Евгения Решетова – Учитель поневоле. Курс выживания (страница 22)
Наш фонарик дернулся и рванул куда-то вверх со скоростью маленькой ракеты. Я даже пискнуть не успела, как он растворился среди листьев, оставив нас в полной темноте.
И что это такое было? Нет, я все понимаю, магия там, ее выкрутасы, но так дело не пойдет!
Создала еще один, на этот раз поступив чуточку умнее. Я привязала его к себе небольшим потоком силы. Со стороны незаметно, для меня не опасно, зато, если что-то случится, я сразу почувствую. Потому что я ни за что не поверю, что безмозглый сгусток магии сбежал от меня по собственной воле!
– Может, не стоит? – тихо прошептала Сабира, практически прижимаясь ко мне.
– Без него ничего не видно, – ответила ей.
И мы пошли дальше.
Мох под ногами становился все мягче. Идти, конечно, очень приятно, но напрягало это неимоверно! А учитывая, что и наших шагов из-за этого не слышно, так вдвойне страшно!
Краем глаза заметила какое-то движение.
– Крыс?
Варька, да какой там может быть Крыс? Очнись! Звереныш резвится где-нибудь среди кроны, а тут между стволов что-то мелькает. И как мне понять, опасное оно или нет? Я же не буду швыряться боевыми заклинаниями просто так! У меня и совесть, и мозги еще на месте.
– Варя, – пискнула Сабира и схватила меня за руку.
Пульсар с силой дернулся. И тут дело явно не в его желании меня покинуть. Я чувствовала, что его будто бы кто-то с силой тянет прочь от меня. С очень большой силой!
– Держись ко мне поближе. И это… фонарики делать умеешь? – спросила у девушки, которая нервно оглядывалась по сторонам, пытаясь разглядеть, что за ужастики нам угрожали.
– Да, только слабые, – прошептала она.
– Тогда делай.
Рядом с нами зажегся еще один огонек. И правда, совсем тусклый, но уже что-то. Только вот, долго он не протянул – взвился вверх и растворился среди листвы, на миг выхватив ее синее безумство. Я тоже тянуть не стала. И уже через секунду к моему сходящему с ума пульсару добавилось еще два. Эти я уже привязала к себе покрепче, потому что не нравилась мне тенденция – те, что создавала Сабира, не оставались с нами дольше минуты, улетая в неведомые дали.
– А я – портативное солнышко, – хмыкнула себе под нос.
Девушка ничего не ответила, так что я даже не буду спрашивать, поняла она меня или нет. Неважно это сейчас, вообще не важно.
Мы снова двинулись вперед. Как ни странно, больше нас ничто не пыталось пугать, хотя мои пульсары на прочность проверялись постоянно. То один дернется, то другой. Но я держала их крепко.
– Как жаль, что солнце только село, – прошептала девушка. – Так бы мы могли видеть, куда идем, а то мне уже кажется, что мы ходим кругами.
– Да не, – отмахнулась я. – Тут просто деревья все одинаковые, кустов и травы нет, следов на мху не видно. И вообще…
Договорить не успела. Ну, вот почему со мной вечно так? Только расслаблюсь, и жизнь подкладывает что-нибудь интересное. Или вот как сейчас – неприятное.
– Мамочка, – прошептала я и замерла на месте. Сабира вцепилась мне в куртку. – Слушай, маг жизни, вот то, что ты с цветочками не разговариваешь, я уже поняла. А с насекомыми?
– Н-н-нет, – едва справляясь с ужасом, заикаясь, пробормотала она.
– Отличненько, – что еще сказать, я не знала. – Просто супер отличненько!
Мои пульсары снова пытались сбежать. Только теперь я видела – почему и куда. Видела и понимала, как же все-таки хорошо, что они есть!
Перед нами был паук. Огромный синий паучище, висевший между двумя деревьями на силовых нитях вместо паутины. Нет, ну, правда, в магическом мире и у пауков должна быть необычная паутина. Невидимая. В которой путаются пульсары, потому что фонят магией. Паук – ловец магов. Замечательнейшая новость!
– Мы умрем, – начала впадать в панику Сабира.
– Не сегодня. И не со мной.
Я думала, что же нас может спасти. То, что этот монстр уже успел нас заметить, сомнений не вызывала. Все его глаза неотрывно за нами наблюдали.
Гоблины и создатели, ну, почему я вечно вляпываюсь в неприятности!
