Евгения Ник – Он мой Март (страница 13)
— Да ну на фиг! — шиплю разгневанной кошкой. — Жданов ну ты и гад…
Бросаю взгляд на тумбу. Даже записки в этот раз не оставил. Да, чтоб его черти драли. Влюбился он… Как же!
— Вчера влюбился, а сегодня протрезвел и испарился, — ворчу вслух, вылезая из-под одеяла. Подхватываю с пола плед и кутаясь в него, выхожу из спальни.
— Марат? — зову в пустоту.
Тишина. И почему я не удивляюсь?
На глаза моментально слезы от обиды набегают. Быстрым шагом иду в ванную и наспех принимаю душ. Возвращаюсь в спальню, одеваюсь. В этот момент раздается щелчок дверного замка. Замираю. Вернулся?
Быстро смахиваю слезы и выглядываю из спальни.
Жданов, стараясь не шуметь, аккуратно снимает ботинки, держа в руках огромную корзину с белыми тюльпанами.
— Словно корзина подснежников из мультика “Двенадцать месяцев”, — говорю с улыбкой.
— Ох, ёпт! — вскрикивает Марат и вперивается в меня взглядом. — Напугала меня. Проснулась?
— Угу.
— Опоздал, — роняет с досадой. — Первым делом машину от бара забрал. И хотел тебе сюрприз сделать. Восьмое — завтра, но я решил… в общем, вот, — протягивает мне корзину.
— Красивые, — забираю и сразу же утыкаюсь носом в маленькие бутончики. — Нежные... Мне никогда таких не дарили, — говорю смущенно. — Некому было.
— Теперь есть.
Марат подходит ко мне и целует в губы. Недолго. Потому что замечает, что я полностью одета. Осталось только пальто и обувь накинуть.
— Почему одета? Хотела смыться по-тихому?
— Я думала, это ты сбежал.
— После твоих откровений про куклу вуду как-то боязно теперь необдуманные поступки делать, — смеется он.
— Вот и правильно. Бойся моего праведного гнева.
Всю субботу мы провели в постели, смотрели боевики, ели блюда из доставки и занимались… любовью? Ну конечно ею, не сексом же!
В воскресенье, неожиданно для меня Жданов решил познакомить меня со своими родителями. Сказать, что меня охватил шок и паника? Это очень сильно преуменьшить. Но в итоге я согласилась.
Владелец “Малинов” и, так сказать, по совместительству, отец Марата, в домашней обстановке уже не так пугал, а мама и вовсе оказалась добродушной и веселой женщиной. А еще у них дома целых три карликовых пуделька. Такие милахи. В общем, приняли меня хорошо и ужин удался.
Вечером Жданов отвез меня домой. Мы долго стояли у моего подъезда и все не могли попрощаться. Не хотелось. Уж не знаю, о чем он думал, но мне казалось, что завтра наступит понедельник, и сказочная карета окажется самой обычной тыквой. Волшебство растает. И я снова стану просто Сазоновой Ольгой Егоровной — помощницей руководителя отдела контроля качества. Девушкой из маленького прекрасного городка Камень-на-Оби.
— До завтра. Спасибо за вечер, — кое-как смогла выдавить из себя.
— Оль, не убегай завтра на работу. Вместе поедем. Буду ждать у твоего подъезда в восемь утра.
— Хорошо, — согласилась и потянулась на носочках, чтобы поцеловать его.
И поцеловала.
— А может… и я влюбилась, — улыбнулась и сбежала от Марата в подъезд.
Дверь за моей спиной захлопнулась с тяжелым звуком. Я обернулась, прикладывая руки к груди. Точно влюбилась.
Глупая, счастливая улыбка не сходила с лица до самой ночи.
Утром проснулась раньше будильника. Быстро привела себя в порядок, стараясь не слишком усердствовать с макияжем — не хотелось, чтобы Марат подумал, что я так ради него старалась. Пусть это и правда.
Выглянула в окно — он уже ждал. Ходил из стороны в сторону. Какие-то невидимые соринки стряхивал со своей куртки, на экран телефона поглядывал.
Меня ждал.
Спустилась вниз, волнуясь, как школьница на свидании с мальчиком. Всего ночь прошла, а я так соскучилась.
Жданов стоял, прислонившись к машине, и улыбался.
— Доброе утро, — сказал он, открывая мне дверцу. Замешкался, подошел сам, крепко обнял, отрывая меня от земли. — Ты каким-то шквальным ветром ворвалась в мою жизнь. Все с тобой быстро и стремительно закрутилось.
— Это плохо?
— Нет. Но этой ночью, я от тоски чуть подушку не сгрыз. Оль, я тут подумал — переезжай ко мне?
Заглянула в его глаза, кивнула, в губы поцеловала.
— Знаешь, раньше я терпеть не могла первый месяц весны. Грязь, слякоть, перепады температур…
— А теперь?
— Теперь полюбила. Март, всегда будет ассоциироваться с тобой.
— Март полюбила или меня?
— Жданов, ты и есть мой
— В таком случае, ты, моя внезапная