Евгения Сергиенко – Ангелы не спят (страница 4)
На мне домашний костюм, серые шорты пижамного типа и облегающая майка без лямочек, держится она на груди, может быть, мама это имела в виду? Достаю из шкафа чёрный лифчик и чёрную футболку а-ля хеви-метал. При желании в эту футболку можно завернуть троих меня. При искусственном свете волосы кажутся ещё светлее, чем обычно, – будет контраст. Маме такой прикид тоже придётся не по вкусу, ну и ладно. Нечего учить меня, как одеваться в собственном доме!
В самой просторной комнате нашей квартиры отец поставил большой стол, предназначенный для праздников и юбилеев. Его мы накрываем, когда приходят важные и желанные гости. Но последнее время сестра наведывается так редко, что её смело можно отнести к VIP-персонам. За столом мама расспрашивает Веру – собираются ли они заводить детей, говорит, что обо всём хочет знать первой и, если вдруг Вера обнаружит, что ждёт ребёнка, пусть даже не думает скрывать и шифроваться!
Папа наливает всем ещё по бокалу вина, интересуется работой Олега, спрашивает, не собирается ли он менять место на более прибыльное, говорит, что быть простым охранником, когда тебе за тридцать, – это не уровень.
Так проходит около часа, и нить разговора плавно подбирается ко мне. Как же я не люблю эти семейные беседы. Внутри всё сжимается и хочется провалиться сквозь землю. Каждый раз, обсуждая с родителями собственную жизнь, я осознаю, что к двадцати годам мало что собой представляю, неправильно живу, не того хочу… Да и вообще, на фоне безупречной работы и идеальной семейной жизни Веры мои успехи всегда были довольно сомнительными.
Излюбленная тема для разговора – это учёба в университете. Нужны немалые усилия, чтобы убедить семью в том, что все экзамены будут сданы, курсовые защищены, а знания отложатся в голове и обязательно пригодятся в жизни.
После получасовых рассказов о том, как прекрасно учатся другие дети у других родителей, аппетит у меня пропадает окончательно. Наверное, эти «другие» не имеют друзей, личной жизни, живут взаперти, а в старости будут очень скучными старикашками, которым нечего рассказать внукам.
– Из клуба-то, наверно, на рогах пришла? Двадцать – это же юбилей! – Теперь Олег решился на вопрос в мой адрес. Вальяжно развалившись на стуле и жуя салат, он вертит в руке бокал с вином, заставляя напиток двигаться по кругу.
Папа, округлив глаза, впивается в него взглядом. Вера делает вид, что всё хорошо, но её прямая спина и сжатые губы выдают напряжение.
Я на секунду задумываюсь: что привлекло сестру в этом человеке? Высокий, крупный, если не сказать – полный. С короткой, стремящейся к лысине стрижкой и маленькими толстыми пальцами, а в придачу к этому – настоящий хам!
– Я равнодушна к алкоголю, – отвечаю коротко и краем глаза наблюдаю за Верой. Меня она воспитывала по полной! Сказанное не в строчку слово всегда выходило боком. Так почему же сестра не расскажет собственному мужу о рамках приличия?
– Но в клубах-то тебя ведь часто угощают? – продолжает любопытствовать Олег.
– Я редко там бываю, стараюсь больше времени посвящать учёбе…
Он что, допрос решил устроить?! Старательно вывожу беседу в прежнее русло. Давайте лучше про учёбу, я уже не против!
– Готовишься к экзаменам? – Олег пытается сделать вид, что очень заинтересован, но у него это плохо получается.
Мама, порхающая между кухней и залом, наконец приносит последнее блюдо и опускается на стул рядом со мной, включаясь в разговор.
– Ага, готовится, только гуляет со Славкой! А Славка заочница, ей вообще живётся проще!
Только не это! Самая больная тема – моё свободное время.
– А ведь могла бы ходить на факультативы, или на курсы английского, например, или спортом заняться, в тренажёрный зал записаться, в конце концов, – наполняя наши тарелки, мама садится на своего любимого конька.
Больше всего сейчас мне хочется сбежать!
– У нашей дочери отличные способности к языкам, зачем ей курсы, – вмешивается папа, наливая в бокалы вино.
Я смотрю на маму, надеясь, что больше она ничего не захочет добавить к вышесказанному, но тут вступает Вера.
– А как там твой мальчик, этот, ну, как же… Высокий такой, учитель, кажется…
Я закатываю глаза. Сколько можно повторять одно и тоже! В этой семье меня никто и никогда не слушает.
– Он тренинг-менеджер, а не учитель! И его зовут Егор!
Неужели ей так трудно выучить имя моего парня!
– Да-да, точно. Я и запомнила, что он кого-то чему-то учит… Как у тебя с ним?
Я не хочу говорить, но требовательный взгляд сестры не даёт мне увильнуть от ответа.
– Всё хорошо, общаемся, узнаём друг друга, ничего интересного, – отмахнувшись дежурной фразой, я беру стакан с вином и делаю глоток. Резкий вкус охватывает горло и тяжёлым комком скатывается вниз. Поморщившись, отодвигаю бокал. Алкоголиком мне не быть.
