Фалько – Доспех духа 1-11 (страница 232)

Свен не был уверен, что смог бы справиться с черепами в одиночку. По одному, друг за другом, он бы разобрался с ними без особых проблем, но вряд ли бы ему предоставили подобную фору. Смотритель этого языческого культа в Мадриде, Марио Фариас, никогда не оставался один. Рядом с ним всегда крутился как минимум один ученик, но после того как Свен неаккуратно наследил, к ученику добавился старший адепт и следить за мастером стало достаточно трудно. Информатор Беккера сообщил, что адепт должен посетить аукцион, где немец рассчитывал его убрать, но произошло неожиданное событие, впутавшее в дело Матчина. Если Кузьма сможет связать боем защитников Марио хотя бы на пару минут, этого вполне хватит. К тому же присутствие Бэра Пойзона и еще одного сильного мастера, притаившегося в тени, обещало, что все пройдет даже лучше, чем рассчитывал Свен.

Резко сократив дистанцию до тройки черепов, Свен активировал кинетическое поле, подсмотренное у китайцев в тибетском монастыре. Техника Лу Ханя ему никогда не нравилась своим пренебрежением к развитию духа, поэтому он взял только основу, переделав ее под себя. Немец ожидал выстрела, прозвучавшего с небольшим запозданием. Тяжелая пуля разбилась о защиту, почти не отняв сил, и в этот момент он добрался до Марио, вкладываясь в удар. Нужно было растащить по сторонам эту тройку. Смотритель черепов, скорее всего, думал так же, поэтому даже не сопротивлялся, позволив отбросить себя в стену дома и даже использовал немного сил, чтобы проломить ее собственным телом.

Свен немного расслабил кисть, растягивая синтетическую нить. За нее он отдал немалую сумму, но японский производитель уверял, что нить прочнее стали на растяжение в одиннадцать раз и почти во столько же раз выше ударопрочность. Недостаток был в том, что синтетика плохо пропускала через себя силу и нить обрабатывалась особым составом из меди и золота. Покрытие быстро стиралось, делая каждую струну одноразовой, но этот недостаток мерк на фоне преимущества. Нить позволяла экономить силу, не опасаясь, что она порвется.

Влетев в пролом, Свен встретил ладонью в перчатке удар кулаком мастера. Используя особую технику, он накинул на руку глупого и самоуверенного Марио сразу две петли, затягивая специальным узлом. Схватив пальцами нити, быстро намотал на кисть, чтобы не разматывались дальше. Марио был на целую голову ниже и вполовину легче, поэтому ему сложно было в такой ситуации нанести хороший удар, но даже так он сумел ударить Свена в плечо, пробив доспех духа. Рука онемела почти до самого запястья, что не помешало немцу нанести короткий удар локтем в лицо мастеру. Щуплого немолодого мужчину отбросило на шаг, и лишь синтетическая струна не дала ему упасть, сильнее затянувшись на руке. Будь перед Свеном обычный мастер, он бы уже давно разрезал его на части, но Марио сопротивлялся почти так же, как и мудрец Да Цзы.

— Силен, — сказал Свен, нанося еще один сокрушительный удар, ногой по ребрам мастера. Того снова отбросило и узел на его руке затянулся еще на сантиметр.

Третий удар Свен не успел нанести, так как Марио ловко пнул его по ноге, роняя на землю. Натяжение нити на кисти резко исчезло, а спину немца обожгла раскаленная боль. Испанец умудрился воткнуть ему что-то между лопаткой и позвоночником, легко пробив броню, как это делают мастера холодного оружия. Взревев, Свен крутанулся, схватил мастера за лодыжку и, рванув на себя, повалив на землю. Несколько секунд мужчины боролись, но даже потеряв руку, Марио был невероятно силен. Свен молотил по нему кулаками как молотобоец в кузне, обрушивая сверху град ударов, расколов паркет и бетон пола. Это не было похоже на красивый поединок, скорее на грязную драку. В какой-то момент ему показалось, что он пробьет защиту старшего из черепов, но тот умудрился вцепиться пальцами в бок Свену и едва не раздробил ребра. С усилием ему удалось сбросить с себя немца и даже быстро подняться на ноги. В этот момент на улице что-то громыхнуло, словно фугасный заряд. Стены дома и пол вздрогнули, а с потолка посыпалась штукатурка.

Сбросив с себя обломки шкафа, книги и битое стекло, Свен поднялся, повел шеей, слушая, как хрустнули позвонки. Покрутив плечом, он добавил немного силы и из спины выскочил металлический шип, похожий на большой изогнутый гвоздь. Глядя, как правая часть лица мастера Марио наливается гематомой, немец улыбнулся. Бросившись вперед, он нанес удар слева, вкладывая почти все силы. Он догадывался, что мастер планировал использовать Мерцающую защиту и отразить энергию удара, вернув ее нападающему, но трюк не сработал. С громким хлопком мастера отбросило в пролом, развалив часть стены окончательно. Свен не боялся, что тот решит сбежать, так как в подобном случае ему пришлось бы пожертвовать стопой, на щиколотке которой был затянут еще один узел синтетической струны. Наклонившись, немец поднял с пола отрезанную руку. Подойдя к пролому, он заметил бледного Бэра Пойзона, стоявшего на краю довольно большой вмятины. Чтобы остановить слабого ученика Марио, англичанин использовал свою самую сильную технику, оставшись почти без сил. Это был рискованный шаг. Свен всегда предпочитал в конце битвы оставлять немного сил, чтобы иметь возможность отступить. Бросив взгляд в сторону молодого Матчина, Беккер улыбнулся. Он почему-то думал, что парню поможет притаившийся за живой изгородью китаец, но Кузьма справился своими силами.

