Эви Эрос – Лабиринты наших желаний (страница 76)

— Уже жаль, что нужно идти в театр? — поинтересовалась Ксюша, начиная расстёгивать джинсы.

— Немного, — протянул Игорь.

— Ах, немного…

Стриптизёрша из неё, конечно, так себе, но и этого хватило, чтобы он не выдержал — усадил её на колени и впился в губы со всей страстью мужчины, который хочет женщину.

— Тебе так скоро тоже придётся переодеваться… — прошептала Ксюша, поглаживая напряжённые плечи и руки Игоря. Он только хмыкнул, расстёгивая ей бюстгальтер. — Эй! Я не планировала его снимать!

— Зато я планировал…

Горячие губы захватили напряжённый сосок, потянули его, и Ксюша охнула. Что же он делает, им ведь выходить через полчаса…

Но Игорю, видимо, казалось, что полчаса — это очень много. Он аккурат?о сдвинул тонкую ткань трусиков в сторону и начал ласкать нежную плоть под ними. Теребил, сжимал и оглаживал, входил внутрь пальцем, одновременно с этим целуя и покусывая грудь Ксюши, и ей не понадобилось много времени, чтобы погрузиться в собственный экстаз — с таким-то напором…

— А как же ты? — простонала девушка, когда Игорь вынул из неё пальцы, поправил бельё и легонько шлёпнул по ягодице.

— А я… — он усмехнулся, сверкая возбуждёнными глазами. — Я всё получу вечером. Да, Ксения?

— Ага, — вновь простонала она, потому что Игорь, лизнув один из сосков, чуть подул на него. — Перестань… Я сейчас совсем разум потеряю!

— Я рад, — сказал Игорь, потянувшись к её губам. Поцеловал и продолжил: — Рад, что тебе нравится, Ксения. Не знаю, кем был твой первый мужчина… Но я помню, как ты говорила, что мы с ним несравнимы. И надеюсь, так будет всегда.

— Не сомневайся, — улыбнулась она, вставая с колен Игоря.

Но это было ещё не всё. И Ксюша, надев на себя тонкие колготки и платье, а потом переобувшись в купленные недавно красные туфельки, застыла, ощутив лёгкое прикосновение к шее. Опустила голову… и охнула, поняв, что именно делает Игорь.

О? застёгивал на её шее очень красивое ожерелье. Тонкое и кажущееся простым, но элегантное — плетение напоминало цветы с красными сердцевинками, вокруг которых переливались и блестели капельки влажной росы.

— Боже… — Ксюша схватилась за ожерелье, как только Игорь застегнул его, и резко обернулась к мужчине лицом. — Ты… я…

— Просто скажи «спасибо», девочка, — улыбнулся Игорь, погладив её пo щеке. — Больше ничего не надо. Тебе идёт.

Она никак не могла найти слов. С одной стороны, возмущение — это же, наверное, безумно дорого! — а с другой — бесконечное восхищение красотой подарка.

— Спасибо, — выдохнула всё же в итоге, легко поцеловав Игоря в губы. — Спасибо тебе.

— Ещё серьги есть, — он хитро прищурился. — Тоже потрясающие. Но у тебя же ушки не проколоты, поэтому… пусть полежат до лучших времён. Да?

Ксюша не выдержала и захихикала.

— Хитрец. Манипулятор. Режиссёр.

— Я продюсер вообще-то.

— И это тоже! Ловко ты… значит, мне теперь надо уши проколоть?

— Как хочешь, — пожал плечами этот манипулятор. — Не хочешь — пусть серьги валяются. Потом Настя экспроприирует, так что не пропадут в любом случае.

— Ладно. Проколю. Только… не в ближайшее время, ладно? Мне необходимо смириться с этой мыслью.

— Мирись, девочка. — Игорь провёл ладонью по линии ожерелья на её шее. — А я пока придумаю, чем ещё тебя порадовать.

— Мне бы твою фантазию. Чем мне порадовать тебя?

Он так усмехнулся, что Ксюша сразу поняла, о чём он думает.

— Хорошо, — она улыбнулась и провокационно облизнула губы. — Сегодня вечером.

— Буду ждать, — засмеялся Игорь.

Последнее время Настя была какой-то хмурой, и Ксюша, пока они ехали в театр, изо всех сил старалась её расшевелить. Девочка улыбалась, даже что-то отвечала, но глаза всё равно оставались грустными и словно виноватыми.

