Эви Эрос – Лабиринты наших желаний (страница 66)

Удержалась. Выпрямилась, глубоко вздохнула, впуская в лёгкие воздух. Стало чуть легче. Но на языке всё равно чуть горчило.

— Нет. Я не собиралась никому мстить. А сейчас извини, я пойду.

— Куда это? — усмехнулся Андрей, делая шаг вперёд и становясь чуть ближе к ней. Зря нож уронила…

— В комнату Игоря.

— Игоря… Значит, ты вправду с отцом спишь?

Был бы нож — точно воткнула бы.

— Да, — ответила резко, с вызовом. — А что? Проблемы?

— Что ты, — Андрей развёл руками, продолжая ухмыляться. — Никаких проблем. Мне до любовниц отца дела нет. Я просто удивился.

— Иди ты в жопу со своим удивлением, — огрызнулась Ксюша и вышла из кухни.

Изменилась.

Восемь лет назад она была нежной, мягкой, словно сливочная помадка. А теперь Андрей даже не знал, с чем сравнить то, что он увидел.

Резкая. Агрессивная. Ненавидящая его так явно и искренне, что даже пробирает от этой ненависти. И невероятно сексуальная.

Посадить бы её на этот стол, да и оттрахать во все дырки. Только батя за подобное потом сам тебя оттрахает так, что сидеть не сможешь больше никогда.

Но одно он выяснил — мстить Ксюша не собиралась, про их родство она забыла. И что теперь? Теперь надо сделать так, чтобы она бате про события восьмилетней давности не обмолвилась, иначе… прощай регулярное пополнение счёта батей. Эту хрень он не простит. Значит, необходимо быть с Ксюшей милым и нежным мальчиком. А там, глядишь, постепенно она Андрея оценит… и решит поменять старый член на более молодой.

Хотя… нет, это утопия. Батя ещё не такой старый, да и трахаться он наверняка умеет. Так что членом Ксюшку не возьмёшь.

Тут надо быть умнее…

Опять это ощущение — словно сердце сейчас разорвётся. Но оно не разрывается, в очередной раз вмещая в себя то, что вместить вроде бы невозможно.

Сын. Как же так? Как это может быть?..

Невозможно. Нереально. Сбывшийся ночной кошмар…

Ксюша пыталась выровнять дыхание, сидя на кровати в комнате Игоря. Но ничего не получалось, и она тёрла щёки, стараясь не заплакать, и расчёсывала в кровь руки, даже не замечая этого.

Сын. Андрей Аракчеев, её первый мужчина, человек, который втоптал её в грязь, унизил и оскорбил — сын Игоря.

Так не бывает. Это какая-то глупая шутка. Неправда, вымысел, абсурд!

Ксюша упала на постель и беззвучно зарыдала, уткнувшись лицом в покрывало, уже понимая — никакая это не шутка.

На неё внезапно накатили воспоминания, давно, как казалось, забытые.

— Красивая у тебя фамилия, — сказала она однажды робко. — Аристократическая.

— Это мамина девичья, — ответил Андрей. — Когда я родился, она не захотела давать мне фамилию своего мужа. Сказала — плебейская, у неё лучше. А отец и не настаивал.

— А какая у него фамилия?

— Венчур. То ли дело Аракчеев, правда?..

Она тогда согласилась. Действительно — Андрей Аракчеев звучит куда круче, чем Андрей Венчур.

А потом он и фотографию показал, причём не просто вытащил из бумажника, а в интернете какую-то статью нашёл. «Игорь Венчур и его новый телевизионный проект» вроде бы называлась. Как она могла забыть?..

Вот почему лицо Игоря с самого начала казалось Ксюше таким знакомым. Да и Андрей на него всё же немного похож, не сильно, но похож. Особенно глазами.

Чёрт, это совершенно невыносимо!

