Ежи Тумановский – Связанные зоной (страница 23)

Банда оказалась многочисленной. Помимо двух уже знакомых Антону бандитов и предводителя, возле обгорелой печи собрались еще восемь человек, а чуть в стороне двое мародеров охраняли пятерых пленников, которых со связанными руками усадили на землю.

— Давай их к остальным, — велел главарь и направился к основной группе. Антон понял, что, возможно, другого момента заговорить с ним не представится, поэтому набрался смелости и произнес:

— Можно мне с вами погов…

Удар прикладом в солнечное сплетение заставил его замолчать и рухнуть на землю, скрючившись от боли. Коренастый бандит схватил его за шиворот, поволок за собой и бесцеремонно бросил в ноги другим пленным. Товарищи по несчастью не проявили сочувствия, никто не помог подняться. Один из них обратился к мародеру:

— Ломоть, скажи Филину, поговорить надо.

— Закрой пасть, «должник», Фил ясно дал понять, что говорить не о чем, — огрызнулся коренастый. Он запыхался, пока тащил Антона.

— Вы, ребята, может, чего не догоняете? Я из «Долга»! Мои парни это просто так не оставят, — продолжал пленный. — Хотите воевать с «Долгом»?

— Мы что, похожи на идиотов? — усмехнулся Ломоть. — Зачем нам воевать с «Долгом»?

— Тогда скажи Филину, чтобы отпустил меня, иначе пеняйте на себя! Покрошим вас, как слепых псов. «Долг» своих не бросает никогда — будь уверен, меня уже ищет не один десяток квадов. А даже один квад всю вашу банду вырежет за пару минут.

— Конечно, скажу, да я даже уверен, что Фил и так все знает, — все так же весело сообщил Ломоть. В следующую секунду улыбка сошла с его лица, и он раздраженно произнес: — А раз знает и ты все еще здесь, это значит, ему плевать, из «Долга» ты или еще откуда! Понял? Так что заткнись и не рыпайся! — Потом коренастый бандит обратился к одному из охранников: — Жнец, он чего такой говорливый? Забыли «настойкой» угостить?

— Ничего мы не забыли! Вкололи, как и другим, полдозы, чтобы ходить могли, но не дергались.

— Ну, ясно. Тренированный, сука такая. Надо было ему челюсть сломать, чтоб не болтал лишнего.

— Что, напугал тебя «должничок»? — глумливо подначил товарища Жнец.

— Кто? Этот? Да видел я его квады на одном месте! Жнец ухмыльнулся, но промолчал, а Ломоть поспешил сменить тему:

— Если кто еще пасти будет открывать, заколоти им хавальники прикладом.

— Лады, — кивнул охранник.

Коренастый бандит отряхнул руки, поправил автомат и пошел к остальным.

Восстановив дыхание, Антон поднялся с земли и оглядел пленников. Тот, что разговаривал с Ломтем, был массивнее всех. На лбу у него темнела запекшейся кровью большая ссадина. Он был без рубахи, в одной тельняшке. На мускулистом плече красовались две татуировки, расположенные одна над другой: первая с эмблемой десантных войск, вторая — символ группировки «Долг». Антон слышал о «долговцах», когда пытался разузнать что-нибудь о Зоне, прежде чем сунуться туда. Другие пленники ничем особым не выделялись, одеты были либо в куртки защитного цвета, либо в стандартный армейский камуфляж.

Тем временем главарь собрал вокруг себя своих людей и заговорил:

— Парни, как видите, сегодня правила немного меняются. Наши заказчики почему-то спешат, поэтому действовать пришлось, отступив от обычной схемы. Хриплый и Кожа работали как обычно, а нам с остальными пришлось собирать всех, кто под руку попадется. Даже вон в «долги» влезли, лишь бы успеть.

Бандиты дружно загоготали над шуткой предводителя. Парень из «Долга» прошипел: «Суки».

Пленники прекрасно все слышали — мародеры не собирались шушукаться. Антон посчитал это плохим признаком, холод тревоги в душе начал превращаться в лед.

— Риск велик, но оплата обещает компенсировать его, — продолжал Филин. — Кроме этого, наши чокнутые друзья попросили дождаться их, а потом сопровождать некоторое время.

— Зачем? — спросил кто-то из бандитов.

— Затем, что они предложили за это три цены сверх обычной. Не думаю, что работа настолько сложная, парни, чтобы отказываться от таких денег. — Он посмотрел на часы. — Представители заказчика прибудут сюда с минуты на минуту. Я не думаю, что им нужно знать весь состав нашей команды, поэтому для сопровождения останутся Кожа, Жнец, Ломоть и Бугай. Я тоже пойду. Остальным возвращаться за Периметр, собирать манатки и двигать в условленное место. Мы туда позже подойдем. Ваша задача — сказать, что еще пятеро будут. В качестве пароля ссылайтесь на меня.

Мародеры начали не спеша расходиться, переговариваясь между собой.

— Шевелитесь, мать вашу! — прикрикнул главарь. — Я не ясно выразился? Они уже на подходе! Кожа, поднимай «товар»!

