Еврипид – Античные трагедии (страница 240)

Но госпожу ты любишь, и сама

Ты женщина. Нас, верно, поняла ты.

Рабыня с поклоном уходит направо, по дороге. Медея с загадочной улыбкой делает несколько шагов к средней двери и, дав знак рабыням следовать за собою, входит в дом.

Хор

С т р о ф а I О Эрехтиды древле блаженные,

Дети блаженных богов!

Меж недоступных хранят вас холмов

Нивы священные.

Там славы жар вам в жилы влит,

⁸³⁰ Там нега в воздухе разлита,

Там девять чистых Пиэрид

Златой Гармонией повиты.

А н т и с т р о ф а I Дивной Киприды прикосновение

Струи Кефиса златит,

Ласково следом по нивам летит

Роз дуновение.

Благоухая в волосах,

⁸⁴⁰ Цветы не вянут там свитые,

И у рассудка золотые

Всегда Эроты на часах…

Медея выходит из дому старательней причесанная и одетая, с видом более нежным и женственным. За ней – рабыни.

С т р о ф а II Тебя ж те чистые волны,

И город, и друг,

Скажи мне, принять

Решатся ли, если

⁸⁵⁰ Детей ты погубишь?

Представь себе только

Весь этот ужас…

Раны на детях!..

Видишь, твои

Я обняла

В мольбе колена…

(Медея молча ломает руки. Глаза ее сохраняют странное светлое выражение.)

О, пощади,

Не убивай,

Медея, милых.

А н т и с т р о ф а II Откуда же дерзость рука

И сердце возьмут,

Скажи мне, скажи,

Зарезать малюток?

⁸⁶⁰ Лучи, упадая

Из глаз на дрожащих,

Выжгут ли слез

Детскую долю?

Нет, никогда

Руку в крови

Детей молящих

Ты не дерзнешь

Свою смочить

В гневе безбожном.

Во время пения последних стихов вбегает рабыня, знаками останавливая Хор.

Те же и Ясон из правого прохода, со свитой. Ясон, Медея и Хор.

Ясон

Я приглашен… и хоть враждебно ты

Настроена, но выслушать хотел бы

Желания, о женщина, твои.

Медея

(начинает тихим, почти нежным голосом и по временам опуская глаза, но скрытая злоба скоро начинает давать себя знать, и голос Медеи сливается с принятым ею на себя смиренным тоном)

Прощения за то, что здесь ты слышал,

⁸⁷⁰ Я у тебя прошу, Ясон, – любовь

Жила меж нас так долго,

(с искусственно подавленным вздохом)

Что горячность

Мою поймешь ты, верно. Я же, царь,

Додумалась до горького упрека