Фалько – Доспех духа 1-11 (страница 21)

Я еще не знал специфику ки мастера Малинина, поэтому немного заинтересовался. Взять, к примеру, однорукого Семена. При помощи своей силы он мог резать практически любой материал на довольно приличном расстоянии. А что мог мастер рода Трубиных, пока оставалось загадкой.

— Ну, тут, вроде, и разбирать нечего. Чем выше уровень доспеха, тем меньше оказывает на него влияние внешнее ки, — сказал я, усаживаясь рядом.

— Не значит ли это, что сама броня является проявлением этого самого ки? — чуть улыбнулся он. — Если он уравнивает и сводит на нет другую силу.

Тут следует пояснить, что имел в виду мастер. Проявлением ки считалась кинетическая броня, гасящая инерцию любой направленной на тебя силы. Доспех духа всегда считался не более чем укреплением тела и к ки имел опосредованное отношение.

— Тогда и «специалистов» придется записывать к «мастерам», — улыбнулся я. — Если только не создавать различные техники, используя для этого доспех.

— Что находится в разряде ничтожно малой вероятности, — кивнул мастер. — Проще понять суть своей внутренней силы, чтобы использовать ее, так скажем, за пределами себя.

— А если развить уровень доспеха достаточно высоко? — больше предложил, чем спросил Глеб. — Ведь доспех духа может влиять на окружающую среду. Факт.

Оба посмотрели на меня. Все-таки Глеба не просто так называют гением. Не думал, что за такой короткий промежуток времени он поймет суть фокуса с каплей воды. Ведь для того, чтобы повлиять на нее, мало использовать только кинетическую броню.

— М… если так подходить к вопросу, — я вздохнул, поняв, к чему они ведут и о чем говорили. — Что если я стану заявлять, что кинетический доспех, это всего лишь остаточное проявление брони духа, что скажите?

— Это как заявлять, что перо и чернила есть остаточные проявления слов, написанных на бумаге, — ответил мастер.

— А я думаю, что почти вся причинно-следственная связь, которой руководствуетесь вы, неверна. Следуя логике, вы двигаетесь далеко не в самом правильном направлении и уж всяко не самым коротким путем. Вы увеличиваете внутреннюю силу, укрепляя этим самым тело. Я предпочитаю укреплять тело, увеличивая силу.

— Раньше я бы утверждал обратное, но… — мастер Малинин немного пожевал губами. — Надо все хорошо обдумать.

— Глеб, не сомневайся в правильном выборе способа и метода совершенствования, — сказал я Маленькому гению. — Второй путь точно не для тебя. Но, за небольшую услугу я могу показать, как немного ускорить этот процесс.

— Чем я могу помочь? — заинтересовался он.

— Тут больше моя прихоть, чем что-то серьезное, — смутился я для вида. — Мне интересен Московский Институт Боевых Искусств. Много слышал о нем от Марины и Татьяны. Хотелось бы посмотреть на него изнутри, так сказать. Думаю, у вас есть связи чтобы помочь мне устроиться… то есть, поступить на второй курс. Желательно в их группу, чтобы я быстрей освоился. Не беспокойтесь, — быстро добавил я, — у меня есть личные сбережения, чтобы оплатить учебу.

— Учеником? — он даже задумался. — Думаю, господин Наумов, ректор института, с радостью принял тебя как… младшего преподавателя. Но, учеником… Хотя, думаю, это будет интересно. Сергей Пантелеевич, что скажете?

— Это будет несложно. Я поговорю с ректором лично. Уверен, что это будет полезно, как для Кузьмы, так и для других студентов, — он встал и обратился ко мне. — Можешь собирать вещи и переезжать в общежитие уже завтра.

Мы проводили его взглядом.

— Он знаком лично с ректором? — спросил я.

— Мастер Малинин один из старших преподаватели.

— Но, он же учитель Трубиных?

— Что ничуть не мешает ему помогать одаренным студентам.

Ага, одаренным — значит тем, кто не входит в большой род. МИБИ неплохое место, чтобы подбирать кадры для такого большого и влиятельного рода, как Трубины.

— Раз уж все так удачно получилось, — сказал я. — то, по поводу моей помощи. Как у любого «классического», — я выделил это слово, — мастера, у вас есть некий баланс между телом и духом. Если он нарушен, то вы либо расходуете слишком много ки, либо слишком мало. Для начала следует его найти. Поэтому следующие пять дней, за исключением времени для сна, ты тратишь все силы на укрепление тела. Чистота эксперимента будет зависеть от того, сможешь ли ты задействовать все силы без остатка. Через пять дней ты должен напоминать высушенный фрукт. Справишься?

— Справлюсь, — кивнул он с полной серьезностью.

— Тогда я ушел собираться.

— Кузьма, — окликнул он меня. — Чисто гипотетически, смог бы ты пробить защиту мастера? К примеру, мастера Малинина?

— Гипотетически я могу разрушить любую защиту слабее моей, — я улыбнулся и вышел на улицу, сталкиваясь с Катей. — А… Привет. Ты чего тут? Думал уже въезжаешь в общежитие.

