Эви Эрос – Лабиринты наших желаний (страница 20)
Оказалось — ошиблась. Игорь Андреевич вышел из квартиры вместе с ней и совершенно невозмутимо вызвал им лифт.
— А вы… куда? — оторопело поинтересовалась Ксюша.
— Я вас отвезу.
— Что?.. Вы с ума сошли! После самолёта!
— После самолёта сошёл с ума? — Игорь Андреевич улыбнулся, внимательно глядя на Ксюшу. — Интересный… диагноз. А вот и наш лифт. Заходите, Ксения.
— Вы… — она осталась стоять на месте, гневно сверкая глазами. — Я никуда не поеду!
— Не поедете? Хорошо. Тогда возвращаемся, и вы ужинаете вместе со мной.
— Вы… — повторила опять Ксюша. — Игорь Андреевич!
— Ксения! — он лукаво улыбнулся, не отрывая взгляда от её возмущённого лица.
— Ну так же нельзя!
Лифт закрылся, и Игорь Андреевич вновь его вызвал. Двери сразу же разъехались, и мужчина, подхватив Ксюшу под локоть, мягко, но настойчиво проводил её в кабину.
— Можно.
Ксюша вздохнула, двери закрылись, и лифт рванул вниз.
— Это неправильно. Вам спать надо, отдыхать, а не всяких девиц по домам развозить.
— А я и не развожу «всяких девиц». Только вас. И перестаньте упрямиться, это займёт у меня от силы час-полтора.
— Могли бы такси вызвать, как в прошлые… разы.
— Скажите, Ксения, — Игорь Андреевич сделал шаг вперёд и оказался почти вплотную к ней, — по — вашему, я не имею права на капризы?
— При чём здесь это? — она нервно сцепила руки перед собой. Так близко… прикоснуться бы. Но не в лифте же!
— При том. Считайте, что это мой каприз, — улыбнулся Игорь Андреевич, пристально изучая её губы. — И не переживайте так из-за него.
Лифт остановился, двери открылись, и Ксюша поняла, что они приехали на подземную парковку.
— Судя по вашему лицу, вы сейчас переживаете очередной этап ненависти ко мне, — усмехнулся Игорь Андреевич, и Ксюша не удержалась от улыбки.
— Да, вы правы.
— Прекрасно. Выходите, Ксения, лифт нас вечно ждать не будет, закроет двери и помчится по дальнейшим делам.
— Вас нереально переупрямить, да? — вздохнула она, выбираясь наружу.
— Почему же? Просто нужно больше практиковаться. Тогда, возможно, у вас появится шанс… маленький. Совсем небольшой.
Она фыркнула.
— Ладно. Тогда буду практиковаться.
— Договорились, — кивнул Игорь Андреевич, но Ксюша видела по его глазам и лукавой улыбке — нет у неё никаких шансов. Абсолютно никаких…
Хорошо, что в машинах она не разбирается. А то сейчас, наверное, в обморок упала бы от осознания стоимости этого чуда. А так — машина как машина. Чёрная, чистая, не джип и не спорткар. Всё остальное Ксюше было неведомо.
Хотя… нет, кое-что оказалось ведомо — салон, обитый светло-бежевой натуральной кожей. Но это и дура бы поняла…
Заметив пепельницу на приборной панели, Ксюша удивилась и спросила:
— Вы же… не курите, Игорь Андреевич?
— Не курю, — кивнул мужчина, выезжая на улицу с оживлённым движением. Ксюша обеспокоенно на него посмотрела: наверное, тяжело водить машину после десятичасового — или сколько там из Америки лететь? — перелёта? И зачем только решил её домой отвезти, она бы и сама прекрасно доехала на общественном транспорте… — Это Борис курит, мой шофёр. Дома за ним жена следит, так что обычно отрывается, когда меня куда-то возит. А как вы поняли, что я не курю? Я вроде не говорил.
— От вас не пахнет, — выпалила Ксюша, и только потом сообразила, как именно это прозвучало. — Ну, в смысле… Опять я вас рассмешила.
Игорь Андреевич действительно тихо смеялся, но у него это получалось совсем не обидно.
— Да, это было забавно. Но я понял, о чём вы, Ксения. От курящих людей на самом деле есть особый запах, я тоже частенько его ощущаю. Настя, — он усмехнулся, — как-то попробовала курить, одноклассники соблазнили. Пришла домой, сделала морду кирпичом — мол, я ничего не знаю, всё в порядке. Я унюхал, конечно, и сразу спросил — курила? Она в несознанку играть?ачала, глазки невинные сделала — нет, говорит, папа, это я просто рядом стояла. Послушал я её, а потом сказал — еще раз рядом постоишь и познакомишься с чудесным папиным ремнём.
Ксюша улыбнулась.
— Жестоко.
— Зато действенно.
— Это вы просто умеете… м-м-м… пригрозить. Большинству подростков грози-не грози — безразлично. А Настя знает, что папа может, вот и стремается.
— И правильно делает.
Начались знакомые места, и Ксюша вздохнула — совсем скоро они приедут. Жаль, что так быстро доехали.
«Прекрасно. Тo тебе не хотелось, что бы он тебя после перелёта домой отвозил, а теперь «жаль, что так быстро доехали». Где логика?! Нет логики!»
— А Настина мама… она, простите, от чего умерла?
Ксюша не сразу решилась задать этот вопрос, да и вообще бы не решилась, если бы не память о том, что Игорь Андреевич в прошлый раз сказал «Умерла» достаточно спокойно.
— Опухоль мозга.
Он и на этот раз тоже ответил очень спокойно.
— Я… соболезную.
— Спасибо. Знаете, Ксения, — Игорь Андреевич вдруг улыбнулся, — насколько вы необычны?
— Что? — она подняла брови. — Вы о чём?
— О том, что вы, видимо, не изучили должным образом мою биографию в интернете. Честно говоря, я не представляю, кто еще из моих знакомых поступил бы так же.
— Ну, — Ксюша засмеялась, — я просто считаю, что это немного нечестно. Вы-то про меня ничего не можете прочитать в интернете… Но я смотрела с вами видео!
— Видео?
— Да, интервью. Мне было интересно.
Он усмехнулся.
— Так-так. И что вы думаете о моих интервью?
— Что вы умеете отвечать на каверзные вопросы и вообще мастерски, извините, изворачиваетесь. Спросили об одном, а вы тюк — и на другую тему повернули.
— Тюк? Забавно. Да, Ксения, вы верно заметили — иногда приходится изворачиваться, если тебе задают вопрос, на который ты не хочешь или не можешь ответить.
— А чаще — не можешь или не хочешь?
— Чаще и то, и то. И не можешь, и не хочешь. Одно тянет за собой другое. Так… Ксения, это ваш дом, судя по навигатору?
— Да, — она вздохнула. — Мой.
— Отлично. Видите, довёз я вас. А вы боялись.
— Вам ещё назад ехать…
— Ничего, справлюсь как-нибудь.
Игорь Андреевич с трудом нашёл место для парковки недалеко от Ксюшиного подъезда, а припарковавшись, повернулся к девушке, расстёгивая ремень безопасности.