Фабио Ланзони – Дикарка (страница 34)

– Вот, возьми. У меня есть еще.

– Откуда ты их берешь? Из кармана? – спросила она с набитым ртом. – Но у тебя ничего не оттопыривалось…

Она помолчала, вздрогнув от мысли, что непроизвольно сказала непристойность. Марко фыркнул.

– В самом деле? Мне послышалось или ты спросила, не оттопырилось ли у меня что-нибудь? – спросил он почти вызывающе.

Несмотря на темноту, Лия явственно представляла себе, какое сейчас у Марко лицо. Она слишком часто видела его наяву, когда они соблазнительными намеками и двусмысленностями разжигали взаимную страсть в самом начале их знакомства.

Лия откашлялась.

– Вообще-то я имела в виду яблоки.

– Я сорвал их в саду на склоне холма. – Хрипотца в его голосе лучше всяких слов сказала Лии, что мыслями Марко тоже был в их насыщенном наслаждениями прошлом.

– В темноте, под дождем? – с сомнением в голосе спросила Лия.

– Я же знал, что ты захочешь есть. Да и я проголодался, – поспешно добавил он, чтобы доказать, что не стал бы заботиться о Лии, если бы не собственная нужда.

– Спасибо, – тихо произнесла она.

– Пожалуйста.

Она молча доела яблоко, потом прикончила второе, избавившись по крайней мере от сосущей боли в желудке.

Жаль, что душевную боль нельзя заглушить едой, тоскливо подумала она.

Лия услышала, как Марко зевнул, и спросила:

– Ты хочешь спать?

– Да, не мешало бы немного отдохнуть. Дай мне руку – произнес он, помолчав.

Поморщившись, она подчинилась его краткой команде, понимая, что на этот раз не получит яблока.

Лия не ошиблась.

Она почувствовала прикосновение металлического браслета к своему запястью, звонкий щелчок и поняла, что он снова приковал ее к себе.

– Тебе не стоило этого делать, – сказала Лия.

– Нет, стоило.

– Но почему? Ты же оставлял меня одну, выходя за яблоками. Я могла проснуться, – поддразнила она Марко, – и сбежать в лес.

Про себя она очень сомневалась, что решилась бы куда бы то ни было бежать, если бы, проснувшись, обнаружила себя в одиночестве.

Он не ответил, устраиваясь на ночлег возле деревянного бочонка.

Через минуту в сарае воцарилась мертвая тишина, и Лия, заговорив, была не уверена, что Марко еще не уснул.

– Как ты меня нашел? – спросила она. Ответа не последовало, и Лия с сожалением поняла, что Марко успел заснуть.

Но после недолгого молчания он заговорил:

– Ты должна знать, что твое лицо показали по телевизору во время игры «Ред соке» с «Янки».

Лия кивнула, затем, поняв, что он не видит ее в темноте, сказала:

– Это я знаю.

– Я смотрел эту игру, – просто произнес он.

– Я догадывалась, что это может произойти. Ты же всегда любил бейсбол. И болел ты за нью-йоркских «Янки», – вспомнила она. – Мне всегда казалось очень странным, что калифорнийский парень болеет за нью-йоркскую команду.

Марко ничего не ответил.

Лия набрала в легкие побольше воздуха и решилась.

– Ты же вырос не в Калифорнии, правда, Марко? Ты рос в Нью-Йорке.

Несколько мгновений он молчал. На этот раз Лия была уверена, что Марко не спит: она почти физически почувствовала, как он напрягся. Еще до того как он заговорил, Лия поняла, что была права в своем предположении.

– В Южном Бронксе, – спокойно произнес он. – Ты догадалась только потому, что я болел за «Янки»?

– Иногда, когда ты забывался, когда мы ругались или… – Она замолчала, не желая вслух вспоминать об их взаимной страсти. Потом снова заговорила: – Как бы то ни было, иногда я слышала следы акцента. Нью-йоркского акцента. Но даже если бы не это, я все равно знала бы, что ты лжешь про Калифорнию, потому что ты лгал обо всем.

– И всегда?

Откуда она может это знать? В чем могла она теперь быть уверенной, когда убедилась, что он вовсе не тот, за кого себя выдавал.

– Не знаю, – честно призналась она. – Просто я всегда думала, что ты не можешь быть случайно забредшим на огонек приятелем Виктора, приятелем, застрявшим в доме на все лето и на часть осени. Когда ты собирался рассказать мне правду?

Молчание.

– Ты вообще собирался мне что-нибудь рассказывать?

– Вероятно, нет, – последовало после недолгой паузы.

Этого она и ждала.

Впрочем, какое это имело значение сейчас, после стольких месяцев разлуки?

Но почему-то его слова были очень важны для Лии.

– Как ты меня нашел? – спросила она снова, справившись с волнением. – Я имею в виду после того, как ты увидел по телевизору мое лицо. Как ты умудрился меня выследить?

– Позвонил в Бостон одному своему другу, который мне кое-чем обязан, – сказал он, словно это было так же очевидно, как то, что Земля круглая.

– Понятно, – спокойно произнесла она, сознавая, что вопросы не должны быть слишком многословными. – Ну и как он нашел меня?

– Игра затянулась, – проговорил Марко. – Моему другу не составило труда проехать в «Фенвей-парк» и смешаться с толпой, покидавшей стадион. Все, что от него требовалось, – это побеседовать с людьми, которые сидели рядом с тобой на трибуне.

– И каким же образом ему это удалось?

– Он просмотрел стоп-кадры видеозаписи эпизода, в котором тебя стукнуло мячом.

– И ты изготовил эту видеозапись… но как?

– У меня есть кое-какие связи, – только и сказал Марко.

– Итак, ты изготовил стоп-кадры видеозаписи, – заговорила Лия через минуту, – и…

– Мой друг изготовил, – невозмутимо вставил Марко.

– И что сделал твой друг? Прокрутил в замедленном темпе эти кадры, чтобы хорошенько рассмотреть людей вокруг меня?

– Вероятно, да.

– А потом подстерег по дороге домой этих людей и опросил их?

– Именно так.

– И таким образом он выследил меня и уже утром знал, где я живу? – Лия недоверчиво покачала головой. – Это невозможно. Никто из присутствовавших на матче и сидевших около меня не знал, как меня зовут и кто я такая, кроме моего спутника.

– Ты была со спутником?

– Да, – ответила Лия, чувствуя необъяснимую радость оттого, что в голосе Марко прозвучала ревность. Она не собиралась говорить, что это было случайное свидание, которое ей навязали помимо воли, и что ей совершенно наплевать на бедолагу Тони Ланцоне.