академии. Девушка же, как рыба в реке скользила в толпе, ныряя от одного шатра к другому. Если бы все поголовно не носили одинаковые оранжевые дождевики, она бы легко нашла и Тасю, и Кузю. Она улыбнулась, подумав, что эти имена даже звучат одинаково.

Уловив знакомый голос у очередного небольшого шатра, она остановилась, заглянула внутрь. Таисия, сбросив оранжевый капюшон на плечи, беседовала с одним из заместителей ректора.

— Только что уехали, — говорила Тася. — Прямо по полигону к западным воротам.

— Гора с плеч, — кивнул мужчина в дорогом, мокром костюме. Промок он так, словно стоял под косым дождем, держа в руках небольшой зонт.

— Все, дальше без меня, — добавила Тася. — Телевизионщиков гнать не надо, они сами разбегаются.

— Хорошо, спасибо, что помогли.

Тася заметила промокшую девушку и подошла. Достала из кармана еще не распечатанный дождевик.

— Ты как умудрилась промокнуть? И полотенца под рукой нет, — она поморщилась. — Поэтому как только вернешься в общежитие — сразу в душ. Если что, я тебе позвоню. Что ты вздыхаешь? Хочешь с нами? — на лице Таси появилась хитрая улыбка.

— Нет, нет, — Алена быстро замотала головой, разбрасывая капельки воды с мокрых волос. — А где Кузя? Я его потеряла. Он просто растворился в толпе.

— Пойдем, подождем его на дорожке. Он отнял у кого-то телефон и звонил пару минут назад.

— Тогда хорошо, — Алена улыбнулась и вновь посерьезнела. — Этот Орлов су… недостойный сын, — быстро поправилась она, поймав взгляд все еще стоявшего недалеко заместителя ректора, — решил драться нечестно. Почему мастер Корицкий не вмешался? Он же был совсем рядом.

— Решил, что это небезопасно, — сказала Тася. — Среди его умений нет ничего, что могло бы сразу остановить Тимофея, который существенно сильнее Максима Васильевича. Надевай, хотя бы от холодного ветра защитит.

Алена накинула дождевик, стянув завязки большим бантиком. Затем они вышли под дождь. Поток гостей почти иссяк. Сейчас на дорожках между шатрами суетилась только охрана и телевизионщики.

— Интересно, почему бой не перенесли? — спросила Алена.

— Князь Орлов настоял, — сказала Таисия. — Видела его до боя, и он был не в себе. Багровый от злости, руками машет, зубами скрипит, приятное зрелище. Надо поискать, может кто-нибудь додумался записать видео.

Обогнув по кругу арену, они вышли к широкой дорожке, ведущей к корпусам института. Почти сразу в глаза бросилась троица, стоявшая с краю. Две девушки в черных платьях держали в руках большие черные зонтики и Кузьма. Таисия придержала Алену за плечо.

— Зачем он с ними свалялся? — хмуро сказала Алена. — Зачем, вообще, вся эта дружба? Они его семью убили, а он с ними и шутит, и смеется… Зачем, Тася, а? Это же больно…

— Глупая, — Тася положила девушке руку на плечо, чуть приобняв. — Кузьма пытается убежать от мести. Не хочет становиться такими, как они. Чтобы, вломившись в их дом в порыве гнева и ярости, убивая всех подряд, суметь прийти в себя и отступить, когда они попадутся ему под руку. Тем более Хованские в ту ночь были на другом конце города. Вместе с основными силами Орловых громили поместье и дома Бельских. А Матчиных, как сильнейшую ветвь рода, атаковали Трубины. И мой папа, вместе с мастером из рода Орловых. Они отвлекли на себя отца Кузьмы. И сейчас сестры Хованские пытаются ему об этом сказать. То, что у их родителей руки по локоть в крови, но не Матчиных, а лишь тех, кому те служили.

На экране телевизора вспыхнула заставка вечернего телешоу «Пути сильных». Огромные буквы пронзила молния и они рассыпались, открывая вид на площадку студии. Под звуки джаза из-за кулис вышел элегантный мужчина в сером костюме. Он пару раз взмахнул рукой, словно изображая нелепый прием рукопашного боя.

— Добрый вечер, Лос-Анжелес, — широко улыбнулся он, под бурные овации зрителей в студии. — Добрый вечер, Соединенные Государства Америки, добрый вечер, мир! Здравствуйте, здравствуйте! В эфире ваше любимое вечернее шоу Пути сильных! В этой студии мы говорим о силе, о мастерах и путях развития. И сегодня наша тема неописуемый, удивительный, странный, — смех в зале, — турнир мастеров в России. Первый за последние сто с лишним лет. Лишние — это где-то лет сорок, сорок пять, — снова смех в студии.

Мужчина прошел к столу, на котором стояла кружка с чаем, раскрытый ноутбук. Взяв в руки карточки, он быстро перелистал их.

— Новости, новости, еще новости, — он бросил их на стол, оставив одну в руках. — А это интересно! Оказывается, нас посетил необычный гость. Мастер с большой буквы «М». Его часто сравнивают с богом из скандинавской мифологии Тором. Давайте поприветствуем, мастер Джастин Чейз!