Евгения Мэйз – Секретарь для дракона. Книга 2 (страница 61)

Нести бред, приправленный правдой очень легко, необходимое условие — хорошее настроение и, чтобы собеседник разделял твое чувство юмора. Дразнить дракона его возрастом, когда как не сейчас? Ведь теперь все раздражающие факторы далеко позади.

Месть так сладка. Я улыбалась, предвкушая реакцию.

— Может, ну ее эту свадьбу? Наймем тебе сиделку, к лекарям тебя поводим? К врачам на худой конец запишем?!

Дракон молча выслушал меня, так и не дав ответа ни на один мой вопрос, может потому что был обескуражен, а может потому что раздумывал над моим предложением. Я повернулась к нему, рассматривая его. Уголок его губ дернулся, выдавая улыбку.

— Ты долго будешь дразнить меня этим?

— Ммм, не знаю, — довольно протянула я и пожала плечами.

Не уверена, что это мне когда-нибудь надоест. Главное этим не злоупотреблять, иначе, тут любому обидно станет, не только дракону.

— У меня получается?

Какой реакции я ждала? Любой. Главное я произнесла.

Я потянулась руку наверх, чтобы посмотреть, как наши руки смотрятся вместе. Одно дело чувствовать прикосновение, а вот другое видеть это. Я раньше не обращала на это внимание. О чем я думаю? Вспоминала ли я хоть раз о той кипе документов, что подписала, злясь на все и всех, кляня крепким орочьим словом при каждом движении ручкой? Нет. Все забылось стоило в мою жизнь вмешаться новым обстоятельствам.

— У тебя получается.

Проговорил он, обнимая меня и притягивая к себе еще ближе. Отчего ушли этим утром, к тому и пришли. Я приподняла голову, рассматривая его лицо. В памяти, перед глазами замелькали картинки каким я видела его прежде. Подумать только — меньше месяца назад он орал на меня в кабинете, отчитывая за излишнее рвение, а сегодня я с ним как ни в чем не бывало, забыв обо всем, лежу в обнимку на одном диване.

Да уж. Все так стремительно происходит. Словно кто-то взял и ускорил события, решив, что это свистопляска изрядно затянулась и надо бы сворачивать палатки, потому что это ему надоело.

И тут перед моими глазами встал Винс. Я замерла, так и не отпустив руки. Я не обращала внимание на то что происходит вокруг.

Меня вновь одолели тревожные мысли. Я верила очевидным выводам и не верила им одновременно. Мне кажется, что я хорошо знаю его.

«Знала! Ты давно с ним не общаешься! Дни тесной дружбы давным-давно прошли, канули в лету. Все меняется, и река не принесет в своем русле ту же воду что и прежде.»

Кому еще была выгодна смерть короля, как не ему сыну? Кому нужно было, чтобы исчез его верный союзник, который стал бы копаться в этом деле, невзирая на приказы сверху? Почему вдруг сняли купол? С чего вдруг Эдвинсент решил, что стране впредь ничего не угрожает?

— Вэлиан?

Я «очнулась», отразившись в глазах дракона, темных омутах лишенных белков. Сфайрат повернулся ко мне и, обнимая, смотрел глазами ящера.

— О чем ты думаешь?

Я пожала плечами. Мне не хотелось говорить, только потому что я знала, что мне на это скажет Сфайрат. Я знала, что мои мысли — это чистая правда, вот только верить им не хотелось.

— Думаю, зачем тебе это вдруг понадобилось?

Неуверенно проговорила я, ощущая позыв разобраться, поделиться с этой догадкой с очевидцем, явным фигурантом тех событий. Надо поговорить с Тристом. Если до этого додумалась я, он подумал об этом в первую очередь. Что он скрывает? Зачем он здесь на самом деле? Только ли из-за девушки?

— Чтобы потом, через много-много лет нашей совместной жизни ты помнила этот день и не смела взывать к моей совести.

Потом я подумаю об этом, не сейчас. Сейчас есть о ком думать: о таком горячем, нежном и настойчивом мужчине, что гладит, вызывая потрясающие ощущения.

Его ответ заставил меня улыбнуться. Через много-много лет? О, это так мило! Очень-очень мило! Я слабо улыбнулась, покривив губами. О, это не все! Не все так просто. Вижу это по мрачному блеску в темных глазах.

— И чтобы завтра-послезавтра ты взяла карточку и без пререканий, уловок и отговорок отправилась по магазинам самостоятельно.

— Ты что же не пойдешь со мной?

Я попробовала отодвинуться от него, безуспешно пытаясь накинуть на себя обиженный вид с надутыми щеками. У меня не получалось, было немного смешно, но в основном меня тревожили его прикосновения.

Я больше думала о том, что не стоит продолжать, чем на самом деле желала этого. Винс и Трист на время были посланы в пекло, в смысле ушли куда-то на задний план.

