Евгения Зимина – (не) Любимая жена дракона (страница 7)

Обалдеть!

Меня резко словно что-то толкает и я вновь открываю глаза. Передо мной на потолке старинные светильники. Знакомые такие. Из замка. Не-е-е-ет! Да сколько можно! Подняла взгляд наверх. Вы там издеваетесь, да?

Снова эти стены, простыни, светлый полупрозрачный балдахин над кроватью, и люстра, с какими-то непонятными огоньками. Интересно, как их зажигают? Электричества-то нет, а потолки ого-го какие высокие.

Поднялась с постели. Ну как поднялась. С непривычки еле выползла из мягких одеял и подушек. Пробралась в гардеробную, где ровным рядом висели платья. Красиво, не спорю. Довольно элегантно, изящно, женственно. Но как можно повседневно их носить? Росана, очевидно, очень любила себя и красиво одеваться. Куда мне, простому технологу до этой дамы из высшего общества.

Она даже там… в моей жизни, из меня конфетку сделала.

А смогу ли я стать ею? Под подушкой обнаружила листки со списками прислуги. Как много мне предстоит запомнить! Да ещё и прятать от всех этот список!

Выбрала платье поскромнее, всё равно к обеду заставят переодеться. Может потихоньку переломить немного привычных для Росаны действий в свою пользу? Ходит же она там в бесстыдной майке перед полуголым мажором? Почему я не могу сказать “Нет” этим бесконечным переодеваниям? Хоть что-то я могу изменить ведь?

К приходу Юны успела умыться, одеться в платье, застегивающееся спереди, даже волосы немного собрала в пучок, выпустив тонкий локон у виска.

— Донна? — она удивленно смотрела на мою прическу, а потом, опомнившись, опустила взгляд в пол. — Приказать накрывать завтрак?

— А мой… супруг? Он уже проснулся?

Дома хотя бы ночевал? Может у него какая-то девица есть… или девицы… Почему-то неприятна эта мысль. Очень. Как и та, что у Росаны кто-то на стороне есть. Прибила бы обоих! Но нельзя.

— Да, госпожа.

Ладно, надеюсь я с ним не столкнусь.

Спустилась вниз и неожиданно остановилась у самых дверей. Во главе длинного стола сидел этот драконище. Который наорал на меня в первый же мой день, потом отправил со слугами домой. Может не входить? Кажется, он не заметил. Я могу позавтракать на кухне… или в комнате…

— Росана? Входи же, что же ты так рано поднялась? Обычно раньше обеда не выходишь.

Рано?

— Я… эм… дела… — пожала плечами. Он проследил за моим жестом. Прищурился. Я же себя не выдала?

— Что же ты там стоишь?

— Действительно… — шаг вперёд. Ещё. Ещё. Не спеша приближаюсь к столу, ощущаю едва ли не физически, как сильно бьётся моё сердце от страха быть распознанной. Сейчас как заорёт: Изыди! Ладно, не заорёт. Это я так пыталась поднять в себе боевой дух.

Присела на стул, который сама отодвинула. Поздно поняла, что-то не так. Не надо было стул отодвигать, вроде это мужчины должны делать по этикету, или что он так уставился?

— Почему ты так далеко села? Твоё место здесь, по правую руку от мужа.

А-а-а, вот в чём дело. Чуть заметно выдохнула, поднялась и молча пересела на стул по правую сторону от него.

На стол тут же подали приборы, я тут чокнусь с этими аристократами. Несколько вилок, ложек, "всё как полагается в лучших домах Лондона", как говорится. А я такая невежа. Аж стыдно!

— Почему не ешь?

— Аппетита нет. — и в противовес моим словам мой живот пробурчал голодным призывом. Да, чтоб тебя!

Он не спускал с меня взгляда своих глаз. Такие яркие, зелёные с коричневыми крапинками. Любуйся не хочу. Почему все снобы такие красавчики? Не моего поля ягодка. Не моего…

Он усмехнулся, отправил в рот очередную порцию блинчиков. Я взяла ту же вилку, что и он. Вот, говорила мне учительница в пятом классе: “Учи, Роза, сервировку стола. В жизни пригодится”. Ага и угу. В нашей деревне олигархов не встретишь. Это потом я в пригород перебралась и всё равно ни с кем не общалась, жила одна, ела со сковородки. А в школе я пропускала уроки технологии. Сбегала с последних двух уроков по понедельникам. Пока меня не вызвали на ковер сначала к директору школы, а потом к директору детского дома, где я жила с восьми лет. Я огребла по самое не хочу, такого позора больше нигде не испытывала (а они меня тут соседством со слугами обидеть хотели, три ха-ха). После того нагоняя стала примерно ходить на все уроки, но и темы по сервировке стола больше не было. Зато было швейное дело. Шитьё фартука меня доконало. Рыдала, плакала, кололась иголками, но сшила я этот кривой фартук и получила свою заслуженную тройку.

Глава 9. Юстин

Глава 9. Юстин

Я вернулся в замок поздно. Жена моя вела себя спокойно, происшествий стычек со слугами, видимо, не было, как часто бывало в последний год, судя по довольному лицу Юны, встретившейся мне в одном из коридоров первого уровня.

