Ежи Тумановский – Штык (страница 57)

Он первым решительно разделся и залез в прохладную воду.

Вскоре, перестирав, как получилось, одежду, все трое уже вовсю плескались посреди ручья. В самом глубоком месте вода едва доходила до груди, и Штык даже сходил к другому берегу посмотреть грозную стену леса поближе.

При ближайшем рассмотрении впечатление оказалось ещё хуже: похоже, что когда-то по другому берегу прокатилась настоящая катастрофа — за выросшими плотным строем довольно молодыми деревьями хорошо угадывались чудовищные завалы из поваленных когда-то стволов.

— Ну, вот и материал для плота, — удовлетворенно сказал Штык. — Нам всего-то и надо бревна три-четыре. И связать как-нибудь.

Когда он вернулся обратно, оба «бойца» смотрели куда-то вверх по течению ручья.

— Там что-то плывет, товарищ генерал, — сказал Хомяк. — Видите? Скоро здесь будет.

Штык присмотрелся и действительно увидел, как вдалеке на воде, раскачиваясь и поворачиваясь из стороны в сторону, к ним приближается что-то непонятное. Единственное, что не вызывало сомнений, это цвет. Объект был чёрный и отчетливо поблескивал, поворачиваясь определённым образом.

— А ну давай ближе к берегу, — на всякий случай сказал Штык.

Через некоторое время стало понятно, что такое приплыло прямо в руки беглецов.

— Да это катамаран, — не скрывая удивления, сказал Штык. — Смотри-ка, с мешками даже.

Это действительно был катамаран. Два чёрных надувных баллона, скрепленные рамой из грубо обтесанных тонких древесных стволов. На каждом баллоне лежал привязанный к перекладинам туго набитый мешок. Катамаран, видимо, зацепился за что-то, поскольку больше не приближался, а лишь весело раскачивался, подталкиваемый течением, и сверкал мокрыми боками.

— Ого! — радостно сказал Буль. — Даже с трофеями!

В первую секунду Штык даже не знал, что подумать. Катамаран приплыл настолько удачно, что в пору было начинать сочинять байку про милость Зоны — одну из тех, которыми так любили обмениваться под рюмочку бывалые сталкеры. Вместо постройки плота теперь можно просто сделать вёсла и плыть пусть с меньшим комфортом, но гораздо быстрее. Плюс в мешках наверняка есть еда и оружие.

Сердце радостно стукнуло: кажется, им наконец по-настоящему повезло. Штык повернулся к берегу, намереваясь добраться до катамарана посуху, и уперся взглядом в два автоматных ствола. У обоих стволов было по хозяину, которые имели вид решительный и несколько бандитский.

— Я ж тебе говорил, что лохов нам Зона подогнала, — сказал низкорослый. — Видишь, стоят, трофеями халявными любуются.

— Ну и кто из них тогда проводник? — спросил в пространство второй, более высокий и крупный по комплекции.

— Ну а что ты у меня-то спрашиваешь? — удивился первый. — У них и спроси.

Был он худоват, но жилист, с чёрными прямыми волосами и большими глазами навыкате. Автомат в его руках смотрелся чуть великоватым, но держал его человек уверенно, как абсолютно привычную вещь.

— Ну и кто из вас тогда проводник? — с усмешкой спросил второй.

Как и его товарищ, он был облачен в тёмно-серую куртку и такого же цвета штаны. На почти лысой, с жалкими остатками растительности по бокам голове совершенно не к месту смотрелись очки с верёвочками вместо дужек.

— Это длинная история, — мрачно сказал Штык, оценивающе разглядывая два «калаша», направленные на трёх беспомощных и голых людей в ручье.

— Ну, тогда молитесь, — сказал лысый здоровяк, продолжая при этом совершенно дико улыбаться.

У Штыка болезненно сжалось в груди сердце, но в этот момент худой неожиданно сказал:

— Заколебал ты со своими шуточками. Поплыли дальше — видишь ведь, нет тут угрозы.

— Ага, «нет угрозы», — сказал лысый, опуская автомат. — Вон ствол с глушаком лежит — раз. Вон пистолет — два.

— Ну так забери. Выложим на берегу, как отплывём.

— Слушайте, я не знаю, кто вы и куда плывете, но нам нужна ваша помощь, — решительно сказал Штык. — За последние три дня мы подверглись нападению контролёра, за нами гнались военные сталкеры, а сейчас ищет усиленный квад «Долга». По-моему, это стоит того, чтобы хотя бы меня выслушать.

34

— Ну и дела, — сказал Хвост, покачивая лысой головой, когда Штык закончил свой рассказ. — Ни за что бы не поверил, если бы это происходило где-нибудь ещё. Но здесь — Зона.

Он заботливо подвинул Штыку миску с мясом и бобами и уже в который раз посмотрел на Буля и Хомяка, сыто развалившихся после еды на песчаном берегу.

Почти бездымный костёр, разожжённый полчаса назад, давал достаточно тепла и чтоб согреться, и для разогрева пищи, и для сушки разложенных после стирки вещей. Грач, несмотря на свою худобу, легко ломал сухие поленья толщиной в человеческую руку и подкладывал их в огонь. У берега на воде чуть заметно покачивался привязанный катамаран.