— Доверишь мне так просто карточку, не побоявшись, что я спущу все деньги на какую-нибудь ерунду?

Руки Сфайрата скользнули под свитер, обожгли мимолетным прикосновением, заголившийся участок кожи, скользнули вверх по спине, по лопаткам, притягивая к себе еще ближе. Сердце забилось сильнее, застучав так громко в горле, в ушах, висках, словно хотело выдать мое состояние.

— Не уверен, что ты способна потратить такую сумму, в этом случае комнаты придется завалить вещами, а нам переместиться в снятые апартаменты.

Трудно веселиться, как ни в чем не бывало, когда прикасаются вот так…

— Может быть я куплю дом?

— И этой покупкой я буду доволен. недвижимость, — пояснил он мне тихо, как ни в чем ни бывало, словно не происходит ничего особенного.

Красиво улыбается, вместе с тревожащим сердце голосом и темным взглядом смотрится просто потрясающе.

— Сфайрат?.. Мне нужно кое-что сказать тебе.

Проговорила я в неуклонно приближающиеся губы. Надо сказать, сейчас пока все не зашло слишком далеко, пока он может…Пока я могу отказаться!

— Позже, — его голос изменился, став низким и хриплым, — поцелуй меня.

Вэлиан помедлила лишь мгновение. Его слова, не то просьба, не то требование вызвали новое для нее ощущение: обожгли внутренности горячим жаром и одновременно вызвали изморозь по телу.

Он ждал, хотел, чтобы она поцеловала его. Это притягивало, заставляя чувствовать власть над этим человеком.

Это всего лишь поцелуй, просто поцелуй в горизонтальном положении. Они взрослые и ничего страшного не произойдет, она с Рихаррдом на этот счет ни о чем не договаривалась.

Вэл прикоснулась к его губам, просто прижимаясь своими. Тело горело, воспламенилось под его руками, требуя более ярких ощущений. Она повторила движение, на этот раз просто потеревшись губами о его, ощущая приятную, щекочущую колючесть щетины и целуя их уголок.

— Я бы и так поцеловала тебя, — ее голос подвел ее, немного осев, — к черту подарки.

— Вэл!.. — прорычал дракон, вызывая ее улыбку.

И только после, она поцеловала его, по-настоящему, задохнувшись от охвативших ее ощущений.

Сфайрат резко подтянул ее к себе, не то со стоном, не то с рыком, переворачиваясь вместе с ней и укладывая ее на диван, на его подушки.

Он попросил поцеловать, но не выдержал, захваченный видением, таким чарующим взглядом, обещающим и в тоже время как будто бы смеющимся. Его губы терзали нежные губы, сначала смешавшиеся от напора, а теперь отвечающие ему с не меньшим пылом.

Его руки прошлись по бедрам, переместились ей на талию, ныряя под тонкую ткань футболки, на теплую и такую нежную кожу, поднимаясь выше. Женщина запротестовала, удерживая его за руки. Сфайрат усмехнулся, немного сердясь на вдруг возникшее препятствие. Он подождет, но совсем чуть-чуть, пока она сама не пожелает этого.

— Фэйт!

Произнесла она его имя, выдохнув так чувственно и нежно, с хриплыми нотками что выдали ее состояние. По венам пустили жидкое пламя, которое захватило, утопило в себе всё и вся.

Он хотел ее, прикоснуться к нежному телу губами, вдохнуть такой сладкий и притягательный аромат этой невероятной женщины. Сейчас.

— Вэлиан?..

Он не дал ей ни отстраниться, ни ответить, запуская пальцы в пахнущие морозом волосы, оттягивая их назад, заставляя запрокинуть лицо, целуя аккуратный подбородок, опускаясь ей на шею, прокладывая цепочку поцелуев к ее ушку.

«В пекло! Она уже моя!»

— Люблю, когда ты зовешь меня так, — шепнул он ей, прихватывая губами нежную мочку уха.

Девушка дернулась ему навстречу, судорожно вздохнула, теперь едва слышно, вновь повторяя его.

— Сфайрат…

Мысли не желали собираться в кучу, не складывались во что-то более-менее серьезное, ею овладели ощущения: такие приятные, яркие, горячие. Хотелось прикоснуться к нему.

— А еще когда ты смеешься…

Вэл еще помнит какой он горячий, ей хочется убедиться в этом: руки выправляют рубашку из брюк, потянув ее наверх, соскальзывая на разгоряченное тело мужчины. Сначала легко, затем впившись в него пальцами в ответ на его движение, когда он прижал свои бедра к ее, в таком требовательном и древнем как мир жесте, дающем понять, чего он хочет.

— Фэйт!

— … и улыбаешься, с тысячью огнями в глазах, — его голос срывался.

Еще один поцелуй, безумнее чем прежние.