Евгения Потапова – Клара Карловна (страница 5)

— Не-а, — помотала головой Клара.

Дед тяжело вздохнул. Семён вытащил из-под стола целую банку с икрой и отдал её деду.

— Держи, отец, сейчас всем туго.

— Вот тебе спасибо, вот уважил, — просиял дед. — Не зря я тебя водкой угощал.

— Не зря, — хмыкнул Семён.

— Ладно, Сёма, пойдём мы, — встал из-за стола Андрей. — Навестим твоё начальство.

— Осторожней там, а то ведь положат и не посмотрят, что ты мент, и скормят собакам.

— Ты за меня не переживай, всё нормально будет, — Андрей на несколько секунд изменился, подмигнул ему красным глазом и вернул свой прежний облик.

Семён резко шарахнулся от стола и упал на пол.

— Вы кто? — он стал таращиться то на Клару, то на деда, то на Андрея.

— А ты, Сёма, пей, пей водочку, ещё и не такое увидишь, — усмехнулся Андрей.

Дед Василь прижал к себе банку с баклажанной икрой.

— Не отдам, — сказал он и быстрым шагом направился к выходу.

Они вышли из котельной в морозный вечер.

— Эх, зябко, — поёжился дед. — А дома вообще холодина.

— Давай я вас в квартиру Кларисы отвезу или, так уж и быть, сидите в моей комнате, — сказал Андрей. — Топить-то есть чем?

— Найдём, — хмыкнул дед Василь. — Но лучше в квартиру, там-то сразу тепло будет, да и ванная с горячей водой.

— Ну, давай в квартиру, а потом мы к нашему этому сгоняем с Кларой.

— Можно взять и Карину, — предложила Клара. — Она любит всякие такие вещи, заодно и подкрепится птичка.

— Карина — это которая гарпия? - уточнил Андрей.

— Она самая, — кивнула Клара.

— Можно и её взять или наших охотников-оборотней, - предложил Андрей.

— Ага, вот только неизвестно, пришёл ли в себя Митяй или нет. Тем более они предпочитали воевать с нечистью, а не с людьми.

— А вот этот, который оставил без тепла несколько домов, он человек? — хмыкнул Андрей.

— Не думаю, — фыркнула Клара.

— Давай, дед, выводи всех, а я пока машину прогрею, — сказал Андрей.

Дед Василь, прижимая банку с икрой, кивнул и заковылял к подъезду, бормоча что-то под нос. Клара лениво шла рядом, надувая очередной пузырь из жвачки.

Андрей достал ключи и подошёл к припаркованной в стороне машине — старенькой «Волге», покрытой слоем снега. Он чиркнул замком, открыл дверь и сел за руль. Двигатель заурчал нехотя, но через пару минут прогрелся, и из выхлопной трубы повалил густой дым.

На переднее сиденье плюхнулась Клара.

— У тебя там дым валит из трубы, — сказала она. — Ты бы купил себе что-нибудь поновее. У тебя же была эта… как её… «четвёрка», что ли. Куда ты её дел?

— Стоит на ремонте, — поморщился Андрей. — Сейчас она пробздится, и всё будет путём.

— Она же жрёт, как последняя голодная собака.

— Какая ты умная, — хмыкнул Андрей. — А чего ты не за рулём? Купила бы себе тоже какую-нибудь тарантайку импортную.

— Моё тело слишком юное для этой дряни, — улыбнулась она.

— Слушай, а чего ты в нём до сих пор торчишь? Ты же можешь теперь выбрать себе любую тушку.

— А ты чего торчишь в этом? — Клара кивнула на него.

— Оно мне нравится.

— Вот и мне это нравится. Я раньше не понимал, хотелось быть бруталом, этаким мачо. А оказывается, вот в этом можно собрать столько человеческой энергии, что даже не поместится. Так я теперь могу в слабых, сирых и убогих обращаться. Веселуха же. Стало скучно — и вот я уже бабка с авоськой шкандыляю в жилищную контору, или в поликлинику, или на почту, или в сберкассу, или вообще еду в восемь утра на автобусе и со всеми собачусь.

— Ну ты звезда, — рассмеялся Андрей. — А народ едет утром и думает: «И куда этим старухам надо в такую рань?» А это просто демон развлекается.

— А то, — подмигнула Клара.

Тем временем из подъезда вышла Любка, за ней — дед Василь, а следом ковылял Николай в верблюжьем одеяле.

— Жалко Николашку, — Андрей посмотрел на компанию убогих друзей. — Он же не виноват, что его эта грымза из больницы поработила, а они его всё равно наказали, да ещё так. Неизвестно, сколько он ещё продержится в этом теле.

— Он собрался выходить на работу к тётке Акулине.

— У него разум совсем помутился?

— От слабости и дряхлости тела ещё не такое на ум может прийти, — покачала головой Клара. — Открой им багажник.

Андрей выскочил на улицу, забрал у них сумки и чемоданы и засунул всё в багажник. Николай, дед Василь и Люба устроились на заднем сиденье автомобиля.

— Тут хоть тепло, — сказала Люба и поёжилась.

Выглядела она неважно.

— Не ходи больше в свой детский сад, — сказала ей Клара. — А то совсем помрёшь.

— Тогда меня уволят.

— Ты помрёшь раньше, чем тебя уволят. Это я точно тебе говорю, — нахмурилась Клара.

— Надо будет в этот садик заглянуть, — проскрипел с заднего сиденья Николай.

— Ага, вот только тебя туда и посылать, — усмехнулся Андрей. — Вон Кларе скучно, пусть займётся чисткой.

— Угу, мне одной что-то туда лезть не хочется.

— Ну возьми эту свою… ангела Аду. Навести подружку, а то, может, она опять там чудит.

— Обязательно, — кивнула Клара.

Андрей выехал со двора и рванул в сторону квартиры суккуба.

Новые обстоятельства

Быстро добрались до квартиры суккуба. Андрей выгрузил сумки с чемоданами из багажника.

— Вы сюда на всю жизнь, что ли, переселяетесь? — проворчал он, рассматривая поклажу.

— Взяли всё самое необходимое, — почесал затылок дед.

Он выудил из салона большую кастрюлю.

— Вдруг у неё посуды нет. Как мы будем головы варить?

— Какие головы? — мрачно спросил Андрей.

— Свиные, — с хохотом ответил дед. — Ты бы видел свою рожу.