Эви Эрос – Лабиринты наших желаний (страница 62)

— Ну да, конечно… Но покупать не будем!

— Как скажешь, Ксения, — согласился Игорь и, наткнувшись на ироничный Ксюшин взгляд, рассмеялся.

В магазине их поначалу приняли за отца и дочь, и Ксюша слегка расстроилась. Это оказалось не особенно приятно. Потом, конечно, извинились, но легче не стало.

Зато стало легче, когда она это красное платье с витрины надела на себя. Юбка у него была до колена, эдаким колокольчиком, рукава длинные и небольшое декольте. С одной стороны — просто до невозможности, а с другой — очень стильно. Такое платье невероятно шло Ксюше.

Это же сказал Игорь, заходя в примерочную и помогая ей застегнуть молнию сзади.

— Великолепно, — улыбнулся он, погладив девушку по спине. — Просто потрясающе, Ксения. Я чуть не потерял дар речи.

— Ну нет, — засмеялась Ксюша. — Вот уж что ты никогда не потеряешь, так это дар речи.

— Возможно. Ну что, Ксения… Я посмотрел на тебя в этом платье, как мы и договаривались. Теперь можешь снимать.

Игорь явно старался говорить ровным голосом, нo под конец всё же дрогнул и расплылся в ироничной ухмылке.

И вот тут-то Ксюша и осознала всю глубину его коварного плана. Легко отказаться от платья, которое висит на витрине, и тяжело — от платья, надетого на тебя. От совершенно восхитительного платья, и оно так ей шло…

Ну уж нет! Настолько легко она не сдастся.

— Хорошо, — протянула Ксюша хитро. — Расстёгивай.

Горячая рука легла на лопатки, погладила их… но молнию вниз не потянула. Наоборот, опустилась и начала, к удивлению Ксюши, задирать подол.

— У меня есть ещё один аргумент, девочка. А может быть, и два… Первый аргумент — у меня на пятницу билеты в театр, и я хотел бы увидеть тебя там в этом платье.

Наверное, она сошла с ума, когда чуть наклонилась и опёрлась руками о зеркало, одновременно с этим раздвигая ноги.

— А второй… — Нетерпеливые пальцы отодвинули в сторону трусики. Ксюша посмотрела в зеркало и задер?ала дыхание, поймав в отражении жаркий взгляд Игоря. — Сейчас покажу второй…

— Это же магазин… — шепнула она, заранее закусывая губу, чтобы не кричать.

— Магазин — подтвердил Игорь, лаская то место, что жаждало его сейчас больше всего на свете, а второй рукой расстёгивая брюки. — И всё, что нужно — соблюдать тишину… Понимаешь, о чём я?

— Да, — ответила Ксюша, одновременно с этим всхлипывая от резкого проникновения. Она по-прежнему не отрывала глаз от лица Игоря в отражении, и видела, насколько оно в этот момент изменилось, став более напряжённым и страстным. — Ещё…

Он усмехнулся, поудобнее обхватил ладонями бёдра девушки и задвигался, постепенно наращивая темп.

Ксюше было тесно и горячо. Каждое движение Игоря она ощущала, словно электрический разряд внутри своего тела. Резкий, порывистый и стремительный, он подчинял её себе, заставляя забывать обо всём. И если бы не его ладонь, накрывшая Ксюшины губы, она бы кричала… А так только всхлипывала и постанывала, если он заходил особенно глубоко, растягивая девушку до невозможности.

И оргазм был настолько мощным, что Ксюша едва не упала на пол, но Игорь вовремя подхватил. Помог ей достать из сумочки салфетки и тщательно вытереть все следы не совсем приличного поведения, а затем спросил:

— Ну что, берём платье?

— Издеваешься? — почти прохрипела Ксюша, с трудом держась на дрожащих ногах. — Я была согласна еще после первого аргумента, а вот второй меня окончательно добил.

— Замечательно, — засмеялся Игорь. — Тогда я буду чаще к нему прибегать.

Ксюша чуть покраснела, представив, как и в каких еще позах он будет к нему прибегать… и сразу же захотела попробовать.

Жаль только, что к каждому подобному «аргументу» по платью прилагается.

Несмотря на то, что Ксюша плоховато соображала после случившегося, она всё же вспомнила, что хотела узнать насчёт котёнка и, возможно, уговорить Игоря купить его для Насти. Но как только она об этом сказала, то услышала в ответ:

— А почему или зачем я должен его покупать, Ксения? Аргументируй мне это, девочка.

