Евгения Ринская – Секрет фабриканта (страница 2)

— Вы, если некому прийти, посмотреть, скажите.

Римма Борисовна с сомнением глянула на украшавший его талию пояс из собачьей шерсти — надо сказать, в роли электрика она Сергея Петровича представляла слабо. Но мысленно сделала себе пометку обязательно с этим разобраться.

— А что там вообще за история с этой башенкой? — решилась, наконец, Римма Борисовна.

Марья Власьевна усмехнулась.

— Что, напели тебе уже? Испужались?

Римма Борисовна внутренне напряглась — у нее было стойкое ощущение, что все знают про ее дом нечто, чего не знает она.

— Да ты сильно не слушай, у нас люди темные, — разливая паривший ароматами рассол, продолжила Марья Власьевна, закручивая банки. — Они уже всякое говорят.

— Какое? — не поняла Римма Борисовна.

Она вдруг с досадой осознала, что процесс уже запущен — по Неприновке, видимо, ползут пересуды, о которых она еще ни слухом, ни духом.

— Вернулся, мол, Мерцалов за своим особняком, — как ни в чем ни бывало пояснила Марья Власьевна, закручивая крышки.

Сергей Петрович закашлялся, давая понять, что он никак не одобряет таких сплетен.

— В каком смысле? — не поняла Римма Борисовна.

Марья Власьевна отступила от стола и снисходительно посмотрела на нее, словно такие вещи должны были быть понятны каждому школьнику — из Неприновки, так точно.

— Есть такая легенда, мол, когда после революции дом забрали, Мерцалов проклял новых владельцев дома. Сказал, не будет им счастья. И там действительно какая-то темная история вышла — то ли упал кто с той башни, то ли зашибли его насмерть. Да только с тех пор на башню никто и не ходил. А ты-то у нас получается как будто новая владелица. Значит, потому и явился снова Мерцалов.

Римма Борисовна постаралась удержать лицо, но брови ее уже неумолимо ползли вверх: серьезно? Недовольный барин, вернувшийся в свои владения? Неужели Марья Власьевна в это верит? А главное — о каких еще легендах, связанных с ее новой собственностью, ей забыли рассказать?

Обратно Римма Борисовна шла нагруженная авоськой с дарами с огорода Марьи Власьевны — два кабачка и круглая яркая тыква, упакованные в шоппер, мерно бились о ее бедро. Однако этот полный благостного умиротворения ритм не придавал ей спокойствия — душу Риммы Борисовны переполнял гнев по отношению к бросившим дом рабочим.

С трудом уговорив себя, что ситуация, возможно, не так уж и плоха, она зашла в свой маленький арендованный домик, включила на террасе свет и постаралась как можно живописнее разложить на кухонном столе осенний урожай. Что с ним делать, она решила определиться завтра. Порядком утомленная дневными треволнениями, Римма Борисовна спешила поскорее предаться чтению какого-нибудь увлекательного романа в своей уютной комнатке на втором этаже.

Она заперла дом и собралась уже подняться наверх, но напоследок решила бросить один последний взгляд в сторону Дома с башенкой — благо, съемное жилье она специально выбирала так чтобы с него открывался эффектный вид на расположенный на другой стороне озера особняк, — и сердце ее тревожно сжалось. В башенке, возвышавшейся над темным озером, несколько раз мигнул и погас желтоватый свет.

Глава 2 Рабочий визит

На следующее же утро Римма Борисовна вновь сидела во дворе у Марьи Власьевны и с восхищением слушала, как та отчитывала по телефону старшего из строителей, Алексея.

— Вы понимаете, что убиваете исторический памятник? — строго выговаривала она. — Как вообще можно так халатно относиться к своей работе? А мне все равно, что у вас объект, приезжайте и немедленно закройте это окно.

Когда дело касалось ее личных нужд, Римма Борисовна, как правило, старалась избегать конфликтов. Тем более она бы побоялась так говорить с рабочими — а ну как они обидятся и решат вообще не приезжать? Но здесь речь шла о сохранности ее драгоценного особняка, с которым ее уже столько связывало — все это придало ей решимости обратиться за помощью к подруге.

— И кстати, — проворчала тем временем та. — Не забудьте проверить проводку, а то спалите дом — вовек не расплатитесь. Не забывайте, что у этого особняка особый статус!

Видимо, последняя угроза возымела действие — а может быть, рабочие попались совестливые. Но спустя пару дней на телефоне Риммы Борисовны раздался звонок. Напуганная историями о мошенниках, ответила она с осторожностью.

— Добрый день, хозяйка, — проговорил незнакомый голос. — Прощения просим за неувязочку, вот приехал, сейчас все в доме поправлю и проводку заодно посмотрю.

Римма Борисовна, не привыкшая к такой обходительности со стороны рабочих, немного растерялась.

— А где же Алексей? — неуверенно спросила она трубку.

