Евгения Решетова – Древо мира. Осколки настоящего (страница 4)
– Эмми, – еле слышно прошептал он, прижав ее спиной к дереву. – Я отвлеку их, а ты прыгай в воронку. Не оглядывайся на меня, слышишь? Только не оглядывайся, – Грег легко тряхнул ее. – Не беспокойся обо мне. И не потеряй гааро, держи его обеими руками…
И подмигнув с какой-то бесшабашной веселостью, отпустил ее.
Девушка беспомощно смотрела, как он идет между деревьев, и сердце ее сжималось от дурных предчувствий. Она понимала, что, скорее всего, видит его в последний раз в жизни. Он уходил, и ей хотелось плакать от того, что больше не будет как раньше. Она потеряла все. Они не попрощались. Она не сказала ничего из того, что ей хотелось.
– Папа, – прошептала она и двинулась за ним.
Она услышала крик и громкий хруст ломаемых веток. Но не посмотрела в ту сторону. Эмми стояла с закрытыми глазами и ждала тишину. Ждала недолго, только чтобы успокоить нервы.
– Раз, – она глубоко вдохнула и выдохнула. – Два… Три!
Открыв глаза, она кинулась к мерцавшей воронке, зависшей над землей. Но не успела сделать и пары шагов, как наткнулась на неожиданное препятствие.
Их было не четверо, а пятеро.
Ее грубо схватили, и она полетела на землю. Больно ударившись спиной, от неожиданности Эмми разжала руку, и фигурка волчицы выпала в траву. Девушка испугалась. Тот, кто надвигался на нее, словно явился из кошмара. Его лицо наискось пересекал шрам, опуская левый глаз почти к самому крылу носа и точно также поднимая уголок губы. Словно смятое, скрученное, невообразимо страшное лицо. Оцепенев от страха, Эмми смотрела на скалившегося мужчину.
– Попалась, крошка. Думаю, хозяин не шибко обидится, если я с тобой немножко поиграю, пока другие заняты… а уж потом отдам ему. Пре-е-е-лесть…
В его руках появилась веревка. Легко поигрывая ей, он смотрел на девушку. В черных безумных глазах горело садистское предвкушение. Эмми шевельнулась, пытаясь отползти. В голове судорожно билась мысль о том, что до спасения совсем чуть-чуть. Страх парализует, страх забирает последние силы. Замерзает кровь, и отключается разум. Что делать? Смотреть на приближающуюся неизбежность с покорностью. Она ничего не сможет сделать. Ей нечего противопоставить ему. Она еще ребенок. Сколько ей удастся ему сопротивляться? А потом…
Сегодня ей суждено умереть.
Ее рука наткнулась на что-то холодное. Камень. Пальцы сжались, обхватив острые края. Стало больно, но это не имело значения. Судьба дала ей шанс. Будет одна попытка. Эмми посмотрела прямо в налитые кровью глаза. Страх. Страх за свою жизнь. Страх смерти. «Сейчас или никогда».
Можно действовать быстро, но, когда на кону стоит жизнь, секунды превращаются в часы. Время замедляется, все остальное теряет значение.
Эмми показалось, что время вокруг остановилось. Она схватила камень и кинула в человека. Она знала, что попадет, была совершенно уверена в этом. Судьба просто не могла ее обмануть, дав возможность, дав шанс на спасение. И то же мгновение она вскочила на ноги и бросилась к порталу. Если бы она оглянулась, то увидела, как мужчина оседает на землю, держась за то, что когда-то было его лицом. Эмми не оглянулась. Пожалуй, так было лучше.
Чувство было очень странное. Словно находишься в теплом море, и она качает тебя на волнах. Мягко, спокойно, усыпляющее… Вверх, а затем очень плавно вниз…
Эмми прыгнула в портал и теперь летела в неизвестность. Прошла вечность. Или нет. Здесь все не имело значения. Она плыла, растворялась, теряла себя…
Мгновения проплывали хороводом красок, кружились вокруг. Минуты складывались в часы, часы в дни и годы, чтобы снова оказаться всего лишь секундой.
Все закончилось неожиданно. Ощущение невесомости исчезло, и Эмми упала на землю, больно ударившись коленками и оцарапав руки.
Она была там, куда ее хотели отправить родители. Она была дома. В мире, который был ее домом.
Неловко поднявшись, Эмми с удивлением поняла, что вокруг, хоть и была ночь, необычайно светло. Высокие деревья поднимались к небу, теряясь в темноте, но от их корней шел мягкий свет, будто бы специально созданный кем-то для удобства путников, не поспевших домой к закату.
Девушка развернулась. За ее спиной прекращала свое существование воронка портала. Она вспыхивала, словно новогодняя гирлянда, сжималась, пульсировала, временами исчезая и снова появляясь. Этот водоворот вспышек мелькал, вызывая у Эмми тошноту. Вдруг портал начал светиться изнутри, становясь все больше и больше. Эмми попятилась и уткнулась спиной в дерево. Бесшумно, но невероятно красиво воронка разрослась, почти достав до нее, сжалась, на мгновение став похожей на большую черную снежинку, и разлетелась в воздухе, создав настолько сильную волну, что, если бы Эмми не стояла у дерева, ее обязательно бы опрокинуло на землю. На том месте, где был портал, теперь лежала мертвая птица – черная ворона со сломанной шеей. Жертва последнего выброса энергии портала.