Ксюша усмехнулась, уже понимая — Игорь в очередной раз решил найти собственную выгоду. Такой человек, ка? он, просто не может прогадать.

Иногда её это немного пугало.

— Мне кажется, ты недооцениваешь Настю. Она, конечно, не образец самостоятельности и ответственности, но кошку, я думаю, осилит. Да и полезно это в её возрасте — заботиться не только о себе, но и о ком-то другом.

— Так-так, — Игорь улыбнулся. — Интересная теория. Что-то ещё?

— Прости… Ей не хватает внимания. Я давно заметила. Я знаю, ты не виноват и делаешь всё возможное, но отсутствие мамы нельзя компенсировать…

— Думаешь, котёнок сможет? — спросил Игорь, но не иронично — серьёзно.

— Нет, конечно. Но Насте будет чуть легче, вот увидишь.

— Знаешь… — Он поставил пакеты на пол, подошёл к Ксюше вплотную, поднял руку и погладил девушку по щеке. — Я хотел обменять котёнка на красивое ночное бельё для тебя. Заприметил, когда мы были в магазине. Но не буду.

— Почему?

— Понял сейчас две вещи. Во-первых, ты права. А во-вторых… не хочу тебя шантажировать.

— Да какой это шантаж? — засмеялась Ксюша. — Так, провокация. И я понимаю, что тебе хочется… видеть меня в таком белье. И наверное, я решусь на покупку, но не сегодня, хорошо? Дай мне немного времени.

— Я дам тебе сколько угодно времени, девочка, — прошептал Игорь с теплотой в голосе. — И вообще всего, чего захочешь. Сколько угодно.

И вновь она забыла обо всём, когда он её поцеловал.

В ближайшем зоомагазине они купили котёнка британской короткошёрстной породы — серенького, плюшевого и с ореховыми глазами. Он был такой милый, что Настя, увидев это чудо, завизжала от радости. И настолько громко, что Игорь даже вздрогнул.

— Тебе надо на конкурс «Голос. Дети» — пожаловался он, постучав ладонью по уху.

— Там же не на визг соревнуются, а на голос, — возразила Ксюша, смеясь и глядя, как Настя кружит по комнате, стискивая котёнка в крепких объятиях. Бедное животное испуганно мяукало, вытаращив глаза.

— Значит, надо предложить им организовать еще один конкурс. «Голос. Визг». Настя там победит.

Наверное, в другой раз Настя бы что-нибудь сказала, но в тот момент ей было не до этого. Она была страшно счастлива. И сразу придумала котёнку имя — Грейсон. Потому что серый, и потому что сыночек.

— Оригинально, — пробормотал Игорь, услышав подобное. — У меня фантазии хватило бы только на какого-нибудь Пушка.

— А вот и неправда, — фыркнула Ксюша. — Человек, который придумал для меня столько разных подарков, уж имя-то для котёнка точно сможет придумать!

— Ну подарки — это одно, а имя — совсем другое. Придумать имя — это особое искусство, доступное только избранным.

— Ладно тебе! — возмутилась Настя. — Меня и Андрея ведь ты называл!

— Андрея? — переспросила Ксюша. — Это твой сын?

— Да. И увы, я не был оригинален, назвав сына именем отца, а Настю — матери. А вот если будут ещё дети… — Игорь хитро посмотрел на Ксюшу. — Тут уже придётся помучиться.

— Дети? — Настя вдруг остановилась посреди комнаты. — Какие дети?

— Пока никакие, — ответила Ксюша быстро, смутившись. — Это твой папа так… просто рассуждает.

— Угу, — улыбнулся Игорь. — Мыслю вслух. А теперь пойдёмте обедать. Очень кушать хочется.

— А мороженое будет?

— Мороженое? Кому? Грейсону, что ли? Кошкам мороженое нельзя.

— Но пап!

— Что?

— Не Грейсону, а мне мороженое!

— Я подумаю.

— Пап!!

— Настя. Я же сказал — подумаю.

К чему было это «подумаю», Ксюша поняла чуть позже. Игорь провёл с дочерью настоящую разъяснительную беседу, объясняя, как нужно ухаживать за котом. И взял с Насти слово, что она будет следить за водой, едой и состоянием лотка Грейсона. Настя, конечно, воодушевлённо это слово дала. А Игорь, естественно, сделал вид, будто поверил дочери. На самом деле он прекрасно понимал, что в скором времени за водой и едой будет следить Люся, а за лотком он сам или Борис с Романом. А Насте останется в лучшем случае функция «погладь кота», и то не факт.