— Занят, — пояснили ей. — Вот, меня отправил. Думаю, за несколько часов управлюсь. Подойдете потом принимать работу?

— Да, — торопливо сказала Римма Борисовна. — Да, конечно.

Вдохновленная такими изменениями, она немедленно позвонила Марье Власьевне, чтобы выразить свою признательность.

— Ясно, — не повелась на ее восторги та. — Накосячили и прискакали исправлять. Ты смотри там, на их вежливость не ведись. Хорошенько все проверь! А лучше — захвати меня или Сергея Петровича.

Римма Борисовна заверила ее, что все инструкции запомнила, и принялась терпеливо ждать. Однако прошло три часа, затем четыре, потом пять, а от рабочего по-прежнему не было ни слуху, ни духу. Римма Борисовна тревожно выглянула в окно, опасаясь, что ранние осенние сумерки помешают ему окончить работы. Попробовала набрать по этому номеру, но абонент был недоступен. Когда время на часах приблизилось к семи вечера, она не выдержала и позвонила Марье Власьевне.

— Собирайся, — твердо сказала та. — А я сейчас позвоню Сергею Петровичу. Посмотрим, что там наворотил этот горе-ремонтник.

Римма Борисовна послушно поднялась к себе в комнату и натянула свитер. Подумала — и добавила к нему теплую повязку на уши. Все-таки вечера сейчас стояли прохладные. Когда она вышла на террасу, в саду уже было темно. Путь до калитки ей пришлось подсвечивать себе фонариком — не столько потому, что она боялась потеряться на участке, на котором провела все лето, сколько для того, чтобы случайно наступить на лягушку или еще какую живность. За калиткой виднелось еще два ярких пятна света — это ждали ее Марья Власьевна и Сергей Петрович.

Путь до особняка от домика, в котором Римма Борисовна временно жила в Неприновке, занимал около двадцати минут. Однако в непривычной после лета сырой прохладе осеннего вечера вся троица одолела путь минут за пятнадцать. Ускорился даже Сергей Петрович, обычно суетливостью не отличавшийся. Притормозил он только наверху холма, на котором возвышался особняк. Впрочем, спешить было некуда — вокруг дома не было видно никаких следов жизни. Ни машины, ни инструментов, ни самого рабочего.

Пожилые люди озадаченно переглянулись, а затем Римма Борисовна подошла к двери и на всякий случай потянула, хотя и без того было ясно, что дело это бесполезное — висевший на ней замок был заперт.

— Где же твой рабочий? — спросила Марья Власьевна.

Римма Борисовна только развела руками — интересно, что подруга ожидала от нее услышать.

— Может быть, ушел?

Сергей Петрович протяжно вздохнул, видимо, предчувствуя проблемы. Римма Борисовна без особой надежды попробовала набрать номер, который сохранился у нее в телефоне. Снова никакого ответа.

— Куда ушел? Ну, я ему сейчас покажу, — встала на дыбы Марья Власьевна.

Выудив из кармана телефон, она набрала номер Алексея и поставила его на громкую связь.

— Алексей! — возмущенно начала она, едва дождавшись ответа. — Это что за отвратительный уровень работы? Сначала бросаете объект в беспорядке, а теперь ваш человек даже не соизволил позвать хозяйку, чтобы приняла работы! Она, между прочим, весь день дома просидела в ожидании звонка. Все встречи отменила.

На последней реплике Римма Борисовна, которая посвятила день подрезанию кустов и распитию ароматного чая с мятой, изумленно подняла брови, но вмешиваться не стала.

— Какой рабочий? — не поняли на том конце провода.

— Как какой, — продолжала негодовать Марья Власьевна. — Тот, которого вы сегодня с утра прислали вместо себя заняться домом.

— Как зовут? — с интересом спросил Алексей.

Марья Власьевна покосилась на Римму Борисовну, но та лишь развела руками — она так обрадовалась этому нежданному звонку, что даже не подумала поинтересоваться именем. Марья Власьевна недвусмысленно показала ей глазами, что думает о таком легкомыслии, но с трубкой делиться своими соображениями не стала.

— Наше какое дело, — рявкнула она. — Сами у него узнайте. А заодно спросите, почему он не позаботилась сдать свою работу хозяйке.

— Не могу, — коротко сказал Алексей.

— П-почему? — не выдержала Римма Борисовна.

— Потому что я к вам сегодня никого не посылал — мы кладем кровлю на другом объекте, и приехать к особняку сможем только на следующей неделе.

С этими словами Алексей, видимо, сочтя, что сказал достаточно, отключился.

Надо отдать должное, замешательство, в котором оставила всех троих его последняя реплика, длилась недолго.

— Ну-ка покажи номер, с которого тебе звонили, — скомандовала Марья Власьевна.

Она споро вбила высветившиеся цифры в свой телефон.

— Нет у меня такого номера, — озадаченно проговорила Марья Власьевна, посмотрев на результат. — А я здесь всех знаю.