Эви Эрос – Мне не стыдно (страница 10)
Что ж… спасибо Пушкину.
Любите ли вы съемные квартиры так же, как люблю их я?
Точнее, ненавидите ли? Ведь любить этот кошмар невозможно.
Так получилось, что я живу в съемных квартирах с девятнадцати лет. И за всё это время я меняла их пять раз.
Первую квартиру я делила со своим мужем Матвеем Раковым. Продолжалось это недолго, примерно полгода. Потом я переехала и сняла себе комнату в квартире с хозяйкой — старой сварливой бабушкой, которая своих тараканов любила гораздо больше, чем меня. Тараканов в прямом смысле этого слова.
Полтора года я держалась и копила деньги, а затем сняла себе более-менее нормальное жильё недалеко от работы, где и благополучно обитала до самого своего отъезда во Францию.
Во Франции я тоже, по сути, жила в съёмной квартире, хотя она и была от фирмы. И весьма приличная была квартира. По крайней мере там нигде ничего не отваливалось, а если отваливалось, мне сразу вызывали слесаря из французского аналога службы «муж на час» и всё чинили.
Итак, это уже моя пятая квартира. Не могу сказать, что она хуже предыдущих, но, как это всегда бывает со съёмными квартирами, не лишена недостатков.
Акриловый вкладыш в ванне скрипит, как несмазанная телега. Если сильно дёрнуть вилку телевизора, то она выдёргивается из стены вместе с розеткой, поэтому последнюю лучше придерживать. Ламинат в одном месте ходит волнами и опять же скрипит. Микроволновка начинает работать только после того, как хорошенько стукнешь её сверху кулаком. На окнах нет никаких фиксаторов, поэтому окно можно либо закрыть, либо открыть настежь. Сейчас лето и проблема не столь остра, но ближе к осени придётся принимать меры.
Что ещё? Пылесос у хозяев есть, а веника с совком я так и не обнаружила, пришлось покупать свои. Буржуи, как же можно жить без веника?..
Сковородка была только одна, чугунная и заросшая жиром так, как будто в ней кто-то целый месяц жарил блины и ни разу не помыл.
Духовка работает еле-еле, при этом низ пирога сжигает, а середину оставляет непропечённой. Жаль, я очень люблю пироги…
Ну и так, по мелочи. На кровати можно спать только с одного края, на другом яма. Стиралка во время стирки прыгает так, словно стремится сбежать, как посуда от Федоры. И самой посуды катастрофически мало, а та, что есть, вызывает у меня неконтролируемый приступ тошноты.
Я вообще довольно брезглива, поэтому всё, чем приходится пользоваться постоянно, покупаю сама.
Вот и в этот раз я закупилась всем необходимым, а на выходных наконец устроила генеральную уборку — мыла окна, полы и чуть ли не потолок, стирала шторы, отчищала плиту и духовку на кухне. В общем, вовсю играла в Золушку.
Только щёток на ногах не хватает. Правда, я пыталась подобным образом потереть пол в детстве — ничего не получилось, да ещё и по шее получила от матери.
Кстати, о матери…
Мобильный телефон опять настойчиво зазвонил, а я привычно его проигнорировала. Мама, конечно, уже успела каким-то непостижимым образом пронюхать, что её непутевая дочура вернулась в Россию, и сразу же давай названивать.
Мне примерно так же сильно хотелось видеть свою маман, как и Мишина. И слышать тоже.
Я не сомневалась, что рано или поздно она сумеет меня найти. Знакомых у неё много, и она кого угодно задолбает своими просьбами помочь ей отыскать «любимую дочку». Так что наверняка через пару месяцев увижу её на пороге своей квартиры.
Но пока у меня есть эта пара месяцев, чтобы морально подготовиться. Зная маман, любая моральная подготовка не будет лишней.
Кое-кто из моих знакомых думает, что я сбежала во Францию из-за Матвея — в тот год он как раз женился во второй раз. Но это не так.
На самом деле я уносила ноги от собственной матери.
А, ладно. Даже вспоминать не хочу.
А паранойя моя между тем цвела и пахла.
Мишин меня совершенно игнорировал. То есть, абсолютно. По полной. А я, ожидая от него грандиозной подлянки после той пощёчины, дико переживала и нервничала.
Он даже толком не здоровался со мной. Если только случайно сталкивался в коридоре, тогда кивал и скользил по мне равнодушным взглядом. Вот гад, а? Небось, готовится к очередной шуточке.
Все «указания» Мишин теперь передавал через Варю, а если ему нужно было что-то узнать у меня лично, писал письма на корпоративную почту. Сугубо деловые письма, сухие, как сухари.
На нервной почве я почти перестала есть. Таяла на глазах. Скоро только и останется, что глаза и рыжие волосы, всё остальное растворится в пространстве.
Варя удивлённо спрашивала, что со мной и почему я так мало ем. Приносила мне то булочку, то пончик, сердобольная. А я банально боялась, что Мишин мог затаить на меня особенную обиду, и теперь хочет особенно отомстить. И дай бог, если это будут сломанные кресла или шоколадки с перцем. А то ведь у него может хватить фантазии и полномочий устроить мне какую-нибудь злобную шуточку, из-за которой меня потом ни в одну приличную контору не возьмут на работу.
