ExtazyFlame – Пламя Атлантиды (СИ) (страница 7)

Принц Абу-Гасан, третий наследник правящей династии, посвятил свою жизнь изучению античной истории. В свои неполные сорок он имел ученую степень Оксфорда, патронировал археологические исследования в Антарктиде и достиг в этом довольно внушительных результатов. К сожалению, они оставались засекреченными, как и сама база раскопок, по слухам, оборудованная последними достижениями в сфере науки и техники.

Дмитрий ожидал увидеть дворцовые покои в традиционно восточном стиле — мозаичные фрески, золотые колонны, повторяющие дизайн сьюта в «Парусе», разбросанные на полу мягкие подушки и шкуры, поэтому очень удивился, когда его проводили в большой конференц-зал с огромным плазменным монитором, занимающим целую стену. Здесь обстановка просто искрилась дорогой, сдержанной европейской роскошью: настенные панели из светлого дерева, декорированные червонным золотом, зеркальный мрамор пола и столешницы огромного стола, панорамные окна, открывающие потрясающий вид на подсвеченный полуденным солнцем залив.

Абу-Гасан, уважая дань традициям страны своего гостя, был одет в синий костюм-тройку. Единственным проявлением восточного колорита в его образе была белоснежная куфия, подхваченная зигалем, обрамленным крупными алмазами. Принц выглядел довольно молодо и был похож на персонажа восточной сказки — статный, смуглый, с пронзительными угольно-черными глазами и доброжелательной улыбкой на открытом, одухотворенном лице. Казалось, он был рад гостю как самому близкому другу. Крепкое рукопожатие, приветствие на идеальном английском, — Дмитрий изучил традиции принимающей стороны, которые не терпели лаконичности и спешки, поэтому поинтересовался, как обстоят дела у царственного собеседника, о его здоровье и хобби. В этой прекрасной стране считалось дурным тоном слишком быстро переходить к конкретному разговору о делах, не предварив его разнообразными, выработанными поколениями приветствиями; правилом хорошего тона считается не просто произнести приветствие, но и поинтересоваться здоровьем знакомого, тем, как идут у него дела. Последующие полчаса собеседники пили традиционный свежемолотый кофе с кардамоном, и Савичев с неподдельным интересом слушал повествование о соколиной охоте, которую очень любит шейх, получив приглашение поближе познакомиться с этой завораживающей традицией во время завтрашнего сафари в пустыне даже в том случае, если они не придут к консенсусу относительно предложения, а также поучаствовать в регате на парусниках-доу.

Когда же Абу-Гасан ненавязчиво перешел к основной теме их встречи, профессор испытал легкое сожаление. Не прошло и получаса, как шейх стал для него практически другом и очень интересным собеседником. Но спустя несколько минут, после краткого экскурса в особенности предстоящего исследования, Савичев едва сдержал изумление.

На огромном экране появились глянцевые глиняные таблицы с литерами, похожими на геометрические пересечения фигур. Древние атланты уделили много внимания собственной речевой культуре, прописав в раздобытых письменах даже транскрипции произношения, что позволило Савичеву в свое время изучить этот канувший в Лету язык. Но подобные тексты он видел впервые.

— Матриархальная культура, — он давно это подозревал, но делать окончательные выводы не спешил, не имея возможности подкрепить теорию весомыми научными фактами.

— Последнее открытие не оставляет в этом ни малейших сомнений, — подтвердил принц. — На протяжении веков со времен основания Атлантиды правила женская династия. Сам Платон в своих трудах использовал транслит «правитель», не считая нужным допускать столь значимую конкретику. Именно этот факт позволил с новой стороны взглянуть на теорию тайного оружия древней сверхдержавы. Мифические «слезы пустыни», которые так часто упоминаются не только в контексте оборонного вооружения, а и как элементы роскоши и торга, не что иное, как…

На экране появилось изображение крупных бриллиантов довольно грубой, несимметричной огранки, но преломление света в гранях изгибало лучи немыслимыми зигзагами.

— Основная цель наших поисков, — подтвердил шейх догадку Дмитрия. — Ключ к тайным знаниям великой Атлантиды. Я был бы крайне счастлив работать с вами, господин Савичев. Как вы понимаете, это всего лишь поверхностная информация. Нам удалось продвинуться в наших исследованиях гораздо дальше, и эти сведения станут доступны вам в том случае, если мы заключим договор о сотрудничестве. Я показал вам лишь немногое из того инновационного оборудования, с которым предстоит работать в случае вашего согласия.

