Евгения Потапова – Карл у Клары (страница 2)

В животе утробно заурчало, энергия снова стала падать.

– И тело мне какое-то несовершенное подсунули, – подумал Карл, – Ну, да у них явно стояла задача меня угробить, а не дать выжить.

В коридоре ругались мать с сыном.

– Не включай пока музыку, у меня голова раскалывается и давление скакануло, – говорила на повышенных тонах бабка.

– Ты хочешь, чтобы все соседи слышали, чем я тут занимаюсь? – взвизгнул сыночек.

– Ты потерпеть не можешь полчаса?

– Нет-нет, почему я должен терпеть?!! Я хочу, мне надо, я не могу без этого, мне плохо. Ты понимаешь, мне плохо? – визжал он на высоких нотах. – Ты, ты, ты меня не любишь, я выброшусь в окно. Нет, я сначала убью тебя, а потом выброшусь в окно. Ненавижу, ненавижу тебя.

– Неблагодарный, я всё для тебя делаю! – возмущенно воскликнула старуха.

– Да пошла ты.

Входная дверь хлопнула, и в квартире стало тихо. Клара тихонько пошкрябалась. Дверь тут же распахнулась, и перед ней предстала тетка с перекошенным лицом.

– И не старуха она вовсе, что мне там так показалось? – подумал он.

– Чего тебе? – зло спросила она.

– Я есть хочу, – пролепетала Клара.

– Еще одна нахлебница, – поморщилась хозяйка квартиры.

Из-за нее выглядывала огромная черная псина, которая в зубах держала ребро.

– Человеческое, – отметил Карл про себя.

Собака окинула его безразличным взглядом и ушла догрызать свою кость куда-то вглубь коридора.

– Иди на кухню, там тебе Надька каши положит, – сказала тетка.

– Надька?

– Дочка моя.

– Хорошо, – кивнула Клара и направилась на кухню.

– А ну стоять, – скомандовала тетка, – Ты чего мою приличную кофту на себя напялила? Сымай давай.

– Так холодно же, не топят еще.

– Ничё, сынок придет, он тебя согреет, – она мерзко засмеялась.

– Не буду снимать, – Клара посмотрела на хозяйку квартиры исподлобья.

– Ах ты мерзкая маленькая шлюшка, – тетка со всей силы ударила по плечу Клару и сразу отлетела от нее к входной двери.

– Ох, ох, – стала она растирать руку. – Это что такое? Ты с вешалкой что ли ее напялила? Я руку не чую совсем.

– Ещё бы, – хмыкнул Карл. – Зато я немного подкормился.

Девчушка развернулась и потопала на кухню. За столом сидела молодая баба и ела кашу с мясом из миски. Она посмотрела на Клару безучастным взглядом.

– Мне бы покушать, – тихонько сказала девочка.

– Сама себе наложи, вон в кастрюле, – она кивнула на плиту.

Карл открыл крышку, и его чуть не вывернуло.

– Вот твари, – подумал он, – А еще говорят, что мы нечеловеческое отродье. Мы хоть не жрем себе подобных.

Он выбрал кашу, отбрасывая от нее куски мяса. Наложил себе полтарелки. За стол садиться не стал, расположился около окна и стал потихоньку поедать кашу. Смог съесть пару ложек, больше не лезло, слишком сильный запах был у блюда.

В коридоре верещала хозяйка жилья, в ее правой руке так и не появилась чувствительность. Зато Карл себя чувствовал отлично. В принципе, можно было бы и свалить из этого адового места, но идти было некуда.

– Какое сегодня число? – спросил он у Надьки.

– Тридцатое октября, – ответила она.

– А год?

– Девяносто пятый.

– Свезло, – хмыкнул Карл. – Еще бы меня во времена чумы в Европу засунули или разгула инквизиции.

Остатки каши были отданы собаке.

– Сама потом убирать будешь. Она уже какой месяц сидит на мясе, – фыркнула Надька.

Она помыла за собой миску и вышла из кухни.

– Мать, я пошла. Хватит верещать, намажь чем-нибудь руку. Голова от твоих воплей болит, – сказала баба. – И это, девка какая-то странная, я бы ее выгнала.

– Ты чего? Нам потом от Сашеньки достанется, сама знаешь, каким он бывает, когда в бешенстве.

– Мне кажется, проблем с ней огребем. Она не собаку не боится, да и вообще ведет себя, словно в гости зашла, ничего ее не пугает.

– Просто маленькая еще, ничего не понимает. Сашка ее быстро в чувства приведет.

– Угу, приведет, – усмехнулась Надька. – Как бы она его не привела.

– Ты же все равно сейчас мимо затопленного котлована пойдешь, захвати мешок, выкинешь все, – сказала ей мать.

– Вот не надо мне этого. Это ваши с Сашкой дела, не нужно меня в это еще вмешивать. И так квартиру незнамо во что превратили, еще и помогать я вам в этом должна. Обойдетесь.

Надька ушла из дома, а маманя направилась в кухню.

– Чего тут торчишь? Украсть, поди, чего хочешь? – прищурилась она, с подозрением поглядывая на Клару.

Карл оглядел обшарпанную кухню, заваленную мисками, кастрюлями, банками и ведрами.

– Ага, вон ту кастрюлю на десять литров, – хохотнул он.

– Вот дурында. Пошла вон из кухни.

Клара вернулась снова в большую комнату. Тетка потопала за ней следом. Она включила телевизор, уселась в кресло, достала вязанье и попыталась что-то там повязать.

– Что же у меня с рукой, – поморщилась она. – Никогда такого не было. Это все ты виновата, напялила мою кофту и снимать не захотела. Сашка придет, чтобы сняла, а то он ее всю изгваздает.

Из соседней комнаты донеслись стоны и всхлипывания. Тетка встала со своего места, прикрыла дверь в зал и прибавила звук у телевизора. Клара свернулась клубочком на диване и задремала. Хозяйка смотрела какой-то сериал и комментировала его.

Вдруг в коридоре раздался грохот. Тетка быстрой ланью рванула на балкон и закрыла за собой дверь. В комнату ворвался Сашенька и с силой сдернул Клару с дивана. Схватил ее за шею и поволок в соседнюю комнату. От мужчины разило алкоголем. Он включил свет в спальне, и перед Кларой предстала ужасная картина. На кровати совершенно голая лежала молоденькая девушка. Все ее тело было покрыто язвами, ранами и ожогами. В углу, на полу, в позе эмбриона валялась другая. Обе еще были живы.

– Смотри, смотри, что я могу, что я с ними сделал. Это я все сделал, – орал он.

Карл смотрел на них безучастным взглядом, за свою долгую жизнь он повидал всякого. Сейчас его волновало только одно – энергия, которая бешеными импульсами поступала в его тело. Там такой был коктейль из разных чувств, что ему немного вдарило в голову. Только бы это животное не убрало руку от шеи.

– Ты чего? – тряхнул он ее, как котенка. – Ты не понимаешь, что я могу сделать с тобой то же самое?

Саня ожидал от нее страха, мольбы о помощи, ужаса в глазах, а получил полное безразличие.

– Ага, ты впала в ступор от страха!!! – торжественно и зло сказал он. – Я сейчас тебе покажу, я тебе покажу.

Он отшвырнул от себя Клару и кинулся к магнитофону, но на полдороги запнулся и упал.