Эжен Ионеско – Носорог (страница 2)

Жан. А где ваш галстук? Вы его потеряли, пока развлекались!

Беранже (поднося руку к шее). Ну, надо же, и правда, забавно. Куда я мог его деть?

Жан (вынимая галстук из кармана пиджака). Вот, наденьте этот.

Беранже. Спасибо, вы так любезны.

Надевает галстук.

Жан (в то время как Беранже кое-как завязывает галстук). Вы совершенно не причесаны! (Беранже пытается причесаться пальцами.) Вот, возьмите расческу!

Вынимает из другого кармана пиджака расческу.

Беранже (беря расческу). Спасибо.

Приглаживает волосы.

Жан. Вы не побрились! Посмотрите, на кого вы похожи.

Вынимает из внутреннего кармана пиджака зеркальце, протягивает его Беранже, тот смотрится в него и высовывает язык.

Беранже. У меня налет на языке.

Жан (забирает у него зеркальце и кладет его обратно в карман). И неудивительно!.. (Берет расческу, которую протягивает ему Беранже, и тоже убирает в карман.) Вам грозит цирроз, друг мой.

Беранже (встревоженно). Вы так думаете?..

Жан (обращаясь к Беранже, который пытается вернуть ему галстук). Оставьте галстук себе, у меня их достаточно.

Беранже (с восхищением). Ну, вы-то в полном порядке.

Жан (продолжая разглядывать Беранже). Одежда вся мятая, ужас какой-то, рубашка отвратительно грязная, ваши туфли… (Беранже пытается спрятать ноги под стол.) Ваши туфли не чищены… Какое неряшество!.. Ваши плечи…

Беранже. А с плечами-то что не так?..

Жан. Повернитесь. Ну, повернитесь же. Вы прислонялись к стене… (Беранже вяло протягивает руку к Жану.) Нет, щетки у меня с собой нет. Не хочу оттягивать карманы. (Беранже все так же вяло похлопывает себя по плечам, чтобы стряхнуть белую пыль; Жан отворачивается.) Ой… Где вас так угораздило?

Беранже. Я не помню.

Жан. Скверно, скверно! Мне стыдно дружить с вами.

Беранже. Вы очень строги…

Жан. И не без причины!

Беранже. Послушайте, Жан. У меня нет никаких развлечений; в этом городе скучно. Я не создан для той работы, которой занимаюсь… каждый день по восемь часов в конторе, и всего три недели отпуска летом! К вечеру субботы я устаю, ну, и вы же понимаете, чтобы расслабиться…

Жан. Дорогой мой, все работают, и я тоже работаю, я, как и все на свете, каждый день провожу по восемь часов в конторе, у меня тоже всего двадцать один день отпуска в году, и тем не менее посмотрите на меня! Все дело в силе воли, черт возьми!..

Беранже. О! Не у всех она такая, как у вас. Я не справляюсь. Нет, не справляюсь со своей жизнью.

Жан. Все должны справляться. Вы что, считаете себя сверхчеловеком?

Беранже. Я не претендую…

Жан (перебивая его). Я такой же, как и вы; более того, скажу без ложной скромности – я лучше вас. Сверхчеловек – это человек, исполняющий свой долг.

Беранже. Какой долг?

Жан. Свой долг… например, долг служащего…

Беранже. Ах, ну да, долг служащего…

Жан. Так где вы надрались сегодня ночью? Вы хотя бы помните?

Беранже. Мы отмечали день рождения Огюста, нашего друга Огюста…

Жан. Нашего друга Огюста? А вот меня не пригласили на день рождения нашего друга Огюста…

В этот момент издалека доносится быстро приближающийся шум – сопение, топот бегущего зверя и протяжный рев.

Беранже. Я не смог отказаться. Это было бы нелюбезно…

Жан. Но я-то туда не пошел?

Беранже. Так, наверное, именно потому, что вас не пригласили!..

Официантка (выходя из кафе). Добрый день, господа, что желаете выпить?

Шум становится все громче.

Жан (обращается к Беранже, стараясь перекричать шум, которому не придает значения). Вот именно, не пригласили. Мне не оказали такую честь… И тем не менее могу заверить вас, что даже, если бы и пригласили, я бы не пошел, потому что… (шум заглушает все вокруг). Да что происходит? (Топот бегущего мощного и тяжелого зверя приближается; слышно его сопение.) В чем дело?

Официантка. Да что же это?

Беранже, по-прежнему вялый, словно бы ничего не слыша, спокойно отвечает Жану насчет приглашения; он шевелит губами; его голос не слышен; Жан вскакивает, опрокинув при этом стул, смотрит в сторону левой кулисы и показывает туда пальцем, тогда как Беранже, безразличный ко всему, остается сидеть.

Жан. Ничего себе! Носорог!

Шум, производимый зверем, удаляется так же стремительно, поэтому следующие слова уже можно расслышать; всю эту сцену следует играть очень быстро.

Официантка. Ничего себе! Носорог!

Лавочница (выглядывая из двери магазина). Ничего себе! Носорог! (Обращаясь к мужу, находящемуся в лавке.) Иди скорее, посмотри, носорог!

Все смотрят налево, провожая животное взглядом.

Жан. Прет напрямик, чуть не сбил прилавки!

Лавочник (из лавки). Где?

Официантка (подбоченившись). Ничего себе!

Лавочница (обращаясь к мужу, который по-прежнему не выходит из лавки). Иди, посмотри!

В этот момент Лавочник высовывает голову.

Лавочник. Ничего себе! Носорог!

Логик (выбегая на сцену с левой стороны). По тротуару напротив бежит носорог!

Все реплики, начиная с «Ничего себе! Носорог!», произнесенной Жаном, звучат почти одновременно. Слышно, как охает какая-то женщина. Она появляется и бежит к середине сцены; это домохозяйка с висящей на руке корзиной; добежав до центра сцены, она роняет корзину; по сцене рассыпаются продукты, разбивается бутылка, но женщина не выпускает кошку, которую держит под мышкой с другой стороны.

Домохозяйка. Ах! Ох!

Из левой кулисы вслед за Домохозяйкой выходит элегантный Старый Господин. Он устремляется к бакалейной лавке, входит, оттолкнув хозяев, а в это время Логик прижимается к стене в глубине сцены, слева от входа в лавку. Другую группу образуют стоящие Жан и официантка и сидящий, по-прежнему апатичный Беранже. В это же время слева доносятся «ахи» и «охи», топот разбегающихся людей. Над сценой клубится пыль, поднятая животным.

Хозяин кафе (выглядывая из окна над своим заведением). Что происходит?

Старый господин (прячась за хозяевами лавки). Прошу прощения!

Старый господин одет в белые гетры, легкую шляпу, при нем трость с набалдашником из слоновой кости; Логик стоит, прижавшись к стене, у него маленькие седые усики, на носу пенсне, на голове соломенная шляпа.

Лавочница (которую толкнул Старый господин, толкает мужа и обращается к Старому господину). Поосторожнее со своей тростью!

Лавочник. Да, черт возьми, осторожнее!

За хозяевами лавки видна голова Старого господина.