ExtazyFlame – D/sсонанс. Черная Орхидея (СИ) (страница 116)
Его сердце стучит так же, как и мое. Солнце светит для каждого из нас одинаково. Дети тянутся к нему так же, как и ко мне. Потому что он обычный человек! Который просто в один прекрасный день решил, что имеет полное право на мою жизнь! Диктовать свои правила, которые я не принимаю, и устанавливать их, круша мою волю!
Мне хочется бежать. Все равно, куда. Плыть, навстречу неизвестности, лучше в омут, только не обратно. Сбивать в кровь ноги, до тех пор, пока не вытравлю из памяти яд его поцелуев и слов. Но я не трогаюсь с места. Смотрю на тлеющую сигарету в пальцах, думая лишь об одном, — не разрыдаться прямо сейчас и не начать биться в истерике.
— Пока, Юлечка! — теплый ветерок в чертогах моей тьмы, звонкий детский голосок. Поспешно надеваю очки, прячу боль в своих глазах от ребенка. Дай тебе бог, чтобы никогда в своей жизни ни ты, ни твои близкие не знали подобной душевной боли. Блондинка натянуто улыбается, я изображаю дружескую улыбку и машу ей рукой. Ребенок, воровато оглянувшись на Димку, отпускает руку матери, и прямо на моих глазах происходит маленькое чудо, которое придерживает мои надорванные тросы перед потерей сознания на обрыве. Легко и уверенно, одним движением ручонки семилетнего парнишки.
— Смотри, Юля! — вытягивает руку, сгибая в локте… И меня накрывает волной искреннего веселья, когда я понимаю значение этого жеста!
— Славик, ну ты даешь! Да у тебя бицепс больше, чем у дяди! Ты Джеймс Бонд? Ты на задании?..
Смех так и замирает на моих губах, когда мой юный новообретенный друг с матерью удаляются. Скальный выступ скрывает их от нас. Там еще одна бухта с чистым песчаным берегом.
— Да ты роковая женщина, — добродушно говорит Дима, присаживаясь рядом. — Мне следовало б тебя прятать от людских глаз.
Я молчу. Реальность вернулась. Принимаю из его рук чашку с шампанским. Бокалы решил не тащить… Мне все равно, даже после того, как он замечает мое состояние.
— Юля, точно все нормально? Тебе плохо? Это солнце, наверное… Ты не заболела?
Зачем? Зачем ты беспокоишься обо мне, если совсем скоро тебя не остановит в собственных ненормальных желаниях даже вид моей крови? Совсем скоро ты сломаешь меня. Получишь то, о чем даже не мечтал…
— Я снова искупаюсь. Можно?
— Конечно, маленькая. Только не заплывай далеко, обещаешь? — зачем ты плавишь мой металл в огне своей двойственной сути? Почему ты уже принял решение, от которого никогда не отступишься? Прикусываю губы до крови. Юля, переступи через гордость. Просто скажи. Дай ему узнать свои страхи. Свою боль. Он не может не понимать! Он едва не потерял тебя совсем недавно, твое сердце не из стали, ты не выдержишь снова. Он поймет, вы за очень короткое время стали так близки друг другу! Предотврати… время против тебя! Сделай это сейчас!
Я ничего не делаю. Глотаю слезы и улыбаюсь натянуто-шальной улыбкой, захожу в воду, и, когда она достигает моей груди, начинаю плыть, рассекая руками прогретую солнцем морскую гладь. Автоматически машу рукой Славику, который бегает по песку с криками "Юля! Юля!" Его мама наблюдает за мной. Наверняка не без зависти, еще бы, ее представления об увиденном примитивны до невозможности. Смазливая малолетняя хищница отхватила мужчину с внешностью киногероя, торсом Дэвида Ганди и кучей бабла, судя по машине и накрытой поляне… Как все красиво выглядит со стороны! Что бы ты сделала, знай правду? Да ничего б ты не сделала. И не потому, что действует негласный принцип "моя хата с краю". Плясала самбу злорадства с причмокиванием "так ее!" А может, нет. Мать все-таки… Пожалела бы… пожелала мне сил… И махнула рукой, не без мысли, что такому мужчине еще не то б позволила за салон красоты в перспективе…
Легкие волны бьют в лицо. Зажмуриваюсь, перед глазами темные круги от набежавших слез. Круги? Нет, это нечто иное. Спирали, завитки… Цифры? 9. 6. 9. Снова? Что они хотят мне сказать? Что-то важное. Юля, ты упустила их не так давно, ты была в стрессе… Ты думала, это игры твоего изнасилованного сознания… Пугающий тебя триксель обрел ассоциативный ряд чисел… Но что ускользает от внимания… Какая-то запредельная важность этих девяток… Шустрый мышонок замучил кота. Тома жалко. Вот честно, он какой-то свой пацан, а Джерри — как лидер пионерской организации… Сколько лет мультику, а все не надоедает! Только плохая идея крутить в маршрутке… Дважды проезжала свою остановку!
097… От неожиданности делаю глоток воды. Е-42…там крутят по плазме "Том и Джери." 097 42… Девятка…097429…6… История! Точно, история! Гребаный экзамен! Я еще подумала, что этот день не забуду… 9.07!!! 0974296907!!!! Номер телефона Вадима!!!!
