Эйрена Космос – Спасти дракона, или как влюбить истинную (страница 52)

– Я не угроза, дракон! Заскочила буквально на минутку, – объясняет она и приближается ко мне. – Ещё хочешь избавиться от этой дряни или желаешь оставить на память?

Девушка кивает на браслет. Руку вмиг обжигает. С ненавистью смотрю на предмет, из-за которого ощущаю боль.

– Если можешь его снять, то сделай это, пожалуйста, – прошу феникса.

Я протягиваю ей руку, поднимаю на неё взор и завороженно наблюдаю за тем, как девушка в буквальном смысле загорается. От неожиданности отшатываюсь, а Эйден заталкивает меня за свою спину.

– Не бойся, мой огонь не причинит тебе вреда, – успокаивает Кенна.

Выхожу из-под надёжного укрытия и вновь протягиваю руку.

– Будет немного неприятно, – предупреждает феникс и обхватывает мою кисть своей полыхающей рукой.

Неприятно – это еще мягко сказано. Мне кажется, что моя рука на самом деле охвачена огнём, но не подаю вида, что мне больно, чтобы не волновать Эйдена.

Он и так сейчас на взводе.

Ещё миг, и боль начала утихать. Девушка отступает, и я делаю судорожный вдох. Дышать становится значительно легче, удавку на шее больше не ощущаю.

– Я закончила, – поясняет феникс.

– Она свободна? – уточняет мой дракон у нее.

Опускаю голову и едва не плачу от облегчения. Злосчастного браслета на руке нет.

– Да, я вытянула магию из браслета, а теперь мне пора. – Кенна поворачивается и делает шаг из беседки.

– Подожди, – останавливаю её. – Я твоя должница.

Она резко оборачивается, и в её глазах читается сожаление.

– Это я отдала долг, хотя это неравноценно. Твоя мать спасла меня ценой своей жизни. Это меньшее, что я могу сделать, – сообщает девушка. – Если тебе когда-нибудь будет нужна моя помощь, то ты знаешь, как меня найти.

– Спасибо, – произносит искренне Эйден. – Думаю, мы вскоре вновь встретимся, – ухмыляется он.

Кенна хмурит брови и резко отвечает:

– Ошибаешься.

Она в спешке покидает беседку, оставляя нас с мужем наедине.

– Я свободна! – Сквозь слёзы улыбаюсь любимому.

Кажется, что уже и забыла, когда принадлежала самой себе. Дракон приближается и заключает в свои крепкие объятия. С наслаждением вдыхаю родной запах и прижимаюсь щекой к его твёрдой груди.

– А теперь я хочу завершить то, на чём нас прервали, – шепчет он и, подняв меня, садится на скамейку.

Эйден не спеша осыпает мою шею невесомыми поцелуями, медленно опускаясь к груди. Так приятно чувствовать себя в его власти. Истинный прикасается к краю лифа, отодвигает его, освобождая чувствительную грудь, и накрывает её губами.

Стон удовольствия вырывается из моего горла, а по спине бегут мурашки.

– Надеюсь, не помешал? – раздаётся сзади холодный голос Эйрана.

Я испуганно вскрикиваю, а Эйден издаёт яростный рык, прикрывая меня от брата.

Неловкими движениями натягиваю лиф и прячу раскрасневшееся лицо на груди истинного.

Он поднимается и, опуская меня на пол, выступает вперёд.

– Знаешь, Ран, – обращается мой муж к своему брату. – Очень скоро я отплачу тебе сполна. Ты на собственной шкуре почувствуешь, как приятно, когда тебя прерывают в самый ответственный момент.

На лице Эйрана появляется нахальная ухмылка. Затем дракон глубоко вбирает в себя воздух. Взгляд его заостряется, а тело напрягается.

Он рывком приближается к нам.

– Феникс была здесь? Куда ушла? – властным тоном пытается узнать у нас.

– Феникс? – удивляется Эйден. – Разве она была здесь? Я никого не видел, а ты, милая? – он поворачивается ко мне.

– Тоже не видела, – пожимаю плечами.

Мне ни капельки не стыдно. Брат моего истинного заслуживает того, чтобы немножечко помучиться. Да и по Кеннии я не заметила, что она жаждет встречи с чёрным драконом.

Эйран издаёт яростный рык, срывается с места и бросается в темноту.

– Как думаешь, он её быстро настигнет? – задумчиво спрашиваю у мужа.

Истинный смеётся и, подойдя ко мне, ехидно отвечает:

– Нет, ну а если и поймает, то уверен, что феникс даст отпор. Так что братцу придётся попотеть, пока он сумеет заарканить свою женщину.

– Вот теперь не знаю, посочувствовать ли Эйрану? – говорю с иронией.

– Не стоит, это будет весело, – ухмыляется дракон. – А теперь настало наше время. Мне надоело, что нас прерывает все кому не лень.

Эйден подхватывает меня на руки и быстрым шагом направляется в наши покои. Он открывает дверь ногой и силой захлопывает её за нами.

Проходит в спальню и второпях расшнуровывает мой корсет. Через мгновение платье воздушным облачком падает к моим ногам.

– Наконец-то, – выдыхает Эйден и плотоядным взглядом начинает блуждать по моему телу.

Переступаю через ткань и приближаюсь к своему мужчине. Мучительно медленно расстёгиваю пуговицы на его рубашке, затем провожу ладонью по горячей коже.

Истинный нетерпеливо избавляется от своей одежды и подхватывает меня на руки.

– Я без ума от тебя. Ты мой воздух, которым никогда не смогу надышаться, – шепчет он и опускает меня на кровать.

– Я тоже тебя люблю. – В подтверждение своих слов притягиваю к себе дракона.

Эпилог

– Вы его нашли? – с волнением спрашиваю у вошедшего в гостиную Эйдена.

Энтони исчез больше полугода назад. Всё это время мой муж пытался выследить мерзавца, но тому всякий раз удавалось уйти безнаказанным.

Мариэль не выдержала заточения и потеряла рассудок. Однажды утром в темнице охранник обнаружил её окоченевший труп. Жалости у меня не было, но и радости тоже. Внутри осталась пустота.

– Нашли, – подтверждает муж. Замечаю злость на его лице.

– Что случилось? – Неужели Энтони вновь удалось сбежать? – Ты чем-то разочарован.

– Я жаждал самолично испепелить эту сволочь, но обнаружил только его вонючий труп в подворотне.

Значит, он мёртв. Вот такая расплата настигла Фостеров за их злодеяния. Собакам – собачья смерть!

Эйден подходит ко мне и дарит полный нежности поцелуй. Он садится рядом и с любовью смотрит на маленький комочек на моих руках.

– Спит, – замечает дракон.

– Да, он подкрепился и решил отдохнуть, – улыбаюсь, глядя на сына.

Наш маленький Айварс решил появиться на несколько недель раньше запланированного срока. Но, хвала Богине, он родился здоровеньким. Как же его отец извёлся, пока малыш появлялся на свет.

Позже он заявил, что не будет настаивать на рождении ещё детей. Ведь не желает, чтобы я вновь прошла через эти муки. Но, когда прижимаешь к себе этот маленький комочек счастья, вся боль забывается.

До родов мы жили во дворце. Императорская семья нас не отпускала, заверив, что под круглосуточным наблюдением лекарей всем будет спокойней. Я не протестовала.

Как только сын родился, мы переехали в бабулин особняк. Конечно, после Фостеров пришлось сделать ремонт, но это и к лучшему. Не хотелось, чтобы хоть что-то напоминало о них.