Еврипид – Античные трагедии (страница 50)
3-й старец
1350 Не так! Убийц на месте мы накрыть должны,
А путь в палаты голый нам проложит меч.
4-й старец
Я так же мыслю: вторгнуться насильственно,
На скоп убийц напасть мгновенно. Ждать нельзя.
5-й старец
Народ что скажет? Исстари знаком запев
Спасителей, что зарятся на праздный трон.
6-й старец
Мы время тратим, а над думой мудрою
Убийцы потешаются. Они не спят.
7-й старец
Совета не найти мне, как нам действовать;
Но лучший всех советник – кто творит дела.
8-й старец
1360 Согласен! Речи были бы ко времени,
Когда бы оживили бездыханный труп.
9-й старец
Чтоб мирно дни довлечь до гроба, станем ли
Льстить властодержцам, кровью осквернившим трон?
10-й старец
Позора не потерпим. Лучше смерть вкусить!
Она ж созрела и сочней, чем рабства плод.
11-й старец
Но истина ль – что царь убит? Гадаем мы!
Довлеет ли свидетельство тех стонов двух?
12-й старец
Без знанья достоверного не к месту гнев.
Одно – гадать, другое – знать. Что знаем мы?
Предводитель хора
1370 Вот это слово я хвалю. Поистине,
Увериться должны мы, жив ли, нет ли – царь.
Старейшины хотят войти во дворец, когда средние врата раскрываются и являют зрелище совершенного убийства. В купальне лежит тело Агамемнона, окутанное с головой покрывалом. Подле – тело Кассандры. Клитемнестра, с лицом, обрызганным кровью, и с двойным топором в руке, ступает навстречу Хору.
Клитемнестра
Речам противоречить, что при случае
Я льстиво расточала, – постыжусь ли? Нет!
С врагом враждуя под личиной дружества,
Плести тенета должно высоты такой,
Чтоб зверь не мог, осетен, перепрянуть их.
То долгий поединок. Не забыла я
Врагу победы давней. Но решился спор.
Стою, где было дело, – где разила я.
Кричу – не отпираясь: вот убийца – я!..
1380 Покров на жертву, многоценный саван, ткань
Огромную, как невод, я накинула:
Ни бегства зверю, ни защиты в путах нет!
И дважды нанесла удар. И дважды стон
Издав протяжный, рухнул царь. И в третий раз
Взнеслась секира – в дар обетный спасу душ
И солнцу мертвых, Зевсу подземельных недр.
Так он, с хрипеньем, в красной луже отдал дух;
И вместе с жизнью, хлынув из гортани, столб
1390 Горячей крови обдал мне лицо волной —
Столь сладостной, как теплый ливень сладостен
Набухшим почкам, алчущим расторгнуть плен…
Все кончено. Честные старцы, радуйтесь,
Коль это дело, коим похваляюсь я,
Вам нравится! Веселый бы нам править пир:
Нельзя, – покойник в доме… А ведь стоило б!
Из всех отрав, из всех проклятий он смесил
Семейный кубок. Ныне сам испил раствор.
Предводитель хора
Дивлюсь, сколь нагл язык твой: не боится он
1400 Над мертвым так ругаться, так кощунствовать.