Ежи Тумановский – Легенды Зоны. Запасной путь (страница 43)
– О, мне знаком этот туман, – тихо сказал Версоцкий, словно разговаривая сам с собой.
Связист хотел было расспросить ученого, но в этот момент впереди показались развалины домов. Одни были сожжены до основания, и только огарки бревен да опаленные глиняные печи давали понять, что здесь некогда было здание. Другие же, напротив, выглядели довольно неплохо: хорошо сохранившиеся стены, целые крыши… Все это сочеталось весьма странно. Будто два мира, разделенных неровной линией проселочной дороги.
Васильев остановился. Следом за ним замерла и колонна.
– Топаем в деревню, – спокойно сказал проводник. – Привал на полчаса, и дальше, к дамбе. До темноты нужно успеть.
– А зачем к дамбе, командир? – подал голос один из бандитов. – Давай в деревне и обляжем на ночь. Заныкаемся в развалинах и отсидимся, а утром в путь-дорогу.
Все приняли это предложение «на ура». Никому не хотелось топать еще полтора километра, а потом мучиться с палатками и спать на холодной земле, когда прямо перед носом есть практически готовое убежище. Велика ли проблема забаррикадировать входы-выходы, да выставить часовых? Но сталкера такой расклад событий не устраивал никак: ведь это напрочь убивало весь его план. Одно дело сбежать из палатки, но совсем другое – из закупоренного баррикадой помещения. Связист поймал на себе озабоченный взгляд наемника.
– Посмотрим, – ответил Васильев на предложение бандита и, развернувшись, направился к поселку, договаривая уже на ходу: – Ночевать рядом с Мертвым Лесом идея не очень правильная.
На место прибыли минут через десять. При ближайшем рассмотрении поселок оказался не таким уж и целым. Стены более-менее сохранившихся зданий покрывали многочисленные трещины, а то и дыры размером с человека. Некоторых стен не хватало вовсе. Насквозь прогнившие крыши грозили обрушиться на голову незваным гостям, рискнувшим забраться в дом. К тому же, поселок оказался обитаем: три собаки, яростно рыча, что-то грызли под стеной самого целого по виду здания. Завидев двуногих, мутанты поспешили ретироваться, но никто не был уверен в том, что они не вернутся поздно ночью.
– Стоп машина! – Васильев предупредительно поднял руку, внимательно осматриваясь по сторонам. – Мельник, Шульц, прочешите левую часть поселка, а Холод и Бегун – правую. Заглядывайте в каждую щель, и, если что, огонь на поражение… Не мне вас учить, короче. Остальные топайте за мной. В центре я заприметил относительно целое здание, там и заляжем на ночь.
Бандиты синхронно кивнули и, держа оружие наготове, разделились на две группы, отправившись в заданных направлениях.
Связист мысленно выругался. Что теперь делать? Как сбежать из здания, битком набитого бандитами? Угрюмо топая следом за человеком с ПКМ, Связист аккуратно, чтобы не вывалился нож, разминал онемевшие кисти, пытаясь на ходу построить новый план побега.
Здание, выбранное Васильевым для ночевки, раньше было то ли сельсоветом, то ли местным клубом. Двухэтажное, сделанное из красного кирпича, теперь покрытого копотью и сеткою трещин, оно находилось практически в центре поселка. В мертвых оконных проемах ни рам, ни стекол. Сорванная с петель дверь валяется на захламленном досками, обрывками газет, осколками стекла и прочим мелким мусором крыльце. Совсем рядом со зданием обрубок ствола молоденькой, в руку толщиной, березки. И ямы. Кругом ямы. Связист только сейчас обратил на это внимание. На дороге. У крыльца. У разрушенных домов. Будто кто-то взял, да и накрыл деревню артобстрелом, или разбомбил с воздуха. Но кому это нужно? Военным? Вряд ли: сталкер бы знал. Бандитам? Наемникам? Им-то зачем? Бред какой-то…
Зверски захотелось спать. И есть. Да просто вытянуться на чем-нибудь мягком и лежать… Долго-долго. До утра. Неделю. До третьего пришествия.
Связист чертыхнулся, чувствуя, что засыпает. Чтобы хоть как-то взбодриться, попрыгал на месте. Лямки рюкзака больно врезались в плечи, и так изнывающие от перенапряжения.
– Чё скачешь, придурок? – послышался сзади голос.
– Пошел на хрен, – зло ответил Связист и тут же получил тычок в спину прикладом автомата.
– Перестаньте! – скомандовал Васильев, до этого вместе с двумя бойцами осматривавший здание сельсовета, а теперь вышедший наружу. – В здании никого. И ничего. Поднимайтесь наверх и там разожгите костер: согреемся и пожрем, как белые люди. А потом на боковую. Дежурим по двое, меняемся через два часа. Вопросы?
Вопросов не возникло. Бандиты поднялись на второй этаж убежища, побросали рюкзаки и принялись за работу. Пленники, все еще связанные, расположились в углу, подальше от входа.