Впрочем, с Ксюшей Настя общалась непринуждённо, а вот между ней и Игорем появилась натянутость. Такая натянутость обычно бывает, когда ребёнок что-нибудь натворил, и знает об этом. И родитель знает, что ребёнок знает. Но оба по какой-то причине молчат.

Ну что ж, Настя непоседа — она действительно вполне могла что-то натворить, хоть и не со зла. Игорь совершенно правильно считает — ответственности ей пока не хватает.

Интересно, а сама Ксюша какой была в тринадцать лет? Она уже с трудом могла вспомнить. Надо будет спросить у бабушки.

Разодетый в безукоризненно выглаженный тёмно-синий костюм Андрей ждал их возле входа в театр, и Ксюшу слегка затошнило. Удивительно, до какой степени иногда может доходить неприязнь к конкретному человеку… А ведь в институте она от счастья растекалась, стоило только ему рядом оказаться или просто улыбнуться. Дура.

Теперь же Ксюша старалась держаться подальше от Андрея, постоянно вставая с другой стороны от Игоря и цепляясь за его локоть, всем видом показывая — я с этим мужчиной. Только с ним.

Андрей, правда, пока вёл себя хорошо, даже безукоризненно. Обращался к Ксюше исключительно «Ксения» и на «вы», рассказывал смешные истории, и она пару раз негромко хихикнула — не удержалась. Но почти сразу пожалела об этом — Андрей поглядел на неё с таким дурным счастьем во взгляде, что Игорь не заметить его просто не мог.

А потом они вчетвером прошли в зал, и Ксюша вздохнула с облегчением — билеты у Андрея были на другие места, подальше. Как пояснил девушке Игорь, это из-за того, что он позже их покупал. Андрей был явно огорчен этим фактом, а вот Ксюша обрадовалась. Чем дальше от неё — тем лучше!

— Тебе не нравится мой сын, — сказал Игорь ей на ухо, как только они уселись и стали ждать начала спектакля. — Интересно, почему.

— Почему не нравится? — натянуто улыбнулась Ксюша. — Парень как парень. Я просто ко всем отношусь настороженно. Это только ты сумел прорваться сквозь мою броню.

— Я старался, — усмехнулся Игорь, погладив девушку по коленке. — Но всё-таки тут что-то большее, Ксения. Он тебе кого-то напоминает?

Она на секунду замешкалась, но всё же кивнула.

— Твоего… первого?

— Да. Немного.

Врать нехорошо, нo не могла она правду сказать!

— Знаешь, — произнёс Игорь медленно, — Андрей, конечно, шалопай и зачастую поступает бессовестно, но не мерзавец. Хотя я могу ошибаться, конечно, я отец всё-таки.

«Можешь», — подумала Ксюша с грустью, а вслух произнесла:

— Я понимаю. Это непроизвольно получается, но я буду стараться бороться с собой.

— Не надо. Я даже рад, что он тебе не нравится, — улыбнулся Игорь, и Ксюша удивилась.

— Рад?

— Конечно. Прости, девочка. Я не хочу, чтобы ты от меня ушла. Вокруг столько молодых людей, которым я явно проигрываю в плане возраста.

Она возмущённо запыхтела и уже собиралась ответить, но тут погасили свет, Игорь сказал «тс-с-с!», и Ксюша замолчала.

Ладно уж. Она ему в а?тракте уши надерёт. Или дома.

— Ну как успехи? — спросила Настя уныло, когда они сели на свои места. — Смотрю, Ксюша тобой не впечатлена.

— Угу, — хмыкнул Андрей. — От бати взгляда не отрывает, удивительно. Кто бы мог подумать…

— Слушай… ну и, может, не надо? Оставь ты Ксюшку в покое.

— Да ладно? Ты уже хочешь мачеху?

— Не хочу.

— Тогда в чём проблема?

Настя вздохнула.

— Папа счастлив. Доволен. И мне стыдно.

— Да ну, перестань. Ты же ничего не сделала, подумаешь, позвонила мне. Телефон еще дала Ксюшкин, но это так, мелочи.

Сестрица не ответила, только поджала губы. Андрей усмехнулся — глупая она пока всё-таки. Заварила кашу — теперь расхлёбывай. А Настя всё на попятную норовит свернуть. Можно подумать, он ей даст!

Спектакль Андрей толком и не смотрел. Сидел, пялился на Ксюшкин затылок и вспоминал.