ExtazyFlame – D/sсонанс. Черная Орхидея (СИ) (страница 56)

— Сука, захлопни пасть!

Я оцепенела от ужаса. Тот тип, что отправил в нокаут Диму, обошел его и с размаху двинул ногой в живот.

— Вставай, мудила! Ты попал, понял?!

Третий засмеялся, вышел в световой луч фар. Я заметила в его руках самую натуральную бейсбольную биту, и в этот момент меня накрыло. Я разрыдалась. Не хочу умирать! Мы только что чудом остались живы! Как же так?!

Дождь смывал мои слезы, но тело сотрясало от ужаса и рыданий. Крепкий бугай, сплюнув на асфальт, сжал мне шею.

— Прекрати реветь, соска, ширинку застегни! Пока я тебя не отодрал прямо на капоте.

Я подчинилась, даже не ощущая нехватки кислорода от удушья. Дима медленно поднялся, держась руками за правый бок. Шкаф с лысым черепом, избивавший его, ухмыльнулся, глядя мне в глаза, и пихнул Диму в спину.

— Ну что, мальчишки и девчонки, накатались? Что делать будем, а?

Лицо Дмитрия искривилось от боли, но он стойко изобразил пожатие плечами.

— На… назови сумму. Давай решать все полюбовно.

— Сосунок, ты посмотри на номера, — заржал шкаф. — Ты хоть понимаешь, на кого наехал?! Ты, пидор, за эту царапину в рабстве у меня шабашить пожизненно будешь! Я тебя уничтожу. Я, мразь, стрелку из-за тебя прое. л только что, ты понятия не имеешь, какие баблосы у меня там накрылись!

Худощавый браток с битой подошел ближе.

— Айрон, харе зверствовать. Грузи его шмару в багажник. Пусть отстегивает за ремонт, а телку пустим после стрелы по кругу. И в расчете.

Я почувствовала, что ноги больше не держат, что я медленно оседаю вниз, и только лапища, сжимающая мою шею, удерживала в вертикальном положении. Дима, все еще кривясь от боли, поспешно вышел вперед, закрывая меня собой.

— Парни, назовите сумму. Она ни при чем, не трогайте ее. Я штуку дам. «Патек» мой забери. Мобилу. Я отвалю баксов, просто нет сейчас с собой! Евро! — быстро поправил Дмитрий.

Эти нелюди заржали.

— Да чего ты рыпаешься? Не сцы, вернем живую и здоровую! Ну, живую так точно! — гадко сказал тип с битой.

— Ребят, я серьезно. Я сын Лаврова. Отпустите ее.

— О! В эфире "ты знаешь, кто мой папа!" — продолжал веселиться тот, кого называли Айроном. Хватка на моей шее ослабла, и мужик, достав телефон, быстро набрал номер.

— 2307 ХА, "Ледкрузер Прадо"! — дождавшись ответа, махнул рукой. — Стопэ, это реально сын Лаврова. Его номера.

Айрон как-то сразу сник, задумавшись.

— Да, нах… нам терки с ОГА… Нам еще дела совместные решать. — Почесав затылок, скользнул по мне похабным взглядом и повернулся к Дмитрию. — Ну забей, я помял там тебя немного… Слушай… Ты раскинь мозгами, тебе нужен скандал? У папочки и так головняков по самые помидоры, еще за сына расхлебывать… Вот что, сдай мне эту ляльку в аренду на пару дней. И за царапины можешь не башлять. Ну подумай сам? У тебя еще таких шлюх загребись сколько будет! А мне она понравилась, давно такой шикарный кусок мяса не кантовал.

Я не сдержала крика ужаса, и рука отморозка вновь сжала мою шею.

— Нет! — решительно произнес Дима. Я зажмурилась, ожидая, что его сейчас снова начнут избивать. Слова о крутом родителе тут ни на кого особо не повлияли. Но ничего не произошло. Айрон продолжал скалиться.

— Эй, Бриг, отпусти ее. Еще задушишь.

Меня снова швырнули на капот. Я закашлялась, захлебнувшись слезами и дождевой водой.

— Сынок, значит. — угрожающе зашипел браток. — Слушай сюда. Подфартило тебе, мы на разборки опаздываем. Гони свою штуку и уе. вай. Но мы не закончили нашу беседу. Я еще перетру с твоим батей. И соску свою умой, я завтра заберу ее. Пусть мне спинку в сауне потрет.

— Нет. — Дима повернулся ко мне. — Это — моя сестра. Я подгоню тебе завтра люксовую профессионалку, в накладе не останешься!

— Айрон, время! — недовольно намекнул тот, с битой.

— Охренеть! Ты жаришь собственную сестру?

— А это двоюродная, ее можно! — заржал тот, кто едва не задушил меня. Айрон прекратил ухмыляться, его лицо стало серьезным до жути.

— Ты че мне втираешь, сосунок? Ты думаешь, я не знаю, что у Лаврова нет дочери? Только убожество-отпрыск! Я свое слово сказал, завтра суку твою забираю. В обед чтоб ждала! В мини-юбке и без трусов! Я, так и быть, больше никому ее шпилить не дам, сам отдеру. А теперь валите отсюда, и только пискни в СБУ или кому еще — я тебя завтра с ней рядом раком поставлю!

Я в оцепенении наблюдала, как эта троица отморозков силой своих бицепсов выровняла мерседес-кирпич, как улыбнулся мне на прощание плотоядной улыбкой этот мерзкий урод, как они погрузились в машину и быстро рванули в ночь.

