Эйдзи Микагэ – Пустая шкатулка и нулевая Мария. Том 7 (страница 15)
Через неделю после его визита я проснулась ночью от того, что меня трясли.
– Что случилось? – спросила я, но сестричка Ая, не удостоив меня объяснением, принялась расстегивать мою пижаму.
Когда я переоделась в обычную одежду, сестричка Ая вытащила меня на улицу и поймала такси. Адрес, который она назвала, был через одну остановку на поезде.
– Зачем мы туда едем?
Сестричка Ая ничего не ответила.
Когда мы вылезли из такси, она осторожно огляделась и потащила меня к велопарковке возле нескольких жилых домов. Добравшись туда, мы пригнулись, будто прячась от кого-то.
– Сестричка… да объясни же наконец, что происходит!
– Совсем скоро поймешь.
– Сестричка! Прос-…
Она остановила меня, прижав палец мне к губам. Я сдалась и решила ждать молча.
Минут через пять перед одним из домов появилась группа из четырех человек. Я сразу заметила, что они ведут себя очень подозрительно; все были в черных свитерах, чтобы не привлекать внимания.
– …Ах, – тихо вырвалось у меня. Я узнала одну из этих фигур, ту, что была в шапочке. Это был тот самый мальчик, который приходил к нам недавно.
Тут у меня возникло очень плохое предчувствие.
– Пошли.
– Ага.
Двое остались на месте, глядя по сторонам, а знакомый мне парень и еще один, обменявшись короткими фразами, направились к дому. Они принялись плескать на стены какой-то жидкостью из пластиковых контейнеров, которые держали в руках.
Я ощутила характерный резкий запах.
Это… керосин?
Осознав, что они собираются делать, я подалась вперед и прочла табличку на доме, который они поливали керосином.
«Ямасита».
– Сестри – ммг!..
Она закрыла мне рот.
Но почему? Они же собираются совершить поджог! Там, внутри, скорее всего, люди, а пожарные приедут только через какое-то время. В худшем случае жильцы могут даже погибнуть. Почему сестричка Ая не вмешивается?
Пока я сражалась с собственным замешательством, приготовления продолжались. Двое, которые разливали керосин, кивнули друг другу и достали несколько обрывков газеты. Положили их под стены и тоже полили керосином.
Потом зажгли зажигалки. Если пламя коснется бумаги – это будет конец.
– …Мм! Ммм!
У нее наверняка был какой-то план, в этом я не сомневалась; однако торчать на месте и ничего не делать я больше не могла.
Вырвавшись из ее рук, я завопила:
– НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!
Но было поздно. Газетная бумага уже горела, огонь быстро распространялся. Деревянное здание, облитое керосином, оказалось охвачено пламенем в мгновение ока.
Услышав мой вопль, преступники разом повернулись ко мне. Двое караульных в первый момент были в замешательстве из-за неожиданного появления свидетеля, а потом кинулись наутек. Третий, который был с парнем в шапочке, после секундного колебания тоже бросился бежать со всех ног.
Остался лишь один, тот, которого я знала.
Он тоже меня узнал и глядел теперь во все глаза.
– …Что здесь делает сестра Аи-сан?.. – пролепетал он. Тогда сестричка Ая тоже встала. – …Ая-сан!..
Не сказав ни слова, она достала свой мобильник и набрала 119[3]. Я в этот момент уже отчаянно звонила в дверь семьи Ямасита и орала: «Дом горит! Бегите! Бегите»; потом принялась молотить по двери кулаками. Ответа не было, и я снова переключилась на домофон. Наконец мне ответила мать, и я проорала ей, что надо бежать из дома как можно скорее.
Когда сестричка Ая закончила свой звонок, парень в шапочке подошел к ней и сказал:
– А-Ая-сан, тебе надо уходить отсюда, быстрее! Иначе тебя примут за сообщницу!
Глядя на танцующие языки пламени, она вздохнула.
– Об этом можешь не беспокоиться. Моя сестра подтвердит, что я невиновна. Важнее другое: разве я тебе не запретила прибегать к насилию?
– Но! Другого же пути не было!..
Он выглядел еще более изможденным, чем неделю назад. Судя по лицу, он был полностью вымотан.
– Ты сделал это ради меня. Поэтому я не могу не обращать внимания на произошедшее. Я приму на себя полную ответственность.
– Нет! Виноваты только мы! Ты тут совершенно ни при чем!
– Боюсь, никто так не подумает. Я должна говорить тебе все прямо? Ты создал мне серьезные проблемы. Причем непоправимые.
Его глаза расширились от потрясения.
– …Я, я создал тебе… проблемы?.. Нет, не может быть!.. – он лопотал, словно был свидетелем конца света. – Уу… ууу…
Потом упал на колени и разрыдался.
– Уууаааааааааааааааааааааааааа!!!
– …
То, что творилось у меня на глазах, повергло меня в шок.
Какого черта?..
Я чувствовала, что меня тошнит. Это все было совершенно неправильно. Я как будто смотрела дешевую мелодраму.
Во-первых, я знала, что сестричка Ая могла остановить его в любой момент. Она нарочно запоздала с вмешательством. Если бы я не закричала, она бы, может, вообще прождала, пока дом не сгорит полностью.
Иными словами, сестричка Ая ждала, что он совершит преступление.
Что все это значит?
Я посмотрела на нее… и у меня перехватило дыхание.
Несмотря на ужасную ситуацию, сестричка Ая улыбалась. Но п_р_о_б_л_е_м_а___б_ы_л_а___н_е___в___э_т_о_м. Гораздо, гораздо сильнее меня потрясло то, что…
…э_т_а___у_л_ы_б_к_а___м_е_н_я___з_а_ч_а_р_о_в_ы_в_а_л_а.
Я потеряла ориентацию в пространстве. Горящий дом передо мной был совершенно нелеп. Неуместен. Не вписывался в повседневную жизнь.
И виновата была сестричка Ая.
Раздоры в классе сестрички Аи после этого происшествия прекратились… что неудивительно, потому что два ключевых участника этих раздоров покинули школу.
Дом Ямаситы-сан сгорел почти полностью. Перед отъездом она пришла к сестричке Ае и попросила у нее прощения. А парень в шапочке попытался покончить с собой, приняв большую дозу снотворного, прежде чем до него добралась полиция. Снотворное было в том бумажном пакете, который ему дала моя сестра.
Однако он совершенно не пострадал от передозировки. Его благополучно арестовали как главного поджигателя, а сам он лишь удивлялся тому, что все еще жив.
То, что от снотворного, которое дала сестричка Ая, он не умер, было вполне естественно. «Таблетки», которые он принял, на самом деле никакого снотворного не содержали; это были просто дешевые конфеты за 70 иен, продающиеся в супермаркете за углом.