– Я предупреждал, – зло прошептал наемник. – Предупреждал, вашу мать, что нельзя этой суке доверять. Нельзя! А вы? Уши развесили, как девки на сеновале, ноги раздвинули. Вот вас и поимели. А заодно и меня! Твари!
– Заткнись, – оборвал словоизлияния наемника сталкер. – Дай подумать…
Но подумать Связисту не дали. В комнату вошел один из бандитов, крепко сжимая в руках обрывок газеты. Особо прислушиваться сталкеру не пришлось: мужик был габаритен по размерам и говорил так, что слышно, наверное, было и на другой стороне улицы.
– Искали бумагу для растопки, но все газеты за тысяча девятьсот сорок второй год. Что за фигня? Тут что, музей раньше был?
– Может и музей, – проводник похлопал товарища по плечу. Взял газету и, подсвечивая себе фонариком, начал что-то читать. – Да, военного времени газетка. Отлично сохранилась.
– Не нравится мне это, командир! Уходить нужно. Причем, немедленно. Не к добру ведь это…
– Успокойся, Холод, – сказал Васильев. – Из-за чего тревога? Из-за даты на газетке? А если бы ты кость мамонта нашел, что тогда? На охоту бы собрался?
Бандит не нашел ответа. Лишь промямлил нечто невнятное и, закурив, вышел из комнаты.
– Совсем с ума посходили, – пробурчал Васильев.
Пока бандиты разожгли костер, выставили часовых и более-менее организованно уселись у огня, прошло без малого полчаса. За это время успело стемнеть, воздух, нагретый за день, окончательно остыл. Зябко поежившись, сталкер уселся на голую землю рядом с наемником. Хоть бандиты и выдали пленникам «пенку», пользы от нее было немного: Связист и наемник, не сговариваясь, отдали ткань Версоцкому.
Чтобы хоть как-то разогнать напряженную тишину, бандиты вяло переговаривались друг с другом. Связист слушал их вполуха, вдумчиво колупаясь одноразовой пластиковой вилочкой в банке тушенки.
– Стоять! Кто идет? – раздался голос караульного. Послышался предупредительный выстрел. Судя по тонкому девичьему крику часовой не попал, а лишь припугнул неизвестную сталкершу, словно бабочка прилетевшую на огонь.
В миг бандиты повскакивали со своих мест, хватаясь за доселе лежавшее на коленях оружие. Еще секунда и с десяток стволов оказались повернуты в сторону выстрела.
– Дяденька, не стреляйте, – сказал девичий голос, в котором явственно слышались слезы. – Я своя. По лесу уже второй день блуждаю.
Васильев и все остальные бандиты тут же поднялись и повалили на улицу – одинокая сталкерша, блуждающая по ночной Зоне, была частым сюжетом в сталкерских байках, хотя вряд ли кто мог похвастаться, что сам видел такое чудо. Связист тоже не выдержал и подошел посмотреть к окну.
Девушка совсем не походила на сталкершу. Совсем молоденькая, но одетая как деревенская баба в длинную плотную юбку, вязаную кофту и полуразвалившиеся боты. На голове – платок. В руках – корзинка. Неверный свет костра выхватывал ее грязное худое лицо, на котором, впрочем, не было страха, а лишь надежда на спасение.
Связисту не требовалось гадать, что будет дальше. Бандиты не отпустят девчонку просто так. И не посмотрят, что это почти ребенок. Рука сама собой потянулась к ножу. Но что он сделает один против толпы уродов с автоматами?
– Можно, я с вами останусь? – спросила девушка. – Я стирать могу, готовить… Обузой не стану.
От неожиданного предложения бандиты захохотали. А Связист нахмурился: сумасшедшая в Зоне? Еще один персонал сталкерских баек, в финале которых на сцену обычно выходил кукловод. Не то, чтобы Связист верил в байки, но тут ему стало неуютно. Бандиты, впрочем, продолжали веселиться от души.
– Нам стирать не надо, – сказал один, – а вот потереть – можно!
Ответом ему стал взрыв хохота.
– А ну, открой рот, будем измерять рабочий объем!
Новый взрыв издевательского смеха. Девушка растерянно переводила взгляд с одного на другого, и на лице ее проступили растерянность и обида.
– Эй, Шульц, посмотри, что там у нашей прачки с бельем, – закричал еще один бандит. – Постирано али нет?
Бандит по прозвищу Шульц медленно поднялся и, гнусно ухмыляясь, нарочито медленно двинулся в сторону девушки. Ослепленные животными инстинктами бандиты не обращали внимания на то, что приковало все внимание Связиста. Девушка не боялась. И вовсе не походила на жертву. Ненависть исказила тонкие черты девичьего лица. Такая ненависть, которой просто не бывает у жертв, даже если им грозит жестокое изнасилование.
– Прощай, жизнь, – ясным и сильным голосом сказала девушка. – Смерть оккупантам! – мгновение, и корзинка полетела на землю, а в руках у девушки появилась большая граната с деревянной ручкой.
Связист отпрянул от окна и даже успел сбить на пол встающего Версоцкого.