Евгения Зимина – Феникс для несносного дракона (страница 23)

— До свидания… — он поспешно скрылся, а у Кристиана чуть пар из ушей не шел. Это он из-за рубашки?

— Я ее постираю и верну! Мне нужно было чем-то прикрыться.

— Это называется прикрылась? Ты голая!

— Я? — недоуменно осмотрела себя. — Я же в рубашке.

— Вернись в спальню, я принесу твою одежду.

Он открыл портал, в котором я узнала свою общажную комнату, я хотела ему сказать, что таким образом я могу сама вернуться к себе и тут же вернуть рубашку, но он уже скрылся и портал схлопнулся. Вот что за человек! Дракон, то есть. Ну может же делать порталы, так и отправил бы меня туда.

Нет, он пошел искать мою одежду. Где логика?

Через пару минут дракон вернулся. Сунул мне в руки свернутое платье, обувь.

— Возвращайся в мою комнату и лучше будет если ты ляжешь спать.

— В платье? — спросила его.

— Нет, это на утро. Аканта возвращайся в спальню.

— Может, я к себе отправлюсь?

— Об этом не может быть и речи. Пока поживешь тут. Лиам сделает тебе справку из лазарета, скажем так, ты приболела и поэтому отсутствуешь на занятиях.

— Но это ведь не так? Ты боишься, что я устрою пожар?

— Нет. Иди в спальню.

— Но почему в твою? В этом доме ведь есть еще комнаты.

— Моя самая огнеупорная.

Я замолчала, переваривая его слова. Потом схватила платье и ботинки покрепче и развернулась, мысленно зовя Феликса. И где его носит?

Я вернулась в спальню, платье аккуратно развернула, чтобы повесить на спинку кресла. Из середины выпали панталончики.

— Да ёшкин кот! — воскликнула, подхватывая их. Рылся не только в платьях. Но я-то современная девушка, меня моим же бельем не смутишь. А вот он, наверное, поэтому торопил меня сюда вернуть. Я вернулась к постели, поставила ботиночки на пол рядом. Забралась под одеяло в рубашке, она из такой приятной ткани, так вкусно пахнет. Останусь в ней как в сорочке. Моя, я так понимаю, с концами сгорела. Жаль, где теперь новую взять?

— Попроси Кристиана. Вряд ли он откажет жене.

— Феликс? — тот материализовался прямо передо мной. Улегся клубочком у меня под боком и зевнул. — Ты, что, спать собираешься?

— Я устал. — прикрыл глаза и мерно задышал. Я в недоумении уставилась на него. Чуть накрыла одеялом и аккуратно подвинулась.

— Духи разве устают? И спят?

— Я особенный. — глянул на меня одним глазом.

— Не сомневалась.

Не стала беспокоить фамильяра, раз ему надо выспаться, то пусть отсыпается. Улеглась рядом. Интересно, где он был, выглядит и правда каким-то уставшим. Какая-то паутинка за ушком, я осторожно ее убрала пальчиком.

Хм… Где он лазил?

Утром проснулась поздно. Меня никто не разбудил, да и теперь незачем. К адептам мне нельзя, скоро привезут нейтрализаторы и я стану обычной. Феликс снова отсутствовал. Похоже у моего фамильяра дел в Академии больше, чем у меня. Понежилась в мягкой постели, кровать у ректора куда удобнее, чем моя в женской башне. А потом всё же поднялась. Надела приготовленное платье, немного уложила волосы, причесав руками. Надо, действительно попросить Кристиана, чтобы разрешил мне в свою комнату сходить хоть на пять минуточек. Расческу забрать, да учебники. Как ни крути, мне надо учиться, не пропускать материал, иначе я потом не нагоню группу.

Прошла через гостиную в кухню, к которой примыкала небольшая уютная столовая с камином. И с удивлением обнаружила там Кристиана.

— Ты вовремя. — он пек блины. Я читала местную кулинарную книгу, что-то не припомню тонких блинов.

— Сто лет не ела блинчики со сгущенкой. — его плечи напряглись и он замер, стоя ко мне спиной. Я тоже застыла на пороге и обхватила себя руками. Дернул же меня черт…

— Опять готовишь любимый завтрак своей матушки? — рядом раздался голос Канди. — Она принесла его рецепт из своего мира. — продолжала ненавязчиво говорить фамильяр Кристиана. — Наш Кристиан очень любит блины.

“Наш”? Я вопросительно изогнула бровь, глядя на нее. Ректор развернулся, выложил последний блин на стопку таких же ровненьких и тоненьких. Божечки, они у него даже с дырочками, как я люблю. Вот это мастерство! Но все восхищения потом. Тут фамильяр намекает на мою инородность, а мне нельзя себя палить! Еще неизвестно каким образом погибла Аканта, вдруг ее убили? Еще решат, что я незаконно заняла тело. Мало ли…

— Присаживайся. — произнес он, — позавтракаем.

