Евгения Оман – Убойный коктейль с зонтиком (страница 22)

Ян пришел на удивление рано. И с тем же странным выражением лица, что было с утра у Яны. Может у них в семье проблемы? Родственник какой-то умер или типа того. Ясно же, что они брат с сестрой, хоть и отмалчиваются. Надя только дважды видела их вместе. И оба раза это были какие-то языческие праздники. Почему-то в эти ночи посетителей особо много и оба бармена встают за стойку. Правда, в Самую Длинную ночь, когда Ян внезапно пригласил Надю погулять на ярмарку, Яне пришлось отдуваться одной. От воспоминаний Надя невольно покраснела. Да, все вышло не так, как она рассчитывала, но все равно было здорово. Захотелось как в романтических комедиях прижать руки к груди и издавать смешные звуки умиления. Но это показалось ей совсем неуместным. К тому же в зал вошел посетитель.

Надя уже видела этот смешного мужичка в мятой фетровой шляпе. Он заходил редко, но всегда сидел допоздна. Садился обычно за стойку и долго болтал с Яном. А вот в смены Яны его никогда не было. Видимо, он как-то прознал расписание барменов и ходил к своему любимчику. Но сегодня он вел себя странно. Сел за столик в углу, ничего не заказывал и пялился на Надю, когда думал, что она не видит. С Яном даже не поздоровался.

– Я тогда пойду? – спросила Надя, снимая фартук.

Ян рассеянно угукнул в ответ, даже не взглянув в ее сторону. Не то, чтобы Надя чего-то ждала: она видела, что он влюблен в унылую девицу-медсестру. Но видеть бармена в подобном состоянии было очень непривычно. А все непривычное заставляло ее нервничать.

– Близнецы не заходили? – спросил вдруг Ян, когда она уже почти зашла в подсобку за вещами.

– А должны были? Они обычно попозже приходят.

Надя прекрасно понимала, о ком идет речь и слегка удивилась вопросу. Братцы и правда обычно приходили позже. Точнее, это Ян сегодня пришел слишком рано.

– У тебя все хорошо? – не выдержала Надя напряженного молчания. – Яна с утра тоже была в расстроенных чувствах. Случилось чего?

– Все путем. – натянуто улыбнулся Ян. – Не обращай внимания.

– Как скажешь. – пожала плечами Надя. – Тогда доброй ночи.

Она забрала пальто и сумку, переобулась в уличную обувь и направилась к выходу. На прощание кивнула мужичку за столиком, который продолжал на нее пялиться. Жорж, его зовут Жорж. Ян в шутку называл его Наседкиным из-за слишком надоедливой жены. Кажется, она его совсем загнобила. Может, потому он и уселся в уголке, что не хотел рассказывать при Наде? И смотрел на нее, мечтая, чтобы она поскорее ушла. В любом случае, теперь ему никто не помешает. Обидно только, что Ян сегодня какой-то сонный.

Надя свернула в тихий переулок, чтобы срезать путь домой, и по ее спине пробежали мурашки. Обычно здесь горел фонарь над служебным входом магазина одежды, но сегодня почему-то было темно. Лишь с улицы в арку пробивался свет и Надина тень унылой кляксой растянулась в желтом пятне на обледеневшей мостовой. Все-таки март в их краях считался весной лишь на бумаге. Надо бы ступать осторожно, чтобы снова не навернуться на льду.

Огни соседней улицы призывно маячили впереди. До них нужно было пройти каких-то тридцать или сорок шагов по темному проулку, но Надя не могла сделать и одного. Что-то словно мешало ей войти в темноту. Может лучше вернуться и обойти по нормальной дороге? Мало ли что там притаилось во тьме?

– Ты чего, мать? – вслух упрекнула себя Надя. – Просто лампочка перегорела, вот и все. С каких это пор ты боишься темных подворотен?

Надя их и правда не боялась. А с тех пор, как вступила в игру с Городом, воспринимала их как сундуки с сокровищами. Именно в таких невзрачных и неприветливых на вид местах скрывались самые удивительные секреты. И Надя быстро научилась их находить. Может и на этот раз Город приготовил ей новый сюрприз и погасший свет лишь проверка на прочность? Наверняка так и есть. Она всмотрелась в чернильную тьму, будто бы отгородившую ее от шумной многолюдной улицы. Словно она стояла на крошечном островке света в море мрака и смотрела на далекий берег. Почему-то Наде показалось, что стоит ей шагнуть во тьму и ноги потеряют опору. Она полетит в пустоту непроглядной тьмы. Что тогда с ней случится?

Кончики пальцев похолодели, по спине скатилась капля пота, в ушах зашумела кровь. Страх, холодный и липкий, окутал ее с головой. Развернуться и бежать назад к свету! Пока тьма не заполнила все, поглотив ее крошечный остров. Она попятилась, не отрывая взгляда от огней на другом берегу, и внезапно во что-то уперлась спиной. Что-то мягкое и теплое.

– Прошу прощения. – заговорило «что-то». – Я вас не заметил.

Голос показался Наде знакомым. Она развернулась и с удивлением уставилась на Жоржа. А он-то что здесь делает? Вышел прямо вслед за ней из бара? Может сонный Ян не лучший собеседник?