– Ну как же ничего! – парирует Вера. – А про будущее не думали? Вы ведь давно встречаетесь, полгода или год. Он уже намекал на что-то большее?
О боже, и что мне ей ответить? Что намекал, но я не уверена, хочу ли этого? Что я вообще мало в чём уверена и не планирую свою жизнь на годы вперёд, как некоторые. Пожалуй, сейчас самое время прикинуться глухой…
Всё ниже склоняясь над тарелкой, я с серьёзным видом ковыряю салат. Но пауза затянулась, и все продолжают в ожидании таращиться на меня. На мгновение вокруг становится так тихо, что я слышу шуршание бегущих стрелок в настенных часах.
Но вдруг, к огромному счастью, в соседней комнате звучит знакомая мелодия мобильника. Моментально выпрямившись, я бросаю вилку на стол. Наверное, это Славка, моя спасительница!
– Ой, телефон! Сейчас, отвечу и вернусь!
Мама неодобрительно качает головой, а я пулей вылетаю из-за стола. За спиной теряется Верин голос:
– Папуль, ну расскажи про Болгарию, где вы будете жить целый год? Там, наверное, совсем другие люди?
Закрываю дверь и беру со стола телефон. На экране фото Егора.
Неужели что-то срочное? Нажимая зелёную кнопку, подношу трубку к уху и ложусь на диван, закинув ноги на его спинку.
– Алло, я же сказала, что перезвоню, мы ужинаем с родителями и сестрой!
Егор – это, конечно, не Славка, но его звонок вытащил меня из-за стола, чему я несказанно рада.
– Можешь спуститься?
Вот так поворот! Голос Егора звучит заговорщицки, и я чувствую улыбку по ту сторону трубки.
– Куда спуститься?! Зачем?!
– Стою под твоими окнами, покушай и спустись, я не тороплюсь.
– Это важно?
– Очень!
Как странно. Зачем я понадобилась ему именно сейчас? Голос Егора, как обычно, чувственный и ласковый. Значит, ничего криминального не произошло.
Положив трубку, выглядываю из-за шторы в окно, стараясь остаться не увиденной. И правда, чёрная «тойота» припаркована напротив подъезда. Впервые он меня так интригует, что-то выдумал, неужели какой-то сюрприз?
За стол возвращаться ужасно не хочется, надеюсь, никто не обидится, если я ненадолго оставлю семью.
– Ко мне приехал Егор, просит спуститься, наверное, что-то важное! – кричу родителям, шагая в коридор.
– Только быстро! – отвечает папа, взяв очередную тарталетку. – Одна нога здесь, другая там.
Они с Верой что-то весело обсуждают, а значит, есть шанс безболезненно ускользнуть.
Я тут же выбегаю в прихожую. Главное – исчезнуть моментально, пока мама не начала перечить папиной доброте. Запрыгиваю в свои любимые низкие ботильоны, накидываю пальто и вылетаю на лестничную площадку.
Кнопка у лифта горит красным светом, кабина занята. Ну, не беда, я люблю пробежаться по лестнице. Девятый… Восьмой… Отголоском сверху доносится хлопок нашей двери, наверное, Олег вышел из квартиры, чтобы выкурить сигарету. Седьмой… Шестой… Пятый… Что же придумал Егор, мы могли бы договориться и встретиться завтра. Четвёртый… Третий…
– Павла, ты куда же с голыми ногами, на улице такой холод! – соседка снизу, старенькая баба Маша, возвращается с прогулки со своей собачкой-дворняжкой.
– Я быстро, баб Маш! Привет, Бобик!
Пробегая мимо, треплю пса за загривок. Второй… Первый…
– Его зовут Бернард! – кричит баба Маша.
Но я уже открываю дверь под протяжный писк домофона и оказываюсь на улице, под дождём.
Лицо Егора кажется загадочно-серьёзным. Я вижу его через стекло автомобиля, но он явно не ждёт меня так быстро и задумчиво что-то набирает на мобильном. Пару минут я остаюсь незамеченной и наслаждаюсь свежим воздухом, прохладным дождём и красивым профилем.
Да. Он красив.
Благородные черты подчёркивают его особый, добрый нрав. Прямой и аккуратный нос делает Егора похожим на небожителя, четко очерченные губы выглядят идеальными, словно это губы голливудского секс-символа, а не моего парня, да и весь его образ кажется волшебной картиной, загадочным и тонким произведением искусства, мечтой художника или скульптора. Он на самом деле очень красив и наверняка нравится не только мне.
Странно, но эта мысль впервые приходит в голову.
– О господи, Паша! И давно ты так стоишь!
Увидев, что я мокну под дождём в распахнутом пальто, под которым одни шорты и футболка, Егор выскакивает из машины и, ловко схватив меня на руки, быстро переносит через лужи и опускает на переднее сиденье. Он тёплый и сильный, на его руках я чувствую себя пушинкой.
Обойдя машину, Егор усаживается с другой стороны, закрывает дверь, делает музыку тише и, наклонившись ко мне, нежно целует.