— Хорошо, очень хорошо, — еще шире заулыбался Свен, чувствуя, как скверное настроение, не отпускавшее его несколько недель, постепенно уходит. — Этот парень еще станет костью у вас в горле…

До автобуса я промчался бегом. Со стоянки было отлично видно огненное зарево, охватившее поместье. Кстати, пожарные машины уже двигались к поместью по соседней дороге, сверкая проблесковыми маячками. Мы же поехали дальше по дороге, рассчитывая сделать большой крюк и вернуться в Мадрид с другой стороны.

— Как Алена, — спросил я, проходя в салон.

— Спит, — Тася придирчиво осмотрела меня. — Такой костюм испортил.

— Да он почти целый, — возмутился я. — Подумаешь, рукава немного треснули, можно их заштопать.

— Химией какой-то усыпили, — сказала Тася, кивая в сторону спальни. — Это может быть какой-то спрей, эксперту много не требуется. Проснется через пару часов, но в больницу заехать надо. Василий Иванович сказал, что по пути будет Национальный госпиталь.

— Хорошо, — я позволил стянуть с себя пиджак и штаны. Тася сложила их в специальную корзину, вручив мне спортивный костюм.

— Как все прошло?

— Три — ноль в нашу пользу. Жаль я ничего толком не увидел. Надо было время потянуть и посмотреть.

— Кузьма, Кузьма, — она покачала головой, взяла меня за кисть, поднимая руку повыше. Предплечья украшали сине-бордовые синяки. — Остальное цело?

— Ребрам немного досталось, но они целы.

— Ну-ка, сожми кулаки, — попросила она. — Разожми. Рентген делать будем?

Я покрутил запястьем.

— Нет, все нормально. Как думаешь, теперь-то нас точно выгонят из страны или еще потерпят немного?

— Почему ты вечно мыслишь категориями провинившегося подростка? Это не нас надо наказывать, а мы должны требовать объяснений, извинений и компенсаций. Предлагаю использовать все доступное влияние и поднять шум на всю Европу.

— Но только не сегодня, — устало вздохнул я, облокачиваясь на спинку дивана.

— А что в поместье делал Беккер? — спросила Тася.

— Думаю, приходил за головой главного. Я ему здорово помог, собственно, как и он мне. Один только Бэр Пойзон на пустом месте попал на серьезную драку, — я рассмеялся, вспоминая лицо англичанина. — Надо будет извиниться перед ним как-нибудь…

— Эта троица в черном, кто они, вообще, такие? — спросила она.

— Есть у меня один знакомый, которого можно об этом расспросить. И когда мы вернемся в Москву, с него и начну. Черт, как же хочется стать чуть-чуть сильнее. Обидно признаться, но даже ученик главного из черепов оказался сильнее меня.

— Если ты победил, значит, не сильнее. Взрыв ты устроил?

— Угу, — я кивнул.

— А ты точно мастер укрепления тела, а не взрывов? — прищурилась она.

— Не смешно, — я прислушался. — Что жужжит?

Тася выпрямилась, прошла в спальню и вернулась с моим телефоном в руках.

— Вот, а я ведь поставил режим «не беспокоить», — сказал я, видя незнакомый номер.

— Бери, а то тебе и на выключенный телефон позвонят, или как в том анекдоте — на пульт от телевизора, — она рассмеялась.

Я нажал кнопку принять звонок.

— Матчин слушает.

— Господин Матчин, простите, что побеспокоил. Это Луис де Борха.

— Узнал Вас, — сказал я, одними губами для Таси произнес: «Герцог».

— У Вас все в порядке? Помощь не требуется?

— Спасибо за беспокойство, но у нас все хорошо.

— Если требуется медицинская помощь, то у меня отличная клиника недалеко от Мадрида.

— Мы уже рядом с Национальным госпиталем, заглянем туда.

В трубке ненадолго повисло молчание.

— Сохраните номер, — сказал герцог. — Это мой личный телефон. Если возникнет проблема или сложная ситуация, обязательно позвоните.

— Конечно, — обнадежил я его, пытаясь, чтобы в голосе не проскочил сарказм. — Так и сделаю.

— Берегите себя, — сказал он.

— Спасибо. До свидания, — я нажал кнопку отбоя и посмотрел на номер телефона. Пару секунд подумав, нажал «сохранить». — Герцог просил позвонить, если мы попадем в беду, представляешь?