ExtazyFlame – D/sсонанс. Черная Орхидея (СИ) (страница 44)

— Я не знаю, — так же хрипло отозвался Брюс. Капли влаги блестели на его загорелом теле. — Это не байкерская символика. Хотя однажды, в Донецке, я видел нечто похожее. На полу художественной студии. Очень большой был…

Его рука ласково легла на мой затылок, перебирая волосы, и все мысли о татуировках, значениях и символах вылетели из головы прочь. Словно в сладком полусне я опустилась на колени и с особым, подпитываемым нежностью удовольствием сомкнула губы на восставшем мужском стержне, позволив языку выбрать произвольный темп. Не прошло и минуты, как мои старания увенчались успехом, а свою порцию жарких оральных ласк я получила уже в спальне.

Нежность брутального байкера унесла в неизведанные края. Именно так и должно быть. Мы хрупкие и ранимые создания. Сила мужчины не в подчинении и доказательстве превосходства. Сильным людям такие методы не нужны. В голове возникли строки, наверное, отмеченные где-то в просторах интернета:

Не раньте Ангелов словами.

Они открыты, словно дети.

Дарите ласку им. За ней

И сходят к вам созданья эти…

Утром я проснулась бодрая и счастливая. Умиротворенная. Словно не было бессонной ночи и жалкого часика урывочного сна между нежным занятием любовью. Этой ночи и нежности своего любовника я точно никогда не забуду. Вадим по сравнению с ним выглядел роботом, а Дима… Меня пугали все намеки на его нежность, она всегда таила в себе нечто зловещее.

Брюс рвался отвезти меня домой на своем "Харлее", но я настояла на такси. До прибытия машины мы успели еще раз это сделать на кухонной столешнице. Он очень жарко и нежно расцеловал меня на прощание, и я покинула его квартиру со счастливой улыбкой на губах. Мы оба знали, что вряд ли увидимся снова; никаких обещаний, обмена телефонными номерами и предположений. Я ощущала себя повзрослевшей. Независимой и уверенной. Никогда не понимала своих подруг, которые после таких вот всплесков страсти продолжали строить нереальные планы, вплоть до потомства и букетиков на бамперах автомобилей.

…Я танцевала в кухне в ожидании горячего эспрессо. Ловила отражение в зеркалах межкомнатных дверей и удивлялась, почему после такой бессонной ночи кажусь себе еще красивее. И почему глаза такие непозволительно яркие и сияющие.

Звонок в дверь не вызвал даже удивления, лишь неопределенное пожатие плеч. Налив кофе, я, пританцовывая, направилась к двери, готовясь послать в лес очередных свидетелей Иеговы, которым какого-то члена не спится в 8 часов утра. Безжалостно улыбнулась, открыв ряд замков…

Дерзость замерла на моих губах. Его взгляд в одно мгновение парализовал меня, отсчитывая секунды до панической атаки. Пальцы ослабели, и я поспешно поставила чашку на полку, прекрасно понимая, что еще чуть-чуть, и залью ковровое покрытие.

— Ты?! — состояние аффекта вызвало непонятный виток смелости. — Я что, приглашала тебя?

— Нагулялась, любимая? — резко распахнув дверь, Дима ввалился в коридор. Я не успела отреагировать — мое запястье прошибло сотней игл от его грубого захвата, заставив зашипеть от боли.

— Охренел?! Так свою маму будешь тискать, ты…

Оглушительная пощечина. Звон в ушах.

— Топай в комнату, тварь. Поговорить надо.

Слезы от резкой боли, теперь уже в немеющей щеке, застилали мои глаза. Я не сдвинулась с места. Дмитрий же решил это радикально — вцепившись мне в волосы, грубо толкнул вперед.

— Сними обувь… — тупо проронила я, не до конца осознавая происходящее. То ли от боли, то ли от шока. Но он словно не расслышал. Удар ногой… Слава богу, в двери — они лишь чудом не слетели с петель. Не успела я мысленно возмутиться, как невиданная сила подняла меня в воздух, аукнувшись нешуточной болью в ребрах, и я оказалась просто брошенной поверх так и не разобранной кровати. Вместе с осознанием этого, вспышками боли в разных частях тела и его ледяным, почти безумным взглядом проснулся ужас. Самый настоящий, липкий, беспощадный, сжимающий горло в тиски и не позволяющий кричать.

— Где твой телефон?!

Что? Он что-то сказал?

Новый всплеск пламени, уже на второй щеке. Я всхлипнула.

— Т… Там заряжается… — его глаза были лишены эмоций, но я ощущала физически, как эта ледяная жестокость рвется наружу, грозя затопить меня. Это было выше моих сил. Чтобы не разрыдаться, я зажмурилась. Но инстинкт сохранения пересилил, заставив наблюдать из-под опущенных ресниц.

Он вырвал телефон вместе с проводом зарядного устройства и улыбнулся одними губами. Такая улыбка могла бы стать последним из того, что можно было увидеть в жизни.

— 48 вызовов. 48! Я тебе что, пацан сопливый?! Я к тебе обращаюсь, сука! 7 из них сброшены. Ты в игры решила играть? Ты не доросла до этого, поняла?! Если я начну с тобой играть, тебе жить больше не захочется! Уяснила?