Вот в таком настроении я и узнала о грядущем корпоративе.
День рождения фирмы — святое дело, и нам обещали ресторан с какими-то конкурсами, танцами и пьянкой-гулянкой.
Клянусь собственными рыжими волосами, я бы не пошла. Ни за что не пошла бы. Я не отношусь к компанейским людям, а подобные мероприятия вообще страстно ненавижу. Но увы, за два дня до корпоратива я столкнулась в лифте с Юрьевским, и тот, улыбнувшись, спросил:
— Рита, а вы придёте на наш праздник?
Я даже растерялась.
— Э-э… Ну… вообще я…
— Понятно, — он рассмеялся. — Вы уж приходите. Там, знаете ли, премии будут выдавать. А кто не придёт — премию не получит.
Я посмотрела на него несчастными глазами.
— А может…
— Нет, Рита, не может, — веселился генеральный. — Приходите-приходите. Сами подумайте — если каждый сотрудник будет сбегать с корпоратива, то кто там останется? Ты да я, да мы с тобой. Это я про себя и Мишина, разумеется.
Вот именно. Там будет Мишин. И этого вполне достаточно, чтобы я не желала туда идти.
— Хорошо, — вздохнула я, чувствуя себя пойманной на крючок золотой рыбкой. — Я приду.
Приду, получу премию, закроюсь на часок в туалете, а потом убегу домой. Что называется — и волки сыты, и овцы целы…
— А ты в платье пойдёшь? — спросила у меня Варя чуть позже, когда я сообщила ей о своём намерении пойти-таки на корпоратив.
— Не знаю, — вздохнула я, с тоской разглядывая своё бледное отражение в мониторе. — Ещё не думала.
— Ты интересно одеваешься, винтажненько так. Но в основном юбки и блузки. А если платье наденешь… Да ещё и с декольте…
— Какое декольте, Варь. У меня что спина, что грудь… те же яйца, только в профиль.
Соседка хихикнула.
— А вот и неправда! Всё у тебя на месте. Ну что, решено? Надевай платье!
— А ты-то сама в чём будешь? — попыталась я переключить Варю, и мне это удалось: она начала рассказывать о своём наряде и забыла про мой.
Платье, значит… Есть у меня одно, привезённое из Франции. Очень лёгкое, воздушное такое, зелёное и безумно похожее на то самое, в котором я была на выпускном в институте. А то самое я тогда выбросила. И платье, и сумочку… и волосы отрезала почти под корень. Всё из-за Мишина.
Дура была, да.
Но разве сейчас я умнее? По-моему, нет.
Игнорировать Риту оказалось непросто.
Во-первых, Сергею постоянно требовалось что-то ей сказать по работе, и надо было придумывать, как передать это через третьих лиц, либо писать письма. А эти письма должны быть бесстрастными и сугубо деловыми, что тоже нелегко.
Во-вторых, Мишину хотелось её видеть. И быстрых косых взглядов оказалось мало. Он иногда смотрел на Риту, когда она не замечала, но долго всё равно не получалось — тогда заметил бы кто-нибудь другой.
А в-третьих… она явно нервничала. И это беспокоило Сергея. Варя даже обмолвилась, что Рита почти не ест, и он окончательно решил прекращать свои дебильные эксперименты. Стоило признать — совет Веры, точнее, Пушкина, в случае с Ромашкой не работал.
Лучше купить ей цветы и нормально извиниться. Вот пройдёт корпоратив — и сразу надо осуществлять. А до корпоратива некогда, все на ушах стоят…
Ещё и Кристинка Мишина грузила. Решила свадьбу спланировать и поминутно писала ему в скайп вопросы из разряда: «А ты какой ресторан хочешь?», «А торт лучше белый или розовый?», «Закажем лимузин или просто машины?», «А голубей будем выпускать?»
Раздражало страшно. Но Сергей терпел и смиренно отвечал каждый раз примерно одно и то же, только разными словами. «Как тебе больше хочется, котёнок». Пусть играется.
В конце концов, свадьба бывает только раз в жизни. Ну, это если повезёт, конечно…
С корпоративом генеральный расщедрился — объявил, что все должны приехать к трём, и уже от офисов народ повезут на автобусе в ресторан. Ехать недолго, но с учётом пятничных московских пробок можно встрять надолго.
Тем, кто с личным транспортом, было разрешено ехать сразу в ресторан к четырём часам. Мишин решил сделать именно так. Автобус автобусом, но назад тоже надо как-то добираться.
И всё было хорошо с самого утра — Крис Сергею не писала, погода была отличная, никаких дождей или туч, и в то же время не жарко. Он приехал в ресторан в отличном настроении, и это настроение было неизменным до тех пор, пока Мишин не увидел Риту.
Наверное, что-то похожее испытывают люди, которых в макушку бьёт молния.