Евгения Преображенская – Сказки лунных дней. Том I (страница 8)
Дэзерт отложил горящие поленья в отдельный костёр и устроил на углях рыбины, завёрнутые в широкие толстые листья. Пока чародейка и демон наслаждались чаем, от костра поплыл аппетитный аромат.
Довольно бубня себе под нос, мужчина разложил на камнях готовое блюдо. Дженна вынула из теневой сумки и поставила рядом мешочки с острыми специями и солью. Поразмыслив немного, она добавила к ним кулёк с засахаренными орешками, которые очень любил её спутник.
– Вот чего я никак не пойму, – заявил Дэзерт, вонзая зубы в белое мясо. – Ты ловила рыбу голыми руками, обращалась соколом, лисицей, русалкой, даже драконом… И всё равно рыбачишь при помощи какой-то удочки.
– Привычка, – пожала плечами Дженна. – Я люблю посидеть на берегу с удочкой… Это занятие выравнивает и успокаивает течения моей силы. Магия же, напротив… всё переворачивает с ног на голову.
– А с удочкой ты в библиотеке научилась обращаться?
– Когда-то давно я прочитала трактат о рыбной ловле, – кивнула Дженна. – Кстати, его написала женщина… настоятельница монастыря Единого.
– Я всегда знал, что среди монашек встречаются одарённые личности, – усмехнулся демон.
– Да уж, я помню твоё неравнодушие к монашкам, – ухмыльнулась Дженна.
– А помнишь моё неравнодушие к дождям? – Дэзерт хмуро поглядел на небо. – Может, укроемся на ночь временной тенью, как делали в лесах Похонбесара?
– Эти джунгли отличаются от тех лесов, – отрицательно мотнула головой Дженна. – Хочешь проснуться где-нибудь глубоко под землёй?
– Нет так нет, – отмахнулся Дэзерт.
Ночью странников разбудила гроза. Дождь хлынул с такой силой, что Дженне пришлось уступить Дэзерту. Она ужасно устала и сплела временную тень быстро, почти не открывая глаз. Магическое укрытие едва касалось общей тени мира, и спросонья Дженна понадеялась, что на этот раз им удастся избежать неприятных сюрпризов.
Накинув волшебный плащ на себя и своего спутника, девушка снова погрузилась в дрёму. Однако отдых длился недолго. Ужас накатил удушливой волной, вырвав её из сна. Распахнув веки, Дженна принялась судорожно размышлять, что вызвало этот ужас и почему молчит Дэзерт, чью близость и тепло она ощущала спиной.
Девушка попыталась пошевелиться. Ничего не вышло! Временная тень была цела, но она уплотнилась, превратившись в тугой мешок… Что случилось? Может быть, джунгли вновь похоронили путников в своём чреве? Или они были съедены и оказались внутри гриба?
Дженна даже подумала, что Дэзерт решил отомстить ей и затащил в свой Миркир, если бы не знакомый смешок. Ни звука дождя, ни шума реки слышно не было. Но где-то далеко во мраке раздавалось хихиканье.
Чародейка глубоко вздохнула и зажмурилась. Паника – главный враг в любой ситуации. Нужно было успокоиться и подумать. И Дженна думала, однако в голову ничего не шло до самого рассвета. Поднявшееся над лесом солнце развеяло ослабевшую за ночь временную тень. Тело страшно затекло без движения и болело, зато Дженна снова могла пошевелиться.
Распахнув глаза, девушка успела застать странную картину. Они находились уже не там, где разбили лагерь. Путники лежали на широкой отмели. Река в этом месте сильно сужалась и образовывала петлю. На песке выделялись полосы следов, будто некто тащил вдоль берега огромный мешок.
Всё, на что попала временная тень Дженны, лежало рядом: удочка, несколько камней, кострище с углями и рыбные кости. За кострищем играли дети. Их было трое: смуглые, черноволосые с коротко остриженными чёлками и круглыми человеческими ушками. Смех ребятишек напоминал колокольчики. Дети играли с голенью…
Девушка обернулась к демону. Тот замер, почти не дыша. Его лицо было абсолютно белым и непроницаемым. Чародейка знала, что эта маска безразличия обычно говорит об обратном. Но ощущал ли мужчина ужас, который испытывала она сама, гнев, свойственный ему, или дикую боль, сказать было сложно.
Стиснув челюсти, Дэзерт сжимал свою ногу, которую он кое-как перевязал у бедра собственным поясом. Несмотря на все усилия мужчины, кровь ритмично вырывалась из раны, растекаясь по песку красными ручейками. Голень, с которой играли дети, принадлежала демону.
Заметив, что на них смотрят, ребятишки оставили свою добычу и, смеясь, нырнули в тень зарослей.
– …Я слеплю тебе новую ногу, – прошептала Дженна, заворожённо глядя им вслед. – У реки часто встречается глинистая почва…
– Да, – только ответил сквозь зубы мужчина.
Девушка обработала его рану. Мёртвая вода остановила кровотечение и дезинфицировала ткани. Судя по рваным краям, ногу отгрызли и вырвали из коленной чашечки. Убедившись, что жизнь демона вне опасности, Дженна отправилась собирать глину.