– Ва-варя?
Ох, Сабира, только не говори, что тут еще что-то наклевывается!
Я посмотрела в ту сторону, куда тыкала пальцем девушка.
Нет, что я еще могу сказать, кроме «отлично»? Потрясающе!
У деревьев, что нас окружали, появились глаза. Их до трясучки боялся Вискас? Теперь мне, кажется, предстоит выяснить, почему. А пока огромный паук и блестящие в свете пульсаров глаза внимательно за нами наблюдали.
– Да, Сабира, нам и вправду конец, – нехотя согласилась с ней.
Хусечка, Пушок, Амур! Ну, где вы, когда так нужны!
Глава тринадцатая. Знакомьтесь – я!
Деревья продолжали лупать глазками и вроде бы не проявляли агрессии. Паук тоже не двигался, но мои пульсары все еще тянулись к его невидимой паутине. Хотя, тут, наверное, он никаких действий-то не предпринимал. Вопрос сейчас только в том, долго ли нам тут стоять? У меня уже ноги начали затекать. Шевельнулась и этим привлекла к себе внимание. Паук медленно придвинулся, перебравшись на дерево поближе к нам.
Атаковать каким-нибудь боевым заклинанием? Я это могу. Но будет ли толк? Что-то в этом я совершенно не уверена…
– Варя, – Сабира вжалась мне в спину. – Я могу попытаться призвать лесных зверей, но… Знаешь, мне кажется, в этом лесу их нет.
– Да я в этом просто уверена. Крыс тут, наверное, вообще единственное живое существо, кроме нас. И этих, – не вздыхать и не паниковать. Все будет хорошо! Все точно будет хорошо!
И стоило только вновь подумать о моем звереныше, как он тут же появился, маленький негодник. Проскользнул между паутинками, которые – вот уверена! – прекрасно видел, подбежал ко мне, забрался по штанине и начал мне что-то рассказывать, недовольно вереща.
– Что такое, малыш? Тебе тут не нравится? Не поверишь, мне тоже, – вздохнула и посадила его себе на плечо. Крысик высунул язык и показал его пауку. Хм, что-то я раньше за ним такого не замечала, у меня, что ли, набрался?
– Варя! – громко взвизгнула Сабира и послала куда-то в чащу незнакомое мне заклинание. Там ярко полыхануло, раздался не принадлежащий человеку вскрик, а затем шум, будто кто-то убегал.
– Что там? – спросила у нее, тоже готовясь применить что-нибудь из своего арсенала.
– Они приближаются!
– Пауки?
Если тут еще один такой зверюга, то нам точно не поздоровится.
– Нет, деревья…
Сначала решила, что она спятила, но потом поняла, что нет.
Точно. Теперь я сама видела, как белые стволы шевельнулись, становясь чуть ближе к нам. Этого только не хватало – ходячие деревья! Я глазастые с трудом пережила! А между тем они все сжимали и сжимали круг вокруг нас. Если так и дальше пойдет, мы в таком тесном кольце окажемся, что точно не сможем выбраться.
– Атакуем? – неожиданно серьезно спросила Сабира.
– Думаешь, есть смысл?
– Одно же убежало.
– А остальные перешли в наступление.
– Тогда, вперед, – она кивнула на паука.
Я прикинула наши шансы. Слишком маленькая вероятность, что мы сможем с ним справиться. Попробовать, конечно, можно, но желанием не особо горю. Хотя выбора у нас нет.
– Ладно, давай на счет три выпускаем в этого зверюгу самое мощное, что знаем, – вздохнула я.
Сабира сосредоточенно кивнула. Я прикинула, что знаю, растормошила своих таракашек, которые выудили самое жуткое из заклинаний, и начала отсчет.
– Три… Два… Давай!
Мы с Сабирой ударили по пауку. Мимо меня пролетела зеленая молния – ее заклинание – и врезалось в синюю тушку. Тот завыл. Жутко так, страшно, словно призывал на наши головы все известные ему проклятия. Мое заклинание опоздало буквально на секунду и попало в одну из его жирных лап. Та загорелась, но чудище погасило ее одним смачным плевком. Ну вот, и как с таким бороться?
Крыс снова заволновался, суетливо оглядываясь по сторонам.
– Ничего, малыш. Давай еще раз? – обратилась к девушке, которая, поджав губы, сосредоточенно придумывала новое заклинание. Или вспоминала, но делала это очень ответственно.