Эйми Картер – Наследие Богини (страница 16)
— Я знала, что что-то не так. Он говорил странные вещи, не целовал меня, да и сам факт, что он мог взять Майло на руки, тогда как я даже коснуться его не могу… — Я замотала головой. — Я должна была понять раньше.
— Ты поняла сейчас, это самое главное, — успокаивал Джеймс. — Теперь нужно выяснить, что ты успела ему рассказать.
В горле образовался ком.
— Всё.
Я говорила ему про Рею. Я говорила ему о намерении Совета сражаться. Всё, что мне было доверено, я лично выболтала врагу. И снова из-за моей тупости мы потеряли всякое преимущество перед Кроносом.
Джеймс обнял меня, и я напряглась всем телом. Я не заслуживаю его сочувствия.
— Всё будет хорошо, — сказал он. Пустые слова, просто чтобы поддержать меня. Независимо от того, может ли он как-то на это повлиять или нет, он всё равно не в силах дать гарантии, что всё в итоге закончится хорошо. Он не может пообещать мне, что Генри выживет, что я когда-нибудь смогу взять Майло на руки или что Совету вновь удастся заточить Кроноса и обезвредить Каллиопу. Он ничем не компенсирует бессчётное количество жертв, пострадавших из-за меня.
— Я никогда больше их не увижу, — прошептала я.
— Увидишь. Я сделаю всё, чтобы ты их увидела.
Я подтянула колени к груди и положила голову на его плечо, погрузившись в себя. Ещё немного — и я сломаюсь. Каллиопа это знает. Кронос это знает. Держаться молодцом ради умирающей матери было просто, держаться ради себя самой — практически невозможно. Нет никого, для кого мне нужно оставаться сильной. Ни Майло, ни Генри.
Джеймс стал мне опорой. Это мой долг перед ним — и перед Генри, Майло, мамой и всеми остальными — продолжать держаться.
Я попыталась сглотнуть, отчего пересохшему горлу стало больно.
— Он понял, что ты был там?
Джеймс покачал головой.
— Он видит тебя, но только потому что ждёт тебя и уже установил с тобой связь. Он догадался, что кто-то приходил, потому что ты разговаривала со мной, но если он не вычислит, что то был именно я, то не сможет увидеть меня, если я приду туда снова.
— Как ты узнал, что это не Генри?
— Я не знал, — ответил Джеймс, перебирая пальцами мои волосы. — Пока не увидел его. Единственный вопрос: зачем?
Мой подбородок задрожал.
— Я сделала кое-что очень-очень глупое.
Рука Джеймса застыла.
— Что?
Я поджала губы, отчаянно борясь с желанием немедленно вернуться в детскую.
— Я пообещала Кроносу, что останусь с ним и… стану его королевой, если он не будет никого убивать. И если он отдаст мне Майло.
Джеймс вздохнул.
— Ох, Кейт…
— Мне так жаль. — Я попыталась отстраниться, но рука Джеймса только крепче сжала мои плечи. — Мне так жаль, Джеймс. Я понятия не имела. Я думала… Не знаю, о чём я только думала…
— Ты думала, что у тебя есть возможность сделать то, что ты делаешь всегда, — произнёс Джеймс с добротой, которую я не заслуживала. — Ты собиралась пожертвовать собой, чтобы спасти тех, кого любишь. Есть у тебя такой недостаток, знаешь ли.
Я шмыгнула носом.
— Я просто хотела вновь увидеть Майло.
— Знаю, — пробормотал Джеймс, целуя меня в макушку. — Тебе не за что извиняться.
— Но все те люди… Афиняне…
— Это произошло бы в любом случае, что бы ты ни сделала. Цель Кроноса всегда — оставить за собой как можно больше разрушений. Это никак не связано с тобой, Кейт, уверяю. — Он помолчал. — Вообще-то ваша сделка может даже сыграть нам на руку.
— Как? — Я вытерла слёзы рукавом. — Он знает, что мы ищем Рею, чтобы попросить её о помощи. Он знает, что она может исцелить Генри, и при первой же возможности Кронос убьёт его.
— Возможно, — согласился Джеймс. — Но мы не дадим ему такой возможности. Тем не менее у нас есть возможность установить прямой контакт с Кроносом.
— Он не станет слушать никаких разумных доводов.
— Нет, но, возможно, он станет слушать тебя. Особенно если ты сможешь убедить его, что ты всё ещё на его стороне.
К горлу подкатила тошнота.
— Я никогда не была на его стороне.