Я остановил её, подозвал ближе.

— Юна, прикажи приготовить мне купальню, и в моей комнате больше не спит никто другой?

— Простите, дон Юстин, донна Росана распорядилась перенести девочку, её там уже нет. Ваша комната прибрана к Вашему приходу.

— Спасибо. Иди.

Росана, значит, просила. Интересно. Всё больше подтверждаются мои догадки.

Ужинал один, размышляя о своих наблюдениях.

Факт один: она, действительно, выглядела ничего не понимающей, когда проснулась тем утром в императорском замке. Сказала, что наша близость была фееричной, но она ничего не помнит. Как она сказала, когда проснулась? Я гигант? Ну да, драконы не маленькие существа.

Факт два: Её глаза. Они стали совсем другие. Взгляд изменился, стал таким острым, проницательным. И смотрела она ими на меня, как будто впервые видела.

Факт три: Её поведение кардинально поменялось. Она сохраняла внешнее спокойствие и непоколебимость, хотя я чувствовал, как сильно она волнуется. Её чувства были близки к панике.

И отсюда вытекает факт четыре: Чувства! Я никогда прежде не ощущал её чувств. Они буквально сносят меня волной страха, неуверенности, тревоги. Совсем не похожие на мою жену. И меня так тянуло к ней. Тьма! Дракона тянуло ещё сильнее, мог бы он меня сожрать, сожрал бы, чтобы побыстрее вернуться к своей Росане.

Я был уверен, что это очередное зелье, которое она на мне испытывала, считая, что я ничего не подозреваю. Я не обращал внимания на её попытки воздействовать на меня, потому что они были абсолютно бесполезны. И старик Ирдал подтвердил мои опасения. Ромул всё-таки создал тот артефакт, о котором рассказывал. СОЗДАЛ и ИСПОЛЬЗОВАЛ. Только никогда не узнает, что артефакт сработал. Никто не должен узнать, пока я сам не разберусь с тем, что произошло. С тем, что вместо жены сейчас другая. Она напугана, растеряна, и совсем не знает что происходит.

По длинному коридору шел практически бесшумно, остановившись у её дверей. Слух не подвёл: она не спала. Я слышал шорох платья, её учащенный пульс и шелест бумаги. Она читает? А я ещё сомневался… улыбнувшись своим мыслям прошёл дальше до своей спальни.

Утром по обыкновению встал рано. Традиционный предрассветный полет над островом. С отцом летали каждое утро, осматривая владения. Он летал со своим отцом, а тот со своим. Каждый раз, видя в небе дракона — хозяина острова, жители понимали, что всё стабильно. У острова есть Дон, а значит ар-дон в безопасности.

Завтракал я всегда один. Росана не радовала своим ранним подъемом, просыпалась поздно, и чаще завтракала у себя. Мы виделись чаще за ужином, а дальше расходились по разные стороны. Я всегда мечтал о настоящей семье. О любви, которая была у моих родителей. Отцу повезло, договорной брак со знатным родом из южных земель принёс ему большую любовь. Они полюбили друг друга. Но в большинстве своём такие браки не приносят должного результата. Всё чаще браки несчастны, и оба приносят себя в жертву в угоду государственных решений.

Росана удивила меня. Она пришла на завтрак, неслышно остановившись в дверях. Гулкий стук ее сердца почуял дракон, который тут же хотел возобладать над человеческой сущностью.

Хочет сбежать, но я останавливаю её.

— Росана? Входи же, что же ты так рано поднялась? Обычно раньше обеда не выходишь.

— Я… эм… дела… — пожала плечами. Такой невинный жест, совершенно не свойственный Росане. Я улыбаюсь ей уголками губ и решаю сыграть радушного мужа.

— Что же ты там стоишь?

— Действительно… — медленно идет вперед, а я чувствую её смятение.

— Почему ты так далеко села? Твоё место здесь, по правую руку от мужа. — указал ей на место справа от себя, а она покорно встала и пересела. Ещё один факт. Росана бы уже съязвила в ответ.

Села. Молчит. Ничего не ест, хотя Дария, наша кухарка, постаралась на славу.

— Почему не ешь?

— Аппетита нет.

— Что-то произошло? — она непонимающе смотрит на меня во все глаза. Какие красивые у неё глаза. В них словно отражение небесного свода, воплощение нежности, бесконечная глубина морских волн, что омывают Тирн.

— Ничего. — смотрит прямо в глаза и застывает в улыбке.

— Сегодня день выплаты жалования прислуге. Просто напоминаю тебе, чтобы ты не забыла, как в прошлый раз. — продолжаю спокойно есть, видя как она распахивает ресницы от удивления, а потом быстро берёт себя в руки.

— Да. Я поэтому встала так рано, дорогой.

— Мой супруг.

— Что, прости?

— Ты всегда обращалась ко мне “Мой супруг”.

Сверкнула недовольно глазами, чувствую, как не нравится ей это. Хотел добавить “Мой любимый супруг”, слишком уж понравилась её реакция. Но ей ведь всё равно не известно, как именно моя жена обращалась ко мне.