— Решила взять академический отпуск. Будет повод проводить больше времени вместе, — она улыбнулась и чуть изогнула бровь. — Ты не рад?

— Даже не знаю. Просто, я решил с завтрашнего дня стать студентом вышеобозначенного учебного заведения.

— Как-то очень неожиданно, — удивилась она. — Разве там смогут…? — она замолчала конец фразы.

— Ради интереса, — я решил придерживаться этой легенды. — Посмотреть на то, как учат в России.

— На первый курс? У них довольно плотный график.

— На второй.

— Ага. Значит, ты по этому поводу встречался с Соломиной?

— Что-то вроде того. Пойду сестру обрадую.

Несколькими минутами спустя, в комнате Оксаны и Николая.

— Раньше я одна от мамы бегала, теперь вместе прятаться будем. Хорошо придумал, одобряю, — язвительно сказала она, скрестив руки на груди.

— Та ничего не будет, — отмахнулся я. — Я ж понарошку.

— Ты это мне объяснить можешь, а дома слушать не будут. Зачем тебе это, а? Давай расскажем Федору Георгиевичу, пусть сами разбираются.

— Я хочу знать, кто приказал в тебя стрелять… — спокойно ответил я, но она не дала договорить.

— Вот упрямец, — всплеснула она руками. — А если все только хуже станет? И обязательно станет, если ты в это дело свой нос сунешь.

— И не только нос, — вставил я. — Скажем им, и ничего не изменится. Ну, знали Трубины об опасности для Николая, чем это помогло в торговом центре?

— Хорошо, — вздохнула она. Прошла ко мне, уселась рядом, облокотилась о плечо. — Поступай, как знаешь. Только будь осторожен.

— Я пуленепробиваемый, мне можно, — улыбнулся я, обняв ее за плечи.

Чжен, следивший за Аленой, позвонил вечером. Я только принял душ и развалился на кровати, решив в кои-то веки посмотреть телевизор.

— Что интересного? — я сделал телевизор тише.

— Интересного много, — судя по шуму на заднем фоне, говорил он откуда-то над проезжей частью. Возможно с крыши дома. — Снайпер твоя на ночь глядя заглянула в офис к бандитам районного масштаба. Провела там три часа, и выходить не собирается. А вот «братки» важные разъехались, осталось пара человек присматривать за офисом и все.

— Очень даже интересно получается, — протянул я. Знать какие дела у Алены с упомянутыми братками надо. Нам с ней еще работать и лишние проблемы, как говорится: — «нам не нать». — Бери языка. Узнай, что за общие дела у них и звони.

Голову даю на отсечение, подставила она меня, ох подставила. Но, я про это и говорил. Чем быстрее заказчик выйдет на меня, тем быстрее я его отправлю к праотцам. Странно только что этим занимается мафия. Хотя и у нее есть свои специалисты и, наверняка, мастер найдется.

Минут тридцать я раздумывал о всевозможный вариантах, строя воздушные замки. Наконец позвонил Чжэн.

— Выяснил, — сразу начала он. — Денег она им задолжала. Сумму не узнал, но явно не маленькую. Язык попался разговорчивый, сказал: — «выплатить она не сможет, да и смотрящий за районом денег не хочет». Говорит, он ее пользовать хочет.

— Я понял. Далеко этот офис? Я найду?

— Не очень. Я заеду через двадцать минут.

— Жду, — я нажал отбой и встал, потянувшись. Протянул задумчиво. — Алена, Алена…

«Нет, в любом случае она мне нужна», — полез в шкаф за кимоно. Вот и опробую обновку из жесткой ткани. А-то лежит без дела. Нарываться на драку с якудза, то есть с бандитами я совершенно не хотел, да и не нужна она мне. А вот вытащить девушку надо.

Чжен приехал, как и обещал, через двадцать с небольшим минут. Я вышел через главные ворота, сел в знакомую машину, и мы резво стартовали. Водил мой учитель кэмпо совершенно в другом стиле, нежели Войтек. Непривычному человеку может показаться, что излишне агрессивно. Скорость не меньше восьмидесяти, резкие повороты и торможения. Сдается мне, нравится это ему и вот таким образом он отрывается, когда есть возможность.

— Кузьма, — перешел он на знакомый тон. — Ты там поспокойней, лады?

— Посмотрим, — многозначительно отозвался я, глядя в окно.

Тут он прав. Не люблю я несколько типов людей. Просто категорически не перевариваю. И банды городские в этом списке на втором месте.

Свернув в какой-то район с трех и пятиэтажными домами-офисами небольших фирм, машина остановилась в переулке у вывески «строительная компания ЮГ» Квадратный дом в три этажа, одна вывеска на все здание. Пять окон в длину, пять в ширину. Свет горит на первом этаже и в одном окне на третьем.

— Я зайду с черного хода, — сказал Чжен, когда я вышел. — Девушка на втором этаже, одна из угловых комнат.

К моему удивлению, было не заперто. Узкий коридор, несколько дверей справа и слева. Кулер для воды у лестницы, пара диванов прямо в коридоре, перед одним из которых небольшой телевизор на низеньком столе. На диване двое. Один в брюках и рубашке, второй одет по-спортивному, в синее трико.