— А ты почему не в Академии?

— Здесь всё — Академия.

— Кристиан, можно мне к себе в комнату, ты ведь можешь открыть портал.

— Хочешь собрать вещи?

— Да. — кивнула я. — И учебники для занятий.

— Боишься пропустить темы?

Я кивнула, глядя на него. Потянулась к блинчику и встретила его проницательный взгляд.

— Значит, ты любишь это блюдо на завтрак?

Я не донесла блин, рука на мгновение зависла в воздухе. Опустив глаза, думала о том, что՛ бы сказать. Только что Канди подтвердила, что местная жительница просто бы не знала о них. Особенно Аканта, которая жила в нищете. Откуда ей знать о таких изысках?

Глава 32. Аканта

Он потянулся в шкаф за креманкой, в это время появились наши фамильяры.

— Ректора ждут в приемной. — сообщила Канди.

— Приехал имперский артефактор Валдор лично. — добавил Феликс, а Кристиан едва не чертыхнулся.

— Завтракай сама, я должен идти. — поставил передо мной баночку с ягодным вареньем и пустую креманку.

Когда Кристиан скрылся в недрах дома и вместе с ним исчезла Канди, я тихонько спросила у Феликса:

— Кто этот Валдор?

— О, это давний соперник Кристиана, учились когда-то вместе в Академии, на всех практиках их ставили вместе, как лучшего артефактора и лучшего боевика. Валтор тоже дракон.

— Как-то много в этой стране драконов, не находишь? — у Феликса в глазах появились смеющиеся искорки от моих слов. Он в настроении, ну надо ж. Выспался, наверное.

— Валдор — сын послов из страны драконов. В отличии от Кристиана, он родился и вырос там. Очень знатный дракон, его род пересекается с императорским, и здесь они на особом счету не только как представители своей страны, а как особы императорской драконьей крови.

— Важные какие. — я свернула блинчик в трубочку и макнула в варенье, которое набрала в креманку пока фамильяр рассказывал о драконах.

— Ты их не любишь? Драконов?

— Проницательная какая. — он исчез и появился на подоконнике окна, как раз выходящим на сторону калитки в аккуратный дворик перед домом ректора. — По вине дракона я умер. И стал духом. А так, я их просто обожаю.

Я сначала молча пережевывала вкусный блин, а также информацию от Феликса. Вот почему он не стал фамильяром самого сильного дракона. Потом вспомнила кое-что.

— А за что тебя лишили способностей на двадцать лет. Это ведь было до обучения Кристиана?

— Мной всегда хотели обладать драконы, я был сильным магом, когда жил во плоти и крови. И моя магия частично осталась со мной, хотя должна была уйти в род полностью. Духи-фамильяры питаются магией Академии, а потом получают подпитку от адептов, пока те не завершат своё обучение. Некоторые фамильяры и адепты соединяются более глубокой связью, как Ректор и Канди. И тогда фамильяр становится личным, отделяется от Академии и может существовать только со своим магом, а позднее присоединяется к его роду и может стать фамильяром кого-то из потомков. Я выбрал более сильного адепта, тоже феникса, но светлого. Двадцать лет назад мне предстояло выбрать адепта и я не хотел иметь с драконами ничего общего. Феникс совершил ошибку, он участвовал в заговоре против империи и погиб. Меня же на двадцать лет лишили возможности быть фамильяром. Лишь однажды меня вызвал кристалл и я должен был стать фамильяром одного сильного мага. Боевика. Я сразу понял, что он дракон и отказался. А потом моё наказание завершилось и в Академии появилась ты. Я не мог не щелкнуть по носу того самого дракона, которому я предпочел обратное изгнание в мир духов и выбрал тебя.

Вот так без обиняков выдал мне свою историю Феликс. Да уж. Неуловимый мститель.

Мысленно я вернулась к таинственному артефактору. Интуиция подсказывала, что это связано с теми нейтрализаторами. Если это настолько сильная штука, то ее использование явно происходит под контролем государства. Если я права, то Кристиану скоро придется объяснять, почему на мне брачный браслет и как я стала его женой. Его репутация меня не особо волновала, справится, не маленький, сам кашу заварил. Но я очень не хотела умирать. Если хоть единая душа узнает, что я его жена, я погибну от этого дурацкого магического договора! Кристиан, Кристиан, кто тебя только учил договор составлять!

— Вкусно? — на меня с интересом смотрел Феликс. Я так задумалась, что схомячила почти все блины.

— Ой, что-то я наелась, Феликс. Обычно я так много не ем.

— Ну да. Рассказывай. — его ирония вернулась.