— Да, хорошо! — отозвался тощий мародер, направляясь вместе с напарником в сторону пленных.

«Товар». Слово эхом отозвалось у Антона в голове. Что здесь происходит? Люди не могут быть товаром! Сейчас не древние времена! Рабство давно искоренено! Что замыслили эти подонки? Кому их собираются продать? Надо попытаться убежать!

Он начал озираться по сторонам, ища путь к спасению, но оружие в руках конвоиров делало побег невозможным. Никто не успеет даже подняться. Случайно взгляд молодого человека встретился со взглядом предводителя банды, и Антону показалось, что он почти физически чувствует исходящую от этого человека самоуверенность и силу, которая подавляла, подчиняла себе даже на расстоянии. И страх в который уже раз сжал внутренности ледяными тисками.

— Встать! — рявкнул коренастый, подходя к пленным. — Жнец, Бугай, ну что стоите столбами? Поднимайте их!

— Пошел на х…, Ломоть! — ответил один из охранников. — Не командуй! Ты не Филин.

— Нет, но морду тебе начистить и я смогу!

— Осади, Ломоть, — приструнил напарника Кожа. Прозвище удивительно подходило тощему бандиту.

— С чего такая спешка? — спросил у него Бугай.

— Мне откуда знать? — огрызнулся Кожа. — Вы же с Филином были, пока мы груз по обычной схеме доставляли.

— Нам он сказал, что и всем, а ты обычно больше знаешь.

— В этот раз — нет. Знаю, что сектантам срочно понадобилось ритуал провести. А у этих психов свои причины.

— Не нравится мне это. Я бы вообще на них смотреть не хотел, не то что сопровождать.

— А бабки получать и просаживать хотел бы? Ну вот и заткнись!

Пленных подвели к месту сбора банды возле разрушенной печи. Через несколько минут со стороны оврага из леса появились два вооруженных человека, облаченных в одинаковые многослойные комбинезоны радиационной и химической защиты. Оба были в противогазах, на головы натянуты капюшоны, а руки спрятаны в перчатки.

«Покупатели… которых Кожа назвал сектантами», — сразу догадался Антон, и к страху неизвестности прибавилась давящая обреченность.

Когда «покупатели» приблизились, Филин поднял обе руки в приветствии и фальшиво заулыбался. Вместе они отошли в сторону, о чем-то негромко поговорили. После чего предводитель банды махнул своим:

— Пошли!

Вся процессия отправилась в путь. Двое в комбинезонах двигались во главе длинной узкой колонны пленников и бандитов.

Шли до самой темноты, и похоже, сектанты не собирались останавливаться. Бандиты начали опасливо переговариваться между собой — им совершенно не нравилась идея топать среди ловушек ночью. Главарь, видимо, полностью разделял их мнение. Он догнал проводников и о чем-то долго с ними общался, иногда переходя с громкого шепота на разговор в полный голос и срываясь на ругательства. Потом вернулся к своим людям, а фанатики уселись на землю и, соприкоснувшись лбами, начали раскачиваться.

— Что там? — спросил Кожа у главаря.

— Да суки думали, что мы за ними по темноте пойдем, — фыркнул Филин. — Разводи костер, напоите пленников «настойкой», чтобы ночью не сдернули. Дежурства — как обычно.

Кожа кивнул и покосился на сектантов, уже почти неразличимых в темноте. По его виду Антон сразу определил, что мародеру не по душе вынужденное соседство, но деваться было некуда.

Тощий бандит заметил его взгляд.

— Что вылупился? — рявкнул Кожа, срывая на пленнике свое недовольство. — Ломоть, давай «настойку», потом костер сложите и пожрать разогрейте.

Коренастый мародер подошел к пленникам, доставая из вещмешка флягу.

— Держите «огненную воду», чингачгуки, — хмыкнул он. Антон знал, что это отрава, тот же самый наркотик, которым его опоили, когда похищали. Но пить хотелось так сильно, что было наплевать. К тому же он прекрасно понимал, что у него нет выбора. Когда подошла его очередь, он жадно припал к фляжке, сделал несколько больших глотков. Мародер отпихнул его со словами «другим оставь», и перешел к следующему пленнику. Пили все, только с «долговцем» бандитам пришлось повозиться и влить пойло насильно.

Антон прилег на траву и закрыл глаза, испытывая усталое безразличие к происходящему. Мысли снова унесли его в тот самый вечер, когда после прощания с Мариной он гнал по проспекту.

…Антон мчался, не видя ничего перед собой. Голова разрывалась от бессмысленных вопросов, кожу словно палило огнем, в горле пересохло. Он не хотел верить, что больше ничего нельзя сделать. И зарычал сквозь стиснутые зубы, но рычание постепенно перешло в вой… Как ни сопротивлялись его чувства, разум упрямо твердил: ВСЕ! Финиш! Финал! Красивое кино под названием «Марина и Антон» закончилось, и повторного сеанса не предвидится. Несколько раз он едва не врезался, но, словно в ступоре, продолжал давить на газ.