— Это неважно. Главное, что он об этом не знает, — сказал Джеймс. — Он всегда хочет видеть в нас худшее. Используй это против него. Скажи, что желаешь вернуться к нему, но Уолтер удерживает тебя в заложниках. Ты хочешь вернуться к Майло, так что это будет даже не совсем ложь.
Если только он не умеет видеть ложь среди правды, как Генри.
— Он придёт за мной, — сказала я. — Он нападёт на Олимп.
Джеймс усмехнулся.
— Прошлая его попытка обернулась тем, что он оказался в настоящем пекле глубоко-глубоко под землёй. Вряд ли он решит попробовать снова.
Но как бы Джеймс ни старался убедить меня, что в этом нет ничего страшного, я всё же слышала нотки беспокойства в его голосе. Это ведь и его семья. Его дом. Он готов рискнуть всем этим ради чего? Крохотного шанса, что Кронос прислушается ко мне? Если Джеймс прав и Кронос слышал весь наш разговор в детской, то он уже знает, что я знаю. И должен понимать, что я зла на него.
— Что, если это не сработает? — шёпотом спросила я, найдя его руку и переплетя наши пальцы. Дружеский жест, не более, но мне сейчас это очень нужно, и ему тоже.
Джеймс прислонился головой к моей.
— Тогда мы придумаем что-нибудь другое.
Через шесть часов и одну пересадку мы приземлились в Зимбабве. Джеймс поймал такси на выходе из аэропорта, и вскоре мы уже ехали по редко используемой дороге к месту, название которого я не могла выговорить, как бы Джеймс ни пытался меня научить.
— Когда-нибудь сможешь, — усмехнулся он, но уже в следующую секунду вновь стал серьёзным. — Никто из нас не связывался с Реей уже очень давно. Я даже предположить не могу её реакцию и ничего не обещаю.
— Мне не нужны обещания, — отмахнулась я, но внутри меня всё съёжилось. Что, если я не смогу убедить Рею помочь нам? Что, если она откажется исцелять Генри?
Я резко выпрямилась на заднем сиденье душного такси. Я найду способ уговорить её. Я найду способ спасти Генри, чего бы мне это ни стоило. Если Рее и вправду нет никакого дела до того, что будет с этим миром, и она не согласится выступить на нашей стороне…
Согласится. Она должна.
Пейзажи Зимбабве, по большей части, казались удивительно знакомыми. Более дикими и засушливыми, с более клочковатыми кустарниками, но это место напомнило мне дом сильнее, чем я ожидала. Я прижалась лбом к треснутому окну. Несколько человек шли по обочине, держа потрёпанные картонные таблички, но таксист пронёсся так быстро, что я не успела их прочитать.
Мы остановились у окраины деревни, которая походила на трущобы. Джеймс крепко держал меня за руку, пока мы шли по узкой тропе между выстроенных из камней зданий, некоторые из которых опасно кренились. Все «улицы», если их можно так назвать, были устланы мусором. Несколько детей в лохмотьях начали следовать за нами.
— Разве мы не можем им что-нибудь дать? — спросила я. Джеймс остановился, снял рюкзак, достал несколько яблок, которых, готова покляться, до этого не было, и протянул по одному каждому ребёнку. Вот только толпа продолжала расти и расти. Он нахмурился.
— Кейт, я хочу помочь им не меньше тебя, но мы крайне ограничены во времени.
— Мы потратили целый день на перелёт, хотя ты мог просто высадить нас где-нибудь поближе. Уж на это несколько минут найдётся.
Джеймс продолжил раздавать яблоки.
— Ты теперь знаешь, как творить. Иди сюда и помоги мне.
— Нет, не знаю вообще-то, — ответила я, но всё равно наклонилась к рюкзаку и попыталась. Что надо делать? Просто представить, что они там есть? Я закрыла глаза, нарисовала в своём воображении сочное жёлтое яблоко и…
Ничего не произошло. Чудесно.
Джеймс усмехнулся.
— Ты худшая богиня, которую я когда-либо встречал.
— Каллиопа — худшая богиня, которую ты когда-либо встречал. Я же просто некомпетентна в своём деле. — Хмуро посмотрела на него. — Знаешь, было бы легче, если бы кто-нибудь хотя бы попытался научить меня.
— Эй, я показал тебе, как нужно думать, — ухмыльнулся он, и я прострелила его взглядом. — А если серьёзно, то всем просто сейчас не до этого, но я подумаю, что можно сделать. Чтобы научиться большей части всего этого, потребуются годы, если не десятилетия.