Евгения Мэйз – Секретарь для дракона. Книга 2 (страница 107)

Араэнере вспоминала все то, что видела сама и то, что рассказывала ей об инициации Сорге. Второй вариант выхода из ситуации, разгадки происходящего — сама Тханна, но она не станет ничего делать. Она теперь лет сто просидит академии, если не больше, носа не покажет. Вот, если бы ….

Йасейша выкинула сумасшедшие мысли из головы. С чего девчонке хранить тайну Тханны?

— Почему бы тебе не спросить ее? — предложила Араэнере, поразмыслив еще немного. — Она должна помнить хоть что-то.

Дракон поднялся, не ответив ничего. Он обязательно поговорит с ней, но потом, когда они перестанут кричать друг на друга. Фэйт обязательно распросит ее обо всем.

“Хорошее предложение, но только теперь уже поздно.”

— Мне нужно знать о чем ее спрашивать?

— Не вижу проблемы, — Араэнере поспешила в глубь комнаты, вытаскивая с одной из верхних полок увесистый расширенный справочник магических существ. — Вот, полистай, может это поможет тебе.

Он отвесил легкий полупоклон, забирая книгу, что тут же исчезла в складках его плаща. Дракон привстал на одно колено, смиренно склонив голову.

Араэнере улыбнулась, вспомнив этот момент. Дракон, несмотря на первое, смятое впечатление от их встречи, впоследствии реабилитировался в ее глазах, не забыл ни о чем: простился как того велели приличия, выразил свое уважение и попросил благословения напоследок.

— Или добейся того состояния, — она положила ладонь ему на голову и вознесла короткую молитву мирозданию, — когда она горела, а затем неси ее сюда, разрешаю обойти запрет на создание порталов в обители.

Сфайрат кивнул. Хорошо.

Вот он ушел. Йасейша еще стояла у двери, размышляя что может дать ей и ему ее горящий вид? Она сможет убедиться в правдивости своей теории, только и всего.

В прежние времена ему стоило отнести ее к главе клана и он бы определил в мгновение ока насколько она близка к их роду. Однако, нет теперь ни народа. ни брата Тханны, а она хоть и преемница всего, но не желает связываться с Вэл. Она не хочет поднимать из забытья воспоминания, ошибки и боль прошлого. Она не виновата, но разве ее убедишь?

Аргумент дракона, что девушка однажды загорелась, за существенный принят не был. Вэлиан — маг, как сказала бы Соргэ “с ярко-выраженной способностью к к магии стихий, в частности к пиромантии, то что она может загореться, в том нет ничего удивительного.”

“Тебе нужно найти элементаля или же… Араэнере замялась

В кабинет вновь постучали. на этот раз это был Этрери. Легок напомине.

— Пусть придут позже. Я занята.

— Я к тебе.

— Позже!

Этрери, постояв еще немного, тут же выходит из комнаты, пытаясь с силой захлопнуть тяжелую дверь. У него не получается. Дверь, как бы не пытался показать свой характер Этрери, все равно закрывается мягко, сдерживаемая наложенными на нее чарами и потоками воздуха, что тянут ее обратно.

Араэнере усмехается. Этот кабинет встречал немало гордецов. В какой-то момент Йасе надоело устранять очередной беспорядок вызванный гневным всплеском того или иного спесивого осла с длинными, острыми ушами, поэтому она позаботилась об этом милом пустяке.

Араэнере подходит к камину, разжигая его. Тянутся минуты, которым она уже потеряла счет, прежде чем она заглядывает в огонь и видит Тханну. Она в своем прежнем облике: старая, скрюченная временем эсса. Перед ней стоят двое студиосов, которых она не перестает отчитывать, скрипя подобного старому мельничному ободу. Араэнере улыбается. Она убедительна в своем притворстве.

— Если вы решили что готовы к неприятностям, врата академии всегда открыты для вас, выходите!

Студиосы молчат, отступая под ее натиском. Такая мелкая и заставляет двух здоровых лбов пятиться, бледнея при этом. Тханна бросает взгляд на огонь, замечая Араэнере, но занятия своего не прекращает.

— Уверена ваши родители мечтали именно об этом. Вы будете водить караваны и получать оплату за то, что охраняете купцов и их вшивые повозки, содержимое которых вряд ли сравнится с тем что они заплатят вам.

Молодым эльфам хватает мозгов ничего не отвечать ей, не пререкаться. Йасейша садится на пол, наблюдая за спектаклем.

— Вас тоже будет все устраивать пока вам будут попадаться просто разбойники или существа во многом слабее вас, но все до первого серьезного случая. Академия не возвращает денег потраченных на обучение бездарей, как бы ни было сильно разочарование, какими бы не узнаваемыми ни были ваши трупы.