— Ты вот сказал мимоходом, что не везёт вам всё время, — сказал Грач, задумчиво разглядывая Штыка в упор, — но всё обстоит с точностью до наоборот. Тебе просто бешено везло с первого дня, как вы сюда попали.

— Это везение? — удивился Штык. — Тогда как же могло бы выглядеть невезение?

— В самом простом варианте, — с лёгким превосходством, словно объясняя таблицу умножения двоечнику, сказал Хвост, — было бы на три зомбака у того контролёра больше. А вообще всё очень просто: вы не сталкеры и столько дней живыми ходите по Зоне — вот это чудо из чудес.

— Самая серьёзная ваша неприятность — это квад «Долга», — сказал Грач. — И не потому, что вы одного из них по голове ударили, это как раз ерунда. Если они решили, что ты контролёр, то пойдут за тобой до конца, используя все средства. И не факт, что, убравшись за Периметр, ты от них избавишься.

— А как… вы считаете? — с лёгкой запинкой спросил Штык. — Может, я и правда…

Грач и Хвост переглянулись и засмеялись. У Штыка отлегло на сердце.

— Понимаешь, мы смотрим на всё это довольно просто, — сказал Хвост. — Ты не выглядишь как контролёр, не ведёшь себя как контролёр, и даже рассказывая нам всё начистоту, без обмана, ты ведь готов был умереть, если бы мы посчитали тебя опасным. Ты не контролёр потому, что даже отдаленно на него не похож. А контролёры — они не блещут разнообразием. Успокойся и не бери в голову всю эту «долговскую» дурь. Да, многое из того, что ты рассказал, выглядит очень и очень странно. Но это Зона, здесь такое бывает, что никакой логикой объяснить нельзя. Ты можешь быть кем угодно, но только не контролёром.

— Больше всего «долговцев» насторожило, что вы сумели так долго идти по Зоне без проводника, — сказал Грач.

— Если бы ты им сразу сказал, что твои генералы стали дисарами… — начал Хвост, поправляя очки.

— То их бы первых в расход и пустили, — закончил Грач. — Голову включи. Для «Долга» дисар — это стопроцентный мутант.

— Я просто сказал, что если бы это было известно, то насчёт контролёра не было бы сразу таких выводов, — сказал Хвост. — Я ж не говорю, что так и надо было сделать.

— Что значит «дисары»? — с удивлением спросил Штык.

— На самом деле, если у тебя есть склонность к торговле людьми, это богатство, — сказал Хвост. — В очень редких случаях после незаконченной атаки контролёра человек теряет не разум, а только часть себя. В ещё более редких случаях он обретает способность ощущать ловушки всем телом. Это как бы живой детектор аномалий. Причём детектор, абсолютно послушный воле своего хозяина — ведь у дисара нет собственных желаний и амбиций. Я вот за всю жизнь видел всего одного дисара. И тот уже почти совсем дохлый был. А тут сразу два.

— Ты абсолютно правильно сделал, что сразу подчинил их своей воле, — сказал Грач. — Иначе никуда бы вы не пошли и погибли бы сразу на месте, если те военные сталкеры, о которых ты говорил, действительно были командой зачистки, а не спасения.

— У меня других вариантов в голове не сложилось, — сказал Штык. — Думаю, чистильщики это были. А генералов я «разжаловал» в рядовые, чтобы мороки с ними не было. Ну, вот сказал бы им, что они генералы, и что? Пришлось бы вокруг них кругами ходить. А так — пацаны на самообслуживании.

— Я же говорю: ты всё правильно сделал, — ответил Грач. — И что это, как не везение?

— Ладно, — решительно сказал Штык, желавший услышать ответ на самый главный вопрос, — это всё лирика. Что дальше? Вы нам поможете?

— Понимаешь, — чуть смущённо сказал Грач, — мы не из Зоны идём, а наоборот — в Зону углубляемся. И дело у нас такой важности, что не можем мы вас к Периметру тащить, извини, некогда.

— Да вы что, мужики? — сказал Штык. — Вы же понимаете, что нам тут хана.

— Мы ведь не можем помогать всем страждущим в Зоне, — рассудительно сказал Грач. — Дураков тут хватает.

— Но мы-то в Зоне оказались не по своей воле!

— Да? — удивился Грач. — И что же вы тут делали, прежде чем на вас напал контролёр? Лагерь с генералами как в Зоне очутился?

— Согласен, да, сперва это была забава. Охота там у них или ещё что-то, — с досадой на себя сказал Штык.

— У них, значит, охота? — саркастически переспросил Грач. — А ты, значит, там на привязи сидел, насильно тебя туда приволокли?

Штык тяжело вздохнул. Он и так рассказал незнакомым сталкерам куда больше, чем хотел, но Грач всё время задавал такие наводящие вопросы, что не удавалось уклониться от прямого ответа. Вот и теперь получалось, что надо рассказывать первую часть истории. Иначе эти двое просто погрузятся на свое плавсредство и поминай как звали.