Я без сил опустилась на колени прямо в лужу на асфальте, негнущимися пальцами достала мобильный из кармана джинс. Вадим! Где ты, Вадим? Никто, кроме Вадика, который как-то вскользь обмолвился о своих криминальных связях, не вытащит меня из этого кошмара. Щелкнула по кнопке, выронила в лужу. Епт! Да он же сдох у меня в бассейне вместе с симкой!

Год рождения. Маршрут Е-45… Или Е-32… День экзамена… Какого? Не помню, хоть убей! Ничего абсолютно. Тысячи комбинаций цифр, и лишь одна из них искомая…

— Юля! Юля, тебе плохо? — Дима поспешно подбежал, сжал мои плечи, поднимая с колен. — Вставай! Девочка моя, ты простудишься!

От несвойственной ему нежности обеспокоенности, скользившей в голосе, и неожиданного тепла сильных рук слезы снова хлынули беспрерывным потоком. Затем эти самые руки ловко оторвали меня от земли, подняв, и осторожно опустили на автомобильное сиденье. Я промокла до нитки, меня колотил жуткий озноб, а сознание нырнуло в какой-то ступор.

Его ладони все так же нежно обхватили мое лицо. Неожиданно горячие, как и жаркий шепот с оттенком нежности.

— Юля, послушай меня. Ничего не бойся. Никто не посмеет тебя обидеть. Да, мы крепко влетели, но решать это буду я сам. Сейчас успокойся… Мы едем к моему отцу, только он сейчас поможет разрулить ситуацию. Все их слова — дешевые понты, они просто хотели нас запугать. Слышишь меня?

Я плакала. Это, наверное, было к лучшему — уйти в себя, замкнуться в этом шоковом трансе. Дима ласково поцеловал меня в лоб, погладил по шее, включил горячий обдув. Мы неслись сквозь дождь, рассекая серую пелену, в направлении города. Я еще долго не могла успокоиться, заливая мокрое от дождя лицо потоками собственных слез. Когда бутылка минералки коснулась моих губ, я машинально выпила ее до половины. Дима уже окончательно взял себя в руки. Поразительное самообладание! Протянув мне бумажное полотенце, он ободряюще улыбнулся.

— Не плачь, маленькая. Я же сказал, что все будет хорошо? Эти уроды еще прощения просить у тебя будут.

— А… А нам обязательно… Ехать к твоему отцу? — меня терзало жуткое предчувствие. День сегодня не задался. Угрозы, накрывшийся телефон, ДТП, провалы в памяти, что дальше? Хотя, скорее всего, мной овладела гипертрофированная мнительность после нокаутов судьбы. Дима кивнул.

— Надо, Юлька, надо. Я догадываюсь, чья это группировка. Долбаные беспредельщики. Но без дополнительной информации мы ничего не сможем решить. Я просто выясню все у отца и сам разрулю с… Их авторитетом. Но тебе, в таком состоянии, не стоит оставаться одной дома. Они быстро пробили мои номера. Узнать твой адрес им тоже не составит проблем.

Логика была бесспорной. Впрочем, Дмитрий никогда и не был стопроцентным папенькиным сынком. Я накрыла его ладонь дрожащими пальцами, ощутив робкие проблески зарождающегося чувства к этому человеку.

— Спасибо тебе.

Подрезав "москвич", он быстро наклонился и коснулся их губами.

— Ты, главное, ни о чем не переживай. Ты со мной, а свою женщину я никому не дам в обиду.

Какой же ценой, Дима?.. Какой ценой ты закроешь меня от страданий и ужасов кроме тех, что вскоре причинишь сам?.. Нет, я этого не сказала. Робкий писк здравого смысла был задушен паникой и ужасом событий этого дня.

Спустя четверть часа мы свернули на дорогу, ведущую к роскошному коттеджному массиву, окруженному высокими соснами. Дождь поутих, а может, просто не дошел сюда. Создавалось стойкое ощущение, что такой поселок запросто сможет избежать грозы по одному желанию хозяев этих архитектурных шедевров. Яркие витые фонари освещали дорогу, а многие мини-дворцы полыхали почти рождественской иллюминацией. Здесь было настолько необычно, роскошно и спокойно, что я ощутила нечто похожее на умиротворение, поддавшись благополучному, сытому очарованию местности. Не последнюю роль в этом сыграли нежность и спокойствие моего спутника. Чтобы прогнать послевкусие шока, я уставилась в окно, пытаясь отгадать, какой же из этих домов принадлежит его отцу. Но на двадцатой ошибке прекратила это занятие.

Наконец-то мы остановились у витого еврозабора с массивным ролетом ворот, за которым просматривалось трехэтажное здание в стиле хай-тэк. Дима вышел, уверенно набрал код на панели, и ролет быстро поехал вверх. В проеме показалась фигура широкоплечего мужчины, который что-то отрывисто сказал Диме и сделал приглашающий жест ладонью. Охрана.

"Лендкрузер" уверенно въехал в роскошный дворик. Все вокруг было залито ярким светом и кричало о профессионализме рук ландшафтных дизайнеров — мини-озерца, умело подсвеченные светодиодными лампами, фонтан с синими светодиодами — почти копия того, что открылся в прошлом голу у Дворца Спорта, замысловато подстриженные самшитовые скульптуры. У крыльца дома я с изумлением заметила две кристально- прозрачные колонны, дробившие свет на причудливые лучи, такими де были перила открытой лоджии. Умопомрачительно красиво! Крыльцо и первые этажи освещались, словно аэродром, и лишь последний этаж тонул во мраке.