Тханна возвращается к столу, подбирая по всей видимости один из табелей успеваемости. Свиток вырывается из ее рук, к нему тут же присоединяется другой, раскрываясь на ходу, повисая перед вжавшимися в стену студентами.

— Так что первое время вам придется потрудиться, чтобы оправдать ваше положение. Может кто-то знает сколько получают стражи на вратах? Нет? Кто знает почему они всегда рады богатым дебоширам или военному времени?

— Оно снято.

Свитки со свистом скручиваются обратно и отправляются на огромный стеллаж, со множеством ячеек на нем.

— Тем более, но ты Камэлиэль уже думал об этом. Отлично!

Наконец, один из эльфов был отправлен на стену, к вратам студиосов, другой отравился сторожить захоронения в подвалах академии.

— Зачем их сторожить? Там кроме земли уже и не осталось ничего!

— Им это знать совсем не обязательно!

Откликнулась Тханна, находясь где-то неподалеку. Араэнере не видела ее, но судя по звукам, та закрывала дверь на ключ, если не сказать — на засов. Она подошла к камину, подвигая кресло, резво усаживаясь в него. Она не преобразилась в молодую девушку, так и осталась старухой. Эсса, что собралась погреть кости у огня. Впрочем, из этой картинки выбивалось одно: Тханна по-девчачьи, очень резво болтала ногами с костлявыми щиколотками.

— Пусть сторожат. Вечно там околачиваются боевики или лекари.

Араэнере никак не отреагировала на ее выразительный взгляд и нажим. в последнем слове. Учеба в академии не имеет к ней совершенно никакого отношения.

— Словом все кому так хочется проявить себя. Путь уберегут могилы от своих же, ведь им потом отвечать за это!

— Что ты хотела? Молодежь! Их ведет любопытство.

— В прошлом году они подняли призраков, а кто упокаивал их?

— Вы?

— Как бы не так, те кто поднял их, — отозвалась Тханна, фыркнув перед этим.

— Тогда в чем проблема?

— Вместо того чтобы справляться с проблемами, они создают их! Это надо додуматься поднять мертвецов на городском кладбище. Они видите ли хотели быть готовым ко всему!

Араэнере помнила ту историю и очень хорошо. Вся академия на ушах стояла. Досталось, как не странно Тханне — студенты ее кафедры оказались главными заводилами и инициаторами происшествия. Даже не боевики!

Араэнере хмыкнула. Сорге относительно недавно “поквиталась” с ними, вернув им их тягу к приключениям, заставила успокаивать разрушенный портал.

— А упокоить?

— Еще чего!

Тханна спрыгнула со своего кресла, прошла к высокому шкафу. доставая из его недр бутылку, наливая напиток в высокий бокал и вернулась обратно.

— Нашли как вызвать пусть ищут как успокоить и начхать мне на то, что там проклятье с условием выполнить все условия призрака и проклявшего его. Впредь будут думать. И так каждые год-два.

Йасейша ухмыльнулась. Подруга как всегда в своем репертуаре. Другие преподаватели уже смирились с ее принципиальностью. Все повторяется из года в год, так почему бы не повеселиться? Не только Тханна является грозой академии, там все один к одному, со своим специфичным чувством юмора. Только библиотекарь не представляет никакой угрозы, книжку разве что будет искать дольше положенного. Был еще Этрери, но от него худо-бедно избавились.

— Ко мне приходил молодой дракон.

— Что ты сказала ему?

Тханна в миг растеряла прежнее возмущение.

— Я цела и невредима, как видишь. Я не сказала ему ничего, что касалось бы тебя напрямую.

— Но тогда что? И зачем?

Араэнере вспомнила дракона и его слова.

— Потому что еще немного и он бы догадался где ты. Мне надо было отвлечь его внимание.

Йасейша помолчала. Причина была не только в проницательности дракона. Тханна ничего не отвечала. Она слишком хорошо знала подругу. Та не сказала ей главного.

— Я хочу, чтобы они ответили по заслугам за все, что сделали со мной, с тобой, с нами.

Тханна молчала какое-то время, вглядываясь в лицо Йасейши заключенном в пламя. Подруга была задумчива и даже грустна, прежнее хорошее настроение быстро сошло на нет.

— Почему ты так уверена в том, что это он?

— Мне кажется, что время пришло, — ее глаза засверкали, выпуская свет и молнии, преображая ее лицо, делая его устрашающе-серьезным, — Мир вновь меняется, я чувствую это.

— Сфайрат!