Чувство страха граничило с отчаянием. Адреналин больше не давал сил. Чувствуя себя опустошенной, Эмми сделала несколько шагов в сторону, уйдя подальше, и устроилась в корнях дерева, обняв себя под коленями и спрятав в них лицо. Слезы текли по щекам, но девушка даже не пыталась их остановить. Она снова подумала о Греге и Эстель, о своих родителях. Они столько отдали, чтобы она оказалась здесь. У них наверняка раньше, до нее, были семьи, мечты, но они бросили все, чтобы стать ее родителями, чтобы защищать и оберегать ее. А она их подвела. Все, что от нее требовалось, не выпускать из рук эту проклятую фигурку. Она дала обещание и не смогла его сдержать. Не смогла сделать даже такую мелочь.
– Папочка, прости меня, – прошептала она, пытаясь разглядеть небо сквозь кроны чужих деревьев в мире, который был для нее чужим.
Не так. Домом, он был ее домом.
Глава 2
Наверное, она заснула. Потому что голоса, раздавшиеся совсем рядом, стали для нее неожиданностью.
– Придурки! Им всего-то и надо было притащить сюда девчонку!
– Успокойся, может, они ее поймали.
– Поймали! Да толку-то! Портал закрыт!
– Раз портал закрыт, значит, кто-то прошел, – снова раздался спокойный голос.
Эмми вжалась в дерево, боясь шевельнуться. Она поняла, что Визгливый и Спокойный (так девушка окрестила разбудивших ее) пришли по ее душу. Бежать было некуда, и Эмми надеялась, что они не пойдут в сторону, где она укрылась, и не заметят ее. Ведь то, что она не была обнаружена раньше, означало, что пришли они совсем с другой стороны. Так что Эмми оставалось только молиться, чтобы ничто не выдало ее присутствия.
– Портал! – снова разорался Визгливый. – Эта чертова птица пролетела в него, и он закрылся. О, не-е-ет, хозяин точно меня убьет. Он же помешался на этой девчонке!
– Вернемся в замок. Он откроет портал снова.
– Вернемся в за-а-амок, – передразнил Спокойного Визгливый. – Да, как только мы там окажемся, он меня четвертует! Нет, на кол посадит! А то и еще что похуже придумает! Вот как, я спрашиваю, как я мог довериться твоим псам?
– Не смей называть их так, – голос Спокойного, казалось, не изменился, но у девушки по коже побежали мурашки, слишком страшно это прозвучало.
Кем бы ни был этот Спокойный, хорошего от него точно ждать не приходилось.
И тогда Эмми решилась на глупость. Стараясь не шуметь, она выглянула из-за дерева. К счастью, место, где находились те двое, было дальше, чем она думала, и ее не увидели. Но и девушка не смогла ничего разглядеть. Эмми снова влезла между корней и затихла, прислушиваясь к разговору.
– Нам надо уходить, – в голосе Спокойного явно проскользнула напряжение. – Люми́ны близко.
– Черт, черт, черт… Да откуда ж они тут взяться-то могли?
Шум удаляющихся шагов снова заставил Эмми понервничать. Она уже не боялась, что ее обнаружат, но слова ее врагов – а они точно не были друзьями – о неизвестных люминах беспокоили. Папа ничего не сказал ей о том, чего следует опасаться. Как жаль, что у них не было чуть больше времени!
Девушка зажмурилась, но все равно почувствовала, как по щеке побежала слеза.
– Ты не тряпка, – прошептала она, убеждая сама себя. – Соберись! Подумаешь, оказалась в другом мире! Зато этот мир тебе родной!
Резко вскочив на ноги, Эмми пошатнулась и внезапно поняла, что не ела со вчерашнего дня. Более того, ей не удалось поужинать, потому что она хотела сообщить все родителям как можно раньше, а потом задобрить мать, съев все, что та приготовит. При мысли о еде живот сразу же скрутило судорогой. Плохо, очень плохо. Нельзя отправляться в путешествие на голодный желудок. Эмми огляделась. Лес, на первый взгляд, выглядел обычным, но деревья были незнакомы. Никаких ягод рядом не наблюдалось, и девушка решила, что раз уж она все равно решила, что нужно уходить отсюда, то поиски еды стали еще одним предлогом для этого. И, на данный момент, самым важным.
Запели птицы. При легких порывах ветра мелодично шелестела листва на деревьях. Музыкально. И это успокаивало, даже притупляло голод немного. Девушка шла в сторону, противоположную той, в которую ушли ее преследователи. Она решила не рисковать, хотя и боялась встретить неведомых врагов тех, кто преследовал ее. Будет лучше вообще быть в стороне от местных дрязг, пока не разберется что к чему.
Постепенно лес начал редеть. Эмми шла вперед, пошатываясь от усталости. Все-таки нервное потрясение дало о себе знать, вымотав ее до предела.