Евгения Серпента – Развод? Прекрасно, дорогой! (страница 44)
Меня и правда начинало бомбить каждый раз, когда я об этом вспоминала. Хотя прекрасно понимала, почему Малиновский это сделал. На всякий пожарный случай, для подстраховки. А вдруг я сама рассказала бы об этом эпизоде Артему. И еще неизвестно, в каком ключе. Вот и сыграл на опережение, выставив меня в самом выгодном свете: морально устойчивая и все такое.
Понимала – но все равно злилась.
Я уже готова была выходить, а Артем еще страдал над своим чемоданом.
- Ань, как я твоим больше глянусь: гопником или дядечкой в костюме?
- Тёма, а нельзя как-нибудь нейтрально? – теперь уже начала психовать я. И сообразила, что еще не предупредила родителей.
Набрала номер и сказала, что приеду не одна.
- Интересно, - ответила мама после паузы. – Только у нас обеда нет, мы в гости вечером.
- Ма, да какой обед на Новый год? Мы вообще на минутку. Кофе выпьем и убежим.
- Ну тогда ладно.
Артем тем временем влез в черные джинсы и футболку под пиджак. Вполне прилично. Нас тоже встретили в приличном виде. Как будто я жениха привела. Но, может, они так и подумали. Хотя, наверно, удивились, зачем мне это опять понадобилось.
- Артем, Людмила Владимировна и Кирилл Андреевич, - скороговоркой пробарабанила я и потащила под елочку пакет с подарками. Подарки - это у нас было ритуальное.
- Ань, это тебе. С наступающим, - мама тоже отдала мне пакет. – Артем, мы про вас ничего не знали, поэтому… чисто символический презент.
Она вручила ему коробочку, которую я узнала и изо всех сил стиснула челюсти, чтобы не заржать неприлично. Там была кружка с оленем. Когда-то кто-то подарил ее Пашке, а тот подарил отцу.
- Спасибо большое, - вежливо улыбнулся Артем.
Папа увел его в гостиную, где журнальный столик превратился в кофейно-коньячный, а меня утащила на кухню мама.
- Что это? – спросила она полушепотом, прикрыв дверь.
- Где?
- Точнее, кто это?
- А-а-а, - я бросила в рот кусочек сыра из нарезки. – Мужчина. Вроде.
- Анька!
- Что Анька? Пытайте сами, я разрешаю. Только не до смерти, он мне еще пригодится.
- Где ты его хоть взяла?
Я решила сказать правду. Вернее, одну из правд.
- Он брат моей клиентки. И познакомились мы уже после того, как я ушла от Дроздова.
Ни разу ведь не соврала, кстати.
Обрадованные моим «добро» на пытки, родители трепали Артема, как утка навозного жука. Тот стоически отвечал на вопросы. И тоже почти не врал.
Чем занимаюсь? Юрист. Родители? Отец в городской администрации, мать в университете английский преподает. Квартира? Да, своя.
Я флегматично жевала сыр и не вмешивалась. Ты сам этого хотел, Тёма. Мне твой папенька еще не такое устроил.
- Простите, Артем, не очень деликатный вопрос, наверно, - зашла издалека мама, и я напряглась. – А с Аней у вас… какие планы?
Ядрен батон, мать, это уже чересчур! Я, конечно, сама разрешила негуманное обращение с пленным, но не до такой же степени.
- Сначала отметим дома, потом в клуб пойдем, - включил дурака Артем.
- Нет, я про… перспективы ваших отношений, - смутилась мама.
- Это мы пока не обсуждали. Мы еще мало знакомы. Думаю, не стоит торопиться. Тем более у Ани был неудачный брак, у меня тоже.
- Вы были женаты? – у мамы открылось второе дыхание.
Ма, а ты думала, я совратила тридцатидвухлетнего девственника?
- Был, - подтвердил Артем. – Недолго.
- А дети?
- Детей нет.
Так, а вот теперь надо было срочно линять. Мама могла увлечься и ляпнуть что-то ненужное насчет детей. Эту тему обсуждать с Артемом я точно пока не собиралась.
- Мам, пап, - я пнула Артема под столом и встала. – Мы побежим. Еще дел много всяких.
- С наступающим, - он тоже поднялся и расплылся в улыбке жизнерадостного идиота. – Приятно было познакомиться.
- Взаимно, - закивали родители, выбираясь с дивана, чтобы нас проводить.
- Ну как, жив? – спросила я, сев за руль.
- Миленько, - хмыкнул он и достал из коробки кружку. – Хоба! Олешек.
- Я тебе буду в нее кофе наливать, когда ты будешь себя вести как… олешек.
- А что, неплохая идея, - одобрил Артем. – Сколько слов можно сэкономить. Вместо того чтобы рассказывать, какой я мудак, поставила передо мной кружку, и все сразу становится ясно. А кстати, что у нас за много всяких дел?
- Нет никаких дел, - успокоила я. – Только одно: выбраться из постели, одеться и поехать в клуб.
- В смысле? – Артем покосился на меня с подозрением. – Ты предлагаешь встретить Новый год в постели?
- Ну не буквально в постели. Можно на диване, к примеру. Или на ковре под елкой. Или на столе. Или на твоей любимой тумбочке в прихожей. Главное – чтобы куранты было слышно.
- О, мадам знает толк в извращениях, - оценил он. – Секс в ритме курантов. И чтобы кончить с последним ударом.
- Ну как бы да… - я скромненько улыбнулась. – Как Новый год встретишь…
- Мне определенно это нравится, - оценил Артем и положил руку мне на колено.
!!! ОСТОРОЖНО, МНОГО МАТА!!!
- Анька, а давай прямо сейчас на дачу поедем? – предложил Артем, когда первого числа в районе обеда нам удалось наконец продрать глаза.
Новый год мы встретили… Это мы в такси поспорили, возвращаясь под утро из «Девятого неба», - как именно встретили.
Точнее, даже не спорили, а вели научную беседу. Пьяные научные беседы - это отдельный жанр!
«Вот скажи, раз ты в лингвистическом классе учился, - хихикала я, вцепившись в рукав Артема. – Почему «пиздато» - это хорошо, а «хуево» - плохо?»
«Наверно, потому, что мат придумали мужики, - подумав, глубокомысленно выдал он. – Для мужиков пизда – это хорошо и приятно, а хуй – ну такое себе. Не свой, конечно, чужой».
Тут я спохватилась было, что мы не одни, но водитель с интересом включился в диалог:
«Не-не, не катит, - возразил он. – Почему тогда «охуенно» - это хорошо, а «пизда тебе» - плохо?»
«А хуй его знает, - озадаченно хмыкнул Артем. – Наверно, это придумали педики. И вообще русский язык – это такой охуительный язык, что даже сами русские знают его хуево».
Да, так вот встретили мы Новый год… в общем, хорошо встретили. Независимо от гендерных характеристик половых органов. В ритме курантов, правда, не получилось, потому что я постаралась зафиналиться раньше. На всякий случай. Заниматься сексом под государственный гимн мне претило. Так я Артему и сказала.
«Ну, в принципе, да, согласен, - кивнул он. – Неэтично. Сделаем на гимн перерыв. Хотя не уверен, что пить под гимн шампанское намного этичнее».