– …Теперь, по крайней мере, ясно, кто сбивал нас с пути, – издали усмехнулась она. – Но я так и не поняла, к какому царству принадлежат эти малыши. Духи или волшебные создания? И зачем они притащили нас сюда?
– Создания, принимающие образ человечьих детей, не сулят ничего хорошего, – с неохотой проговорил Дэзерт.
Дженна незаметно улыбнулась, вспомнив созданий, которые предпочли носить человеческий облик – хранителей. Их отпрыски, как и отпрыски людей, а также альвов и фей, мало чем отличались друг от друга. Все дети, которых знала Дженна, были очень похожи друг на друга.
«Мама, хочешь обниматься?» – раздался в памяти голос Май. Девочка набросилась на чародейку, будто дикий котёнок, обняла, а потом со всей силы вонзила свои маленькие белые зубки ей в плечо.
– И всё-таки дети ушли, – заметила Дженна. – А мы живы. Они не оторвали тебе голову, хотя, кажется, вполне способны на это.
– …Я не мог пошевелиться, – проскрежетал мужчина, – даже пискнуть.
– Я тоже… – призналась чародейка. – Может быть, лесу нужна была жертва от нас? Духи нередко требуют что-то эдакое… В былые времена я оставляла дары, перевязанные красной лентой. Но в джунглях всё иначе…
– Думаешь, они забрали мою ногу себе в жертву?
– Твоя вонючая нога – дар сомнительной ценности… – усмехнулась Дженна.
– Признаться, она и самого меня не очень устраивала, – огрызнулся демон. – От этой вечной сырости между пальцами завелась какая-то гниль…
– Дэзерт! – воскликнула девушка. – Пожалуйста, следи за сухостью своих ног. Я же не могу каждую неделю делать тебе новые. Или ты хочешь отправиться обратно в Миркир?
– А может, твои лесные духи не хотят, чтобы
– Или просто не любят демонов… – предположила девушка.
– Тоже мне новость, – усмехнулся её спутник. – Демонов никто не любит…
– Кроме русалок и шаманок… – улыбнулась Дженна, склонившись к мужчине с комом глины и закатывая его разорванную штанину.
– Издеваешься? – скривил губы тот.
– Нет, прости, – вздохнула Дженна, принимаясь за дело. – Я ляпнула, не подумав…
Некоторое время чародейка мастерила новую конечность, сплетая плоть земли Добура с телом демона и объединяя их витали. Когда форма была готова, девушка наложила на неё заклятие роста.
– Дэзерт… – через некоторое время продолжила Дженна. – Можешь не верить, но мне очень жаль, что так получилось с тобой и Лилио…
– Верю, – криво улыбнулся бывший император. – И, признаю, мне нравится играть на твоём чувстве вины…
– Ты омерзителен, – поморщилась Дженна.
– Я честен… – поправил Дэзерт.
– И ты не раз спасал мою шкуру… – кивнула чародейка.
– А ты уже в который раз лепишь мою, – добавил демон.
– Пожалуй, правая нога будет немного отличаться по цвету, – проворчала Дженна. – В пуще и у озёр Чармины была глина белая, а здесь тёмно-красная…
– Дженна, а ты не винишь меня? – прищурился Дэзерт. – В том, что я развязал войну между Востоком и Западом, в смерти гоблинов… Непросто, должно быть, путешествовать в компании бывшего врага.
Дженна отрицательно покачала головой.
– Ты был только марионеткой и выполнял приказы кукловода. Это был твой долг. Даже с человеческой стороны я понимаю тебя, Дэз… Катан – часть твоего погибшего мира, ты был верен ему не одну тысячу лет. Я даже представить себе не могу, сколько это. А Лилио…
– …Лилио была частью моего сердца, – закончил за чародейку демон. – Хотя сердце у демонов гораздо меньше человечьего.
– Скажи, ты часто её вспоминаешь? – несмело спросила Дженна.
– Не часто… – покачал головой Дэзерт. – Моя сфера чувств не предназначена для тоски. Иногда я закрываю глаза и слышу её голос, вижу солнце Фалассии и даже солёное Синеффо. Тогда пламя моей души начинает гореть ровнее, – он помолчал. – Однако в полусне Миркира я тосковал чаще… почти всё время, проведённое там. После того, как Аликс убил меня, вы так и не дали мне нового тела. И вместо того, чтобы набираться сил, я тратил их на воспоминания… Мой зыбкий сонный мир демонов мне опостылел… Находясь в нём, я грезил о том закате, когда наши судьбы с Лилио стали едины. О коротком миге перед тем, как… – он хмыкнул. – Как я сделал свой выбор в пользу войны.
– Иногда уметь сделать выбор – большое счастье, – прошептала Дженна, опустив глаза. – Метания доставляют столько страданий…
– Ты так и не сумела сделать выбор? – Дэзерт внимательно посмотрел на собеседницу.
– Я не уверена… Особенно после того, что ты сказал в Клыках Салжу…
– Слушаю тебя и вспоминаю, как хорошо быть демоном, – без тени иронии проговорил мужчина. – Чем больше сердце, тем больше с ним сложностей…
– Это так странно… – Дженна улыбнулась сквозь непрошеные слёзы. – Любить двоих…