Евгения Потапова – Волшебная монетка или крадник (страница 3)

До дома пришлось добираться пешком, денег на проезд не было. Тот пятачок, что подарила мне Юленька тратить не стала, ведь он же может привлечь к себе удачу и благосостояние.

Подхожу к двери, а она приоткрыта. Из-за соседней квартиры выглядывает баба Валя.

– К тебе тут кажется залезли воры, – сказала она тихо.

– Они еще там? – спросила я шепотом.

– Нет, я их спугнула, – ответила она, – Поднимаюсь наверх, а тут парень меня какой-то обогнал и начал орать "Шухер, шухер". Они из твоей квартиры выскочили и мимо меня вниз пробежали, чуть меня с ног не сбили.

– Милицию вызвали? – спросила я.

– Нет, не сообразила что-то, сейчас вызову, – сказала бабушка.

– Не надо пока, я сама вызову, – поморщилась я.

В квартире творился полный разгром, все вещи валялись на полу. Видно искали деньги и золото. Прошла в спальню и заглянула под кровать, шкатулка стояла на месте. Содержимое шкафов было раскидано по полу, кровать перевернута.

Я вдруг представила, что сейчас приедет милиция и будет топтаться по моему белью, пачкать мебель, снимая отпечатки, задавать вопросы. Займет уйму времени, а толку никакого. Слезы текли по щекам. В комнату заглянула баба Валя и ахнула.

– Наденька, милицию то вызывать? – спросила она меня участливо.

– Не надо баба Валя, не украли вроде ничего, – я размазывала слезы по щекам, – Надо вот замок новый поставить, а у меня кошелек украли, денег нет совсем.

– Не реви, у меня замок новый есть, я его тебе так отдам. Сейчас Ваську слесаря найду и он тебе все поменяет, – сказала она и исчезла за дверь.

Появилась через пару минут, сунула в руки стакан с валерьянкой и снова пропала за дверь. Валерьянку я выпила залпом, и принялась собирать барахло с пола. Все же они у меня украли шубку каракулевую и шапку норковую, но все это было неплохо поношено.

Часть вещей были сложены в наволочки от подушек, какие продуманные воры. Положили туда два Петиных пальто, его шапку, мое пальто. В верхнюю одежду засунули хрустальные вазы. Кстати, можно продать пару салатников, погоды они мне не сделают, все равно этого добра в избытке.

Через полчаса появился Васька слесарь, который поменял мне замок. Заплатила ему за работу баба Валя, а я теперь еще и ей должна трешку. Жизнь меня что-то последнее время не балует.

Часть четвертая

Половину ночи стирала руками белье. У нас хоть и была машинка стиральная, но вот кружева и тонкие сорочки она рвала. В машинку отправилось постельное белье. Сначала плакала, было противно и неприятно, а потом как-то успокоилась.

Стала в мыслях перебирать все варианты, вещей у нас было много, от половины можно смело избавиться, и не заметно будет. Схожу к Пете на работу, может, отдадут его зарплату. У себя напишу заявление на материальную помощь. Буду требушить Петиных должников. План действия составила и как-то сразу легче стало.

Утром встала пораньше, чтобы придти на барахолку одной из первых и занять хорошее место. Вчера мне наверно не повезло из-за того, что встала не там. В сумку положила два больших хрустальных салатника и две пары обуви, и отправилась за деньгами.

На рынке уже бродили продавцы, подыскивая себе хорошие места. Я встала посередине, чтобы мимо меня никто не прошел. Светало, народ начал подтягиваться за покупками. Занимали соседние места разные граждане, бабушки со старинными статуэтками, вязаными носками и шалями, огромные детины с разными деталями и запчастями. Здесь можно было найти все, что угодно, и продать все, что завалялось.

Однако, удача снова от меня отвернулась. Люди покупали у моих соседей, но проходили мимо меня, даже не спрашивая. Вдруг около меня произошла стычка между карманником и ответственным гражданином. Они слегка подрались, и один из них наступил в мой салатник, и раздавил его. Я стала кричать и ругаться, что, дескать, испортили вещь, платите. Проныра карманник исчез, а инициативный гражданин обозвал меня спекулянткой. Он бросил три рубля на осколки и сказал, что эта посудина больше не стоит. А я ведь за него восемнадцать рублей отдала. Спорить с ним было бесполезно.

Подобрала треху, сунула ее в карман. Посмотрела на осколки, решила их в коробку из-под обуви собрать. Туфельки так и стояли на газетке. Сложила остатки вазы в коробку и закрыла крышкой. Постояла еще полчаса и стала собираться домой. Стала в сумку все складывать, поворачиваюсь, а коробку с осколками кто-то украл. Мне даже смешно стало. Вот он хватает, несет, заворачивает за угол, открывает, а там битое счастье.

Опять день в пустое прошел, да еще и в минус. Пошла в ближайший гастроном, купить кое-каких продуктов на "щедро" выделенные три рубля. Приобрела полтора килограмма говяжьих костей на суп, вышло на полтора рубля. Продавщица дала сдачу мелочью. Я задумалась и забрала ее. Зашла в соседний отдел за овощами, и вдруг поняла, что она мне не отдала рубль. Вернулась, а эта дама утверждает, что я сама растяпа, а она мне все отдала и мерзко так улыбается. Я аж от такой наглости ничего не смогла сказать.