Ксюша скрючилась на постели в позе эмбриона и изо всех сил приказала себе не думать об этом. Зажмурилась и начала мысленно считать овец, которые постепенно превращались в ухмыляющуюся физиономию Андрея. И тогда она жмурилась и вцеплялась руками в колени…

И если бы она видела себя со стороны, то ужаснулась.

Ведь именно так выглядит отчаяние…

Вернувшись с работы, Игорь сильно удивился, обнаружив на кухне собственного сына. Андрей сидел за столом и пил чай вместе с Настей, а рядом на полу Грейсон гонял какое-то пёрышко.

— Привет, бать! — Андрей поднял руку в приветственном жесте. — А я тут к вам решил заскочить, сюрприз сделать. Как жизнь?

— Нормально, — ответил Игорь, подходя к холодильнику. Достал оттуда бутылку воды, сделал глоток и поинтересовался: — Ты какими судьбами в Москве?

— По работе.

— Ясно. И что за работа на этот раз?

Когда-то давно отчим Андрея устроил его учиться на факультет журналистики по блату, но с этим делом у парня не сложилось. Нет, Андрей был грамотный, но грамотность и умение писать интересные тексты — вещи разные. И работу он себе даже по блату найти не мог. Впрочем, oн и не пытался.

Ещё во время учёбы в университете Андрей начал увлекаться фотографией, поначалу для себя, а потом стал брать заказы. Сейчас он в основном снимал моделек для каталогов, и Игорь прекрасно понимал, почему — многие после фотосессии были не против перепихнуться с симпатичным фотографом. А Андрей бабником был страшным, страшнее, чем сам Игорь в молодости.

— Да так, для журнала одного, надо поснимать всякие интересные места в Москве, о которых не знают туристы.

— Понятно. — Игорь поставил бутылку минералки обратно в холодильник и обратил внимание на Настю. Вид у неё был какой-то мрачный, недовольный. — Настя, где Ксения?

— В твоей комнате, — ответила дочь, не поднимая глаз от столешницы. — Мне показалось, Ксюша себя не очень хорошо чувствует…

Игорь кивнул и собирался отправиться к себе, даже сделал шаг в сторону двери, когда Андрей вдруг сказал:

— Красивая она у тебя, бать.

Остановился. Мышцы напряглись, натянулись, как струны.

— Красивая, — подтвердил, изучая взглядом сына. Тот натянуто улыбнулся и вновь поднял руки.

— Бать, я не претендую! Просто… вкус твой похвалил.

Игорь хмыкнул и всё же вышел из кухни. С Настей и Андреем можно после разобраться, сначала Ксения. Надо узнать, что у неё там с самочувствием.

А еще он страшно соскучился.

Ксюша так сосредоточилась, что не услышала, как вошёл Игорь. Только когда он уже сел на кровать и провёл рукой по её спине, она дёрнулась и резко развернулась.

— Привет, — сказал он, улыбаясь, но в глазах светилась тревога. — Как ты, девочка?

— Ничего, — она тоже улыбнулась. Дышать сразу стало чуть легче.

— Живот болит? Ты в позе эмбриона лежала, обычно так лежат, когда болит живот.

«Или душа».

— Да. Но уже проходит. Не страшно, правда. — Ксюша чуть приподнялась на постели. — Поцелуй меня, пожалуйста.

— Соскучилась? — Лукавая улыбка.

— Очень.

— Я тоже, Ксения.

Игорь поцеловал её, и губы будто обожгло. Этот жар вспыхнул не только там, но и в груди, растопив замороженные, запретные чувства, заставив её всхлипнуть и заплакать.

— Девочка… — прошептал Игорь, проводя ладонью по Ксюшиной щеке и стирая слёзы. — Вся напряжённая, еще и плачешь. Пойдём.

Он потянул её с кровати, опять поцеловал, нежно поглаживая по спине.

— Куда пойдём? — спросила Ксюша слабым голосом, утыкаясь лбом в грудь Игоря.