– Ничего страшного. – она мотнула головой. – Это я тут пячусь, как задумчивый рак. Так что извиниться стоит мне.

– Надо же! – воскликнул Жорж. – Да вы же Надя! Мы же только что простились в баре. Вы тоже ходите этой дорогой?

– Да. Так короче. Правда, обычно тут не так темно.

– Это точно. – Жорж печально улыбнулся. Кажется, он по-другому просто не умел. – Ну теперь нас двое. Так что будет не так страшно.

Он решительным жестом приобнял Надю за плечи и слегка подтолкнул вперед. Ей даже мысли не пришло сопротивляться. Влекомая его движением, она сделала шаг в темноту. Потом еще один и еще. Когда они были уже на середине темного проулка и их со всех сторон окружал непроглядный мрак, что-то в Жорже вдруг переменилось. Его рука на плече стала тяжелее, хватка – крепче, дыхание над ухом горячее и порывистее. Резким и на удивление грубым движением он развернул ее к себе лицом и вместе с ней шагнул к стене. Надя спиной ощутила холодный, чуть влажный кирпич.

Руки Жоржа прижимали ее плечи к старой кладке с такой силой, будто бы хотели проломить ею стену. Он смотрел ей в глаза и глаза его слегка светились в темноте за стеклами очков. Фетровая шляпа слетела, обнажив лысеющую голову. Его губы растянулись в улыбке и Надя ощутила на лице его ненормально горячее дыхание.

– Вот ты и попалось, порождение. – прошипел он замогильным голосом. – Теперь тебе не убежать и не спрятаться. Как же вкусно ты пахнешь!

Жорж втянул ноздрями воздух и Наде показалось, что из нее высасывают душу. Огоньки глаз Жоржа стали расплываться, в ушах опять зашумела кровь, по телу разлилась пугающая слабость. Надя поняла, что просто висит в руках мужчины, а ноги ее больше не держат. Она не могла отбиваться, не могла даже позвать на помощь. Она растворялась во тьме, теряла ориентиры и саму себя. И сквозь ужас понимала, что ей это нравится. Как прекрасно стать ничем! Просто частью огромного черного моря. Без страха и боли. Без эмоций и несбыточных желаний. Частью первозданной Тьмы, из которой она рождена. Тьма пела ей свою песню. Древнюю и вечную, как само Мироздание. Колыбельную для раненой души. Словно сотни колокольчиков звенели в унисон, создавая безупречную гармонию.

Но вдруг в эту чудную мелодию ворвался чей-то голос. Крик на незнакомом языке. Грубый и определенно угрожающий. Песня темноты прекратилась. Жорж истошно завизжал у нее над ухом, его руки ослабли и Надя медленно сползла по стене. Переулок осветился яркой вспышкой голубого пламени. Будто кто-то поджег алкоголь. Может это Ян готовит один из своих убойных коктейлей? Правда, его пойло горит не так ярко.

Надя повернула голову. На островке света у входа в переулок стоял человек. Свет из-за спины не давал разглядеть его как следует. Но судя по длинной бороде он был не молод. Он произнес еще какие-то слова и новые вспышки синего пламени сорвались с его рук. Они вонзились в тело Жоржа и тот с мерзким визгом выгнулся дугой под неестественным углом. Изо рта, ушей и носа повалил вонючий дым. Глаза, зло глядящие во тьму, постепенно тускнели. Чтобы это ни было, оно погибло в языках этого жуткого пламени.

В наступившей тишине раздались шаги на улице. Высокая поджарая фигура вбежала в подворотню и застыла в круге света. Ян! Без куртки, в барном фартуке. В одной его руке светился посох, в другой – ключи на металлическом кольце. А на голове поверх волос сиял лавровый венок.

– Надя! – заорал он, выставляя вперед посох.

– Опоздал, демиург. – хрипло усмехнулся человек с бородой. Ну да, по голосу он точно старик. – Я уже все сделал за тебя. Так что убери свою палку, не пугай девчонку раньше времени.

Посох и связка ключей исчезли. Погас и лавровый венок. Ян уверенной походкой направился к ней, взмахом руки зажигая погасшую лампочку. Надя так обессилела, что даже удивиться не сумела. Зато наконец-то разглядела сцену боя. Рядом с ней неопрятной кучей лежало тело Жоржа. Признаков жизни он не подавал. У входа в переулок стоял старик такой яркой наружности, что его можно было разглядывать долго. Седая борода до пояса, дреды из седых волос, десяток бус и амулетов. И непроглядная живая тьма в глазах. Такая же, в какой она сейчас тонула.

– Ты в порядке? – Ян загородил ей обзор, опустившись рядом с нею на колени. – Как себя чувствуешь?

Чувствовала она себя не очень. Но отвечать на вопрос не хотела. Она хотела задавать свои.

– Ян, это что сейчас было такое?

– Ёкай. Или попросту демон. – вместо Яна ответил старик. – Злобный дух, пожравший тень этого несчастного и завладевший его телом. Он и твою тень хотел сожрать. Такие, как ты, для него особое лакомство.