От накрывшего озарения перестаю взмахивать руками. Снова глотаю воду. Это же тот самый экстренный номер! Меня трясет. Настолько сильно, что я боюсь остановки сердца прямо в воде, с бешеной скоростью плыву обратно… Зачем? Я и сама не знаю. У меня нет телефона. Он есть у Димки… а еще…
Ох, не любят меня женщины в преимущественной массе. Я им как кость в горле. Родилась с внутренним шармом, который многим не подвластен… Но это сейчас не имеет никакого значения, ведь у нее наверняка есть телефон!
— Юля! — хлопает в ладоши мой юный поклонник, подбегая к берегу… К тому самому, где я заходила в воду, и где Дима может следить за каждым моим движением… Возможность подплыть с другой стороны уничтожена на корню. Мамаша уже спешит за ним следом.
— Привет, юный герой! — Оглядываюсь на Диму… Время против меня. Попросить сейчас у блондинки телефон? Как? Что же делать?
— Я — Юля, — улыбаюсь ей натянутой теплой улыбкой.
— Алена, — настороженно отвечает она. Переводит взгляд на мои запястья, потом на лицо, в глазах недоумение. Я уже свыклась со своими ссадинами… Сглатываю. Алена, ты же женщина! Ну прошу тебя, пойми все без слов!..
Да, женщина. Но прежде всего, мать. Ты не подставишь сына под удар. Да и поняла ли ты значение тонких красных линий на моих кистях? Сумасшедший и непродуманный план трещит по швам. Цепляюсь взглядом за серьги в виде цветов в ее ушах…
— Красивые, — робкая взятка… Зачем? С какой целью? Она не взяла с собой телефон…
— Юля! — Дима словно ощутил что-то на расстоянии. Твою ж мать. У меня просто нет выбора. Улыбаюсь обнадеживающей улыбкой, чтобы не напугать своим безумием в глазах, перед тем как шагнуть навстречу своему скорому персональному аду. Шанс потерян. Или же нет?
Цифры выжгли клеймо в моей истерзанной душе, никогда больше им не стереться из моей памяти. Понимаю, просто до дрожи, смысл анекдота "были б спички — был бы рай!", когда покорно позволяю накрыть себя полотенцем и смахнуть капли воды с кожи. Ждать. И успокоится. У меня есть оружие… Мне получить только ключ к оружейной комнате!
После шампанского и хрустящих круассанов меня немного отпускает. Лишь провожаю взглядом спустя пару часов новых знакомых. Мама Алена просекла, что ничего ей не светит тут с потенциальным папой для сына, пока он со мной. Няша Славик, пока не видит маман, посылает мне неловкий воздушный поцелуй, от которого поразительным образом теплеет на душе, и тяжелые мысли уносит серым пеплом
— Наконец-то одни, — довольно изрекает Дима. — Обычно тут никого нет. Особенно с детьми… Ничего не стоит получить ушибы, кругом скальная порода.
— Пошли купаться, — слизываю с пальцев сок персика. Время есть. Только ждать. И еще раз все хорошенько обдумать…
В этот раз я не заплываю далеко. Мы, как дети, резвимся у берега. Солнце, воздух и вода, и тревога отступает… настолько, что во мне вновь просыпается ребенок, который, чувствуя скорое приближение кошмара, хочет жить сегодняшним днем.
— Смотри, подлодка! — как можно серьезнее вскрикиваю я.
— Где? — напрягается Дима, не успев осознать абсурдность фразы. В тот же момент веерный каскад брызг, поднятый моими ладонями, окатывает его с головы до ног. Выдержанный покер фэйс летит к чертям перед атакой веселого изумления, и едва успеваю увернуться от новой порции брызг
— Ах ты…
Показываю язык, перед тем как заставить его захлебнуться морской водой от подачи моими ладонями. Ладони конусом, в глубину, навстречу подсвеченной солнцем толще воды. Как приятно снова, в который раз, в эту пучину бесконечного самообмана, кажется, вот, раз и все — не догонят, не найдут… Но минута слабости уничтожена, стерта ласкающими касаниями воды, высушена лучами ласкового солнца, унесена легким ветерком. Жить настоящим. Обмануть себя, отключив на минуту воспоминания и предположения, и тогда можно по-настоящему ощутить себя счастливой. Выныриваю на поверхность. Ну? А что ты мне сделаешь? Капли воды бьют в лицо… Давай, мне приятна эта боль… Боль?
Жесткие губы снимают с моих губ соленые капли… пока еще морской воды. Очарование момента, иллюзия беспечной свободы умирает в агонии у моих ног, это не поцелуй, это вакуумный забор моей воли в беспощадные тиски чужой абсолютной власти. Никогда ничего не изменится. Шаг за шагом будешь отравлять меня своей подчиняющей одержимостью. Я уже парализована ею. Человек привыкает ко всему, привыкла и я… Настолько, что эта безумная интоксикация вознесла меня к звездам вчера, сгладила грани инстинкта самосохранения, прикрыв его шлейфом под грифом "доверие"… Я так чертовски уязвима сейчас. Перехватывает горло. Я только чудом не плачу, мои глаза пусты, но внутренности истекают слезами бессилия и безысходности.