Когда первая эйфория исследовательского азарта поутихла, Дмитрий задумался. Оружие. Что ж, в этом нет ничего удивительного, какая держава не стремится стать сильнее за счет самых передовых технологий массового поражения? Это была дилемма — приобрести себе славу второго академика Сахарова открытием вероятного ящика Пандоры, и, в то же время, получить уникальную возможность исследовать загадочную Атлантиду, имея в распоряжении передовые технологии и сплоченную команду профессионалов. Когда он соберет достаточно фактов о матриархальном устое этого загадочного древнего государства, легко взорвет научный мир ошеломляющим открытием.

Упоминания о древнем оружии, аналоге лазеру, встречались в найденных на месте раскопок глиняных фресках и в письменах, как и чистейшие алмазы тончайшей геометрической огранки. Но связать воедино эти две вещи не смог даже он ввиду отсутствия дополнительной информации.

На протяжении переговоров Савичев не переставал изумляться иным открытиям, совершенным командой принца. Уже тогда он понял, что согласится на предложение, на время отодвинув в сторону моральные принципы, но подтверждать свое согласие не спешил.

— Будьте моим дорогим гостем на протяжении трех дней, — сказал в завершение Абу-Гасан, — независимо от вашего решения касательно моего предложения. Я осведомлен о вашей преподавательской практике и поэтому готов ждать завершения, как у вас говорят, семестра, чтобы с началом лета вы могли приступить к работе в случае согласия. Таким образом, вам не придется делать выбор.

На вечернем приеме в роскошном дворце шейха Савичев так и не смог расслабиться — мысли о предстоящих возможностях атаковали мозг с поразительной настойчивостью, слава Богу, что Бергер не давил и не расспрашивал, предпочитая наслаждаться раутом в компании приглашенных топ-моделей. Абу-Гасан продемонстрировал Дмитрию свой роскошный автопарк, и археолог мысленно поблагодарил Майкла, который дал ему очень ценный совет — не показывать неуемный восторг при виде «Ламборджини» и «Майбахов», потому как, по законам гостеприимства, шейх может с легкой руки подарить понравившийся экземпляр. Все дело в том, что согласно этикету необходимо будет сделать равноценный презент — отказ будет воспринят как оскорбление. К счастью, подобного не случилось.

Последующие три дня пребывания в современной восточной сказке Савичев постигал традиции и неповторимый колорит этой прекрасной страны — Абу-Гасан решил поразить его своим гостеприимством. Выезд на сафари в пустыню, соколиная охота, конные прогулки, гольф, регата, картинг, верблюжьи бега — не влюбиться в эту прекрасную страну, где традиции так тесно переплелись с современностью, было невозможно. А решение о сотрудничестве не могло быть иным — азарт исследования и открытий всегда был для Дмитрия самым сильным афродизиаком. Мало кто смог бы устоять перед подобными возможностями. При закрытых дверях дворцового конференц-зала было подписано соглашение.

«Ольга будет расстроена. Отдых переносится», — думал Дмитрий, возвращаясь домой. Но жажда приключений и новых достижений уже бежала в его крови сильнодействующим наркотиком, отказаться от которого он не мог и, по правде, вовсе не хотел. Оставалось два месяца до начала работ, которые казались чуть ли не вечностью. Но интуиция редко подводила Савичева. Уже сейчас он мог с полной уверенностью сказать, что стоит на пороге самого грандиозного открытия. Оставалось только ждать…

ГЛАВА 3

Оранжево-золотистое пламя утренней зари затопило горизонт. Языки обманчиво ласкового живого огня оплели оранжевым светом каменные столпы колон, купол дворца правительницы, линии акведуков, брусчатку широких улиц, заиграли яркими бликами в парусах галер пока еще спящего порта Атланты. Новый круговорот солнца вступил в свои права, повинуясь воле священного Антала, покровителя этой могущественной державы, чтобы ознаменовать собой новые свершения и достижения.

Не прошло и половины меры масла, как широкая площадь возле Дворца Матриарх начала заполняться людьми. Они все прибывали, растекаясь по улочкам, занимая места, рассредоточивались вдоль ограждений мостов у порта. Возбужденный гул голосов заполнил просыпающийся город, в воздухе повисло восторженное ожидание и нетерпение.

Воительницы гвардии Пантер наблюдали за скоплением народа, но все было спокойно и чинно — они уже и забыли, когда последний раз сталкивались со смутой и нарушением общественного порядка. Железная дисциплина царила здесь испокон веков, так издревле повелось в этом прекрасном государстве — воинственная Атланта славилась своими завоеваниями новых территорий, подчас жестокостью и бескомпромиссностью, но в самой империи царил мир и процветание. Никогда сюда не долететь отголоскам кровавой сечи, не смутить умы умиротворенной знати свистом клинка и стрел, не омрачить чело даже упоминанием о «поцелуе смерти» и тех, кто навсегда остался павшим на полях сражений.