На оставшуюся мелочь купила немного картошки, лука и морковки. Осталось пятнадцать копеек, только на три поездки в автобусе. Докатилась, денег только на проезд. Может все же мне в понедельник повезет и мне отдадут долги.

Дома наварила щей полную кастрюлю, буду, есть всю неделю. Спасибо бабе Вале за квашеную капусту, она отлично прижилась в супе. Как там мой Петенька, что он там ест.

У меня по понедельникам с утра пар нет. Взяла два Петиных пальто и отправилась в комиссионку. Ему каждый год по службе выделялось пальто осеннее или зимнее, обувь на один из сезонов, головной убор. Давали талоны и мы шли либо покупали, либо шились в специализированном ателье. У него за годы работы этих пальто новых накопилось целый шкаф.

Девушка в комиссионке внимательно осмотрела пальто, одно и второе.

– Сколько вы за них хотите? – спросила она.

– Двести рублей, – тихо сказала я, боясь что она сейчас мне откажет.

– Хорошо, вот вам квитанции на одно и на другое, – выписала она мне бумажки, – Получать деньги приходите с паспортом. Сразу предупреждаю, сейчас не сезон и размер неходовой, так что может висеть и две недели и месяц. Через две недели, если они не продадутся, то мы уценяем на десять процентов.

Я кивнула головой и поставила на прилавок Петины финские зимние сапоги. Он их практически не носил, они ему давили. Она их сразу схватила и стала вертеть в руках.

– Сколько? – спросила она, затаив дыхание.

– Сто, – ответила я.

– Приходите через три дня за деньгами, – сказала она и выписала квитанцию.

Пальто она сразу повесила в зал, а вот сапоги на витрину так и не попали. Значит, в среду мне точно отдадут за них деньги.

Заскочила к Пете на работу, прошла сразу в бухгалтерию. Всех девочек из отдела я хорошо знала. Обратилась к главбухше с просьбой отдать его зарплату, что тут началось. Она подняла такой крик, она так вопила, что я проходимка, и что мой муж взяточник, и все в том же духе. Выскочила оттуда вся в слезах и соплях. В спину услышала злорадный возглас: "Так ей и надо, пусть теперь на свою учительскую зарплату поживет, покрутится, как мы".

На работе мне вернули вместо обещанных двадцати рублей один рубль. Вот это даже было не смешно. Кое-как отвела занятия. Коллектив меня избегает. Сижу в кабинете одна и смотрю на этот злосчастный рубль, куда его применить и что на него купить. Тут заходит Юленька, вся светится от счастья, в новой блузке.

– Поздравьте меня Надежда Петровна, мне предложили работу мастером профессионального обучения в ПТУ с окладом в 120 рублей, плюс за руководство будут двадцать рублей доплачивать. А еще мне папенька расщедрился и прислал двести рублей. Я себе вот блузку новую купила. И у меня сегодня свидание с летчиком, он между прочим военный, старший лейтенант, – щебетала она.

– Поздравляю, значит, увольняешься от нас? А жить где будешь? – спросила я.

– Там общежитие дают малосемейку, – она радостно улыбалась, – Я тут, на полставки останусь, уже договорилась с деканом. Будет у меня хорошая зарплата, больше вашей.

– Я рада за тебя, – я ей улыбнулась.

– А у вас, как дела? – спросила она.

– У меня все хорошо. Ты, прости, мне болтать некогда, сейчас супруг домой придет, а ужин не готов.

Я быстро собралась и направилась к выходу.

– Надежда Петровна, вы меня простите, пожалуйста, мне на свидание сегодня идти, а юбки никакой подходящей нет. Вы мне что-нибудь не одолжите? – она хлопала ресницами и смущалась.

– Нет, Юленька, боюсь, ты в моих юбках утонешь, до них тебе еще размера два, а то и три набрать.

– Я ушью, – сказала она.

Я остановилась и внимательно на нее посмотрела.

– Юля, у соседок по общежития найдется что-то подходящее и модное, и ушивать не придется, – ответила я с нажимом.

– Ну, да, – ответила она разочарованно, – Вы правы.

– Удачи тебе на свидании, – сказала я и вышла из кабинета.

Часть пятая

Шла домой, и обида меня душила, кругом одни лицемеры, хотя я наверно просто раньше на это внимание не обращала. Отмахивалась от видных мелочей, а сейчас все повылазило, как прыщи при юношеском взрослении. Не буду сегодня об этом думать, домой приду щей поем, книжку какую-нибудь хорошую почитаю, телевизор посмотрю.

Зашла в магазин купила сметаны и хлеба, полкило серых макарон и плавленный сырок. Завтра с собой на работу возьму макароны с сыром, не каждый же день щи таскать. Оставила мелочь только на проезд. Завтра может быть, еще кто-нибудь сподобится мне отдать долги.