Эйдзи Микагэ – Пустая шкатулка и нулевая Мария. Книга 1 (страница 18)

Я не ответил — слова Отонаси были для меня что пустой звук. «Кажется вполне естественным»? Почему это вдруг важно?

— Тебе что, мозгов не хватает понять? Ладно… В общем… «Комната» — это фильм, а виновник — его режиссер. Все отсняли, осталось только смонтировать. Но вдруг по каким-то неизвестным причинам появляется еще один актер, которого тоже нужно отснять. Роли уже распределили, все при деле, и новый актер, естественно, не может весь фильм простоять без дела — так не снимают. Поэтому сценарий меняют: включают в него новую роль. И эта роль новенькой — моя, она вполне себе вписывается.

— Короче, виновник просто не смог помешать тебе влезть в «Комнату», и поэтому, чтобы не рушить обычный порядок, сделал тебя новенькой, которая второго марта переводится в наш класс?

— Верно. И даже от этого становится не по себе, да? Не буду углубляться, сразу скажу, к чему пришла. То, что происходит вокруг нас, — никакая не реальность. Вообще-то, это даже не повторы. Это просто маленькое закрытое пространство, чье-то глупое желание, которое исполняется раз за разом, а виновник думает, что это временная петля.

— А… Поэтому, значит, это и не назвать повторами?..

— Да. Виновник сам не верит, что один и тот же промежуток можно постоянно повторять, но и не дает времени идти вперед. Удаляет то, что должно быть дальше. Сам себя обманывает.

— И поэтому мы все помним?

— Наверняка. Хотя память мы, скорее всего, сохраняем по разным причинам, но, так или иначе, это из-за бреши в «Комнате».

Но кое-чего я так и не понял.

— Кто ты, Отонаси?

Она тут же скривилась: видимо, этот вопрос ей хотелось услышать меньше всего.

— А, ну… не хочешь — не отвечай…

Отонаси так и не бросила хмуриться, но все-таки заговорила:

— Сложно сказать… Я просто школьница. Вернее, была ею год назад. Кто я?.. Не думаю, что есть точное слово, но да… иначе и не скажешь. Я, — лицо Отонаси исказила гримаса отвращения, — шкатулка.

— Шкатулка? Это как? — бездумно повторил я, и Отонаси снова нахмурилась.

— Вот так. Начну рассказывать — опять запутаешься.

Наверное, у меня на лице было написано, что такой ответ меня не устраивает, поэтому Отонаси продолжила:

— Ладно, попытаюсь объяснить. Год назад мне тоже дали шкатулку и я загадала желание.

— Чего?!

— И это желание до сих пор исполняется.

Значит, и у Отонаси была шкатулка?

— Тебе, наверное, интересно, зачем же мне тогда шкатулка? Я скажу. Да, мое желание исполнилось, но вместе с ним я потеряла все. И всех.

— Всех?..

— Родителей, родственников, друзей, знакомых, одноклассников, учителей, соседей… Всех, всех их не стало. Всех, кто хоть как-то знал меня.

Я потерял дар речи.

— Прямо… буквально?

— Да. Но не может быть, чтобы навсегда. И поэтому я действую.

Получается, Отонаси уже больше нечего и некого терять, поэтому, наверное, она так часто бесстрашно прет напролом.

Но тогда выходит, что она сама захотела оказаться там, где она сейчас. Но что у нее было за желание?

— А нельзя разбить шкатулку? Тогда ведь и желания не станет?

— Хосино, — на мой вполне естественный вопрос Отонаси вдруг начала отвечать страшным голосом, — шкатулка и сейчас исполняет мое желание, понимаешь? Вот и все, не будем больше об этом.

Точно. Отонаси, конечно, уже думала об этом. Значит, дела обстоят так: шкатулка забрала у нее все, но отменять свое желание Отонаси до сих пор не хочет.

Я промолчал, и Отонаси заговорила снова:

— Мое желание и желание создателя «комнаты» не уживаются — так уж устроены шкатулки. Поэтому стоило мне попасть сюда, как они начали отталкивать друг друга, и потому «Комната» не влияет на меня так сильно, но все же как-то влияет. Иными словами, от ее воздействия мне не уйти. И насколько оно сильно, я тоже не знаю. Если бы я поддалась, то «Комната» поглотила бы меня целиком… Я ведь что-то подобное тебе рассказывала, да? Уже давно.

Если все и впрямь так, как сказала Отонаси, то очень интересно, что о ней думает владелец? Едва ли он рад встрече…

— Кажется, теперь ты разобрался. По крайней мере, отчасти. Давай вернемся к главному. Скорее всего, если достать «Комнату удаления», использовать ее повторно не выйдет — из этой шкатулки владелец уже выжал максимум. Нам остается лишь положить «Комнате» конец, и все.

— Но как?

— Из владельца шкатулку мы не достанем. Думаю, можно уничтожить владельца… Или можно найти того, кто дал владельцу шкатулку. Он наверняка знает, что еще можно сделать, но вряд ли торчит тут, поэтому вариант так себе.

Это она о том, кто дал шкатулку?

Я уже собрался спросить о нем… но почему-то не стал.

Наверное, я встречал его, но не совсем помню, как это было. Честно говоря, и не хочу вспоминать.

— В любом случае, пока мы не найдем виновника, все без толку, так?

— А? Все без толку? Говоришь, мы зря потратили сейчас уйму времени? Ну и наглость!

— Д-да нет же! Просто уточняю!

— Хм, значит, раз я одна ни до чего не додумалась, то уж ты, умник, подкинешь нам вариантов, так? Ведь ты бы не говорил такого, не будь у тебя дельных мыслей?

— Ну… — промычал я.

Какие уж тут мысли…

— Знала бы как, наверняка бы нашла виновника, вот только… Если владелец погибнет в «комнате», то все — конец. Например, я уже сколько раз тут погибала, но все равно стою прямо перед тобой. Да и шкатулка до сих пор у меня.

— Но с владельцем будет по-другому?

— Да, верно. Владелец связан со своей шкатулкой. Погибнет владелец, и шкатулка тут же разобьется. Это я уж точно знаю, по опыту. Владелец умрет, шкатулка разобьется, и правила «комнаты» прекратят действовать. Тогда смерти станут настоящими.

— И все снова будут умирать насовсем?..

— Ага.

— Получается, я точно не виновник. И ты тоже нет.

— Ну да.

И Моги тоже — она ведь, как и мы, попадала в аварию.

— Слушай, а ты заметила, что несколько ребят исчезли? Думаешь, они тоже погибли?

— Не уверена, но, скорее всего, нет… Не знаю, как так получилось. Наверное, очередная аномалия «Комнаты».

Погоди-ка!

Меня осенило: вот он, простейший способ выследить виновника!

И кровь тут же отлила от моего лица. И о чем я только думал? Нет, это уже слишком, хотя… все-таки…

Отонаси бы с этим справилась.

Нет, я не мог ей сказать прямо. Но почему она сама не догадалась? Должна была ведь додуматься, нет? А если додумалась, почему не попробовала? Почему? Почему?..

— Хосино, — позвала Отонаси, и я от неожиданности чуть не соскочил с места, — о чем задумался? Сообразил, как найти владельца?

Я снова дернулся.

— Так сообразил?