— Не ори на меня! — почти прорыдала я, инстинктивно отползая в центр кровати и пряча лицо за растрепанными волосами.

— Разве я ору, сладкая?

Он действительно не орал. Более того, не повысил голос ни на тон. Выпрямившись и не сводя с меня долгого взгляда, отшвырнул телефон в кресло. Хорошо, что не "ап стену"

Повисло гнетущее молчание, прерываемое лишь моим сдавленным дыханием и стуком моего сердца. Я задыхалась в ожидании неизбежного. Такой ужасный, унизительный контраст после ночи с нежным и галантным Брюсом! Такая мерзкая слабость и страх. Просто страх.

— Где ты была, Юлечка? И что это на тебе надето? — приблизившись вкрадчивым шагом, он резко рванул мою футболку на себя, и я, не сдержавшись, закричала. И снова, совсем легкий, но от того еще более пугающий удар оборвал мой рождающийся вновь вопль на полуаккорде.

— Я не пацан, дорогая, чтобы ночевать в машине под твоими окнами. В прятки играть решила? Только со мной такой номер не прокатит. Если мы вместе, ты будешь делать только то, что я тебе скажу.

— Ты себе голову в машине не отлежал? — почти взяв под контроль рыдания, отчаянно прокричала я.

— Застегни свои губы. Хотя нет. Всем байкерам отстрочила минет, или остались неудовлетворенные? — Его глаза прищурились. — Тебя отодрали прямо на мотоцикле, или удосужились поставить раком на земле? Понравилось?

Он сел рядом, подвигаясь все ближе и ближе. Его абсурдные обвинения разрывали мое сознание. Но, несмотря на вспыхнувшую обиду и страх, всю дерзость смело всепоглощающей волной власти одного только его взгляда. Я ненавидела себя за это, но в данный момент мое существо желало только одного.

Подчиниться.

— Сейчас ты отсосешь мне так, как ни для кого из них не старалась. — Его рука вцепилась в мои волосы. — Я был мягок с тобой, но пора начать тебя воспитывать. Давай, — рывок за волосы вниз, к ширинке. — Никаких рук, расстегивай губами.

Словно загипнотизированная этим властным безапелляционным тоном, я покорно склонила голову, плохо соображая, что делаю… но тут ясность разума вернулась. Может, потому, что я перестала видеть его взгляд. Да, этого оказалось достаточно.

— Я не буду!

Хватка руки стала грубее.

— Я закричу! Твою мать!

Шлепок по губам. Жестокий шок от произошедшего вновь поверг меня в пучину. За секунду до того, как его пальцы поспешно расстегнули ремень и молнию.

— Кричи, — он не позволил мне поднять глаза. — Давай, работай.

Я рванулась в сторону, когда головка возбужденного члена скользнула по моим губам.

— Вот так! Давай, сука, покажи класс.

Что заставило меня так покорно взять его почти на полную длину? Опомнившись, я резко отпрянула. И тут же чуть не разрыдалась от отчаяния. Он держал свой мобильный в ладони, а объектив камеры зловеще подмигивал.

— Завопишь, взорву Youtube, — спокойно пообещал мне этот ипанутый садист. — С припиской "трудовые будни отличницы Беспаловой".

Я оказалась в западне. Но вот странно, все-таки, устроен человеческий мозг! Ярость проигнорировала все обстоятельства, которые были не в мою пользу. Вместо униженной мольбы стереть эту запись — о том, что я могу этим роликом создать проблемы ему же первому, я тогда не подумала, — я перешла в атаку, проигнорировав ужас. Воистину, лучшая защита — нападение!

Хватка ладони в моих волосах стала еще грубее, но я проигнорировала боль. Отвлекающий момент пришел на ум внезапно.

— Дам кем вы, уроды хреновы, возомнили себя, вашу мать?!

Дима на миг растерялся. Затем, до боли сжав пальцами мой подбородок, потянул вверх, вынуждая посмотреть в глаза. Только меня было уже не остановить. Ужас не исчез… Но протест вместе с возбуждением высвободили просто отчаянную храбрость. Игнорируя внезапно намокшие трусики, я вырвалась из этой стальной хватки.

— Почему твой друг послал Лекси?

Дима отпустил мои волосы. Вряд ли он ожидал такого вопроса. Сталь в его взгляде начала плавиться.

— Юля, не твое дело. Они взрослые люди и сами разберутся.

— Взрослые?! — нервно захохотала я. — Скажи об этом своему долбаному другу! Вы не много на себя взяли? Один решил доказать свою крутость, обидев девчонку, по которой сохнет пол-академии! Это что, попытка выглядеть типа мачо! Чмо он, а не мачо, да и второй тоже хорош! Врывается ко мне и устраивает шоу с угрозами! Что вы там курили, оба?

— Юля, смени тон.

— А ты вообще закрой рот! Ты вломился в мою квартиру с угрозами и попыткой принудить к оральному сексу. Еще снимал это на телефон! В твоих же интересах ее стереть, потому что я вызову ментов и они примут тебя с этим вещдоком! Ты знаешь законы, дорогой?!