Евгения Мэйз – Секретарь для дракона. Книга 1 (СИ) (страница 149)

Король и в этот раз не дал договорить Аарину, всем своим видом показывая, что он не намерен выслушивать спесивые речи посланца парящих островов.

Все правильно — это дела давно минувших дней. Осталось только понять, а пойдет ли он на это. Сфайрат этого не хотел, сомневался, что король согласитсяна это, ведь только что он сам упомянул о законах и традициях. Хотя, с короля станется, однажды он уже прогнулся под их требованиями, несмотря на то, что нашел выход. Согласившись с их предложением, он все-таки создаст прецедент, которым можно будет воспользоваться в будущем, однако — это малая плата за шаткий, но все-таки мир с сильным и влиятельным государством. Одного он сейчас добился в разыгрываемом спектакле — пошатнул их авторитет в лице немногочисленных, но все-таки влиятельных приглашенных гостей. Может быть, это условие и было предложено накануне, но король не был бы королем, если бы не нашел свою выгоду и в этой ситуации.

Было заметно, как фаэдир выходит из себя, все ярче сверкали его глаза, затмевая на мгновение большую часть его лица.

— Вам стоит предлагать эти условия не нам, а уважаемым драконам. Рихаррдлейн получил свое, а то, что он заботится о своей дочери нам понятно, то воля родителя, который желает своему чаду лишь лучший судьбы и не нам гадать, чем он руководствовался в своих размышлениях. Правда у каждого своя, так же, как и представления о лучшей доле. Пригласить его мы не в силах, накануне вы также настаивали на наказании мэола Бэаквуа, мы согласились с вами и в этом, здраво рассудив, что каждый, кто пошел против своего монарха, должен быть наказан. Рихаррдлейн отлучен от двора, о чем было заявлено этим утром, и мы не будем менять этого решения, в угоду вашим все нарастающим желаниям. Судьба девушки на данный момент в моих руках, но прежних слов мы изменить не в силах, а даже если и так, мы пойдем на это, сотворим историю на глазах сотни присутствующих, мы хотим понять для чего нам это. Мы не желаем искать врагов среди народа Хорругариса. Предложите что-то нам, что возможно пошатнет чашу весов в пользу этого решения.

Король оказался хитер, он знал, что фаэдир не станут говорить о прошлых претензиях, о той ситуации в присутствие драконов, они лучше других знали об их коллективном сознании. И пусть Сфайрату было бы трудно достучаться до всего народа в целом, однако вместе с Рэндаллом и теми немногочисленными, но все-таки друзьями, что и поддерживали его, их, он сделал бы так, что этот разговор об однажды замятом деле быстро бы достиг значительной части драконов, и в этом зале было бы куда больше свидетелей, чем кто-либо предполагал бы. Фаэдир слишком любят власть, чтобы так просто лишиться ее. Они и сами грешат коллективной волей, подчиняясь указаниям свыше, этакая мобильная связь без докучливых рингтонов и долгих гудков.

Что они могли предложить? Не трудно догадаться, они предложили золото. Сфайрату было плевать на него. Но в этом Аарин попытался «укусить» драконов в его лице: выдвинутая сумма поражала своей величиной. Такое ощущение, что отдельно взятый фаэдир заигрался, запутавшись в своей гордости и желании победить и на этом поприще. Это был не просто выкуп с отступными для драконов, к нему шло дополнительное предложение о немалой сумме, что пошла бы в казну государства, и король, задумавшись ненадолго, согласился на это.

Сказать, что Сфайрат был в бешенстве — не сказать ничего. Король быстро обменял свои слова о нежелании ссориться на весьма кругленькую сумму. Сфайрат видел, что это лишь искусная игра, и сумма хоть впечатлила самодержца, но и этот вариант был, скорее всего, предвиден им. Довольно-таки смело и очень оскорбительно было предположить, что слово гордого эльфа можно купить золотом.

Памятуя об утреннем разговоре с Вэлиан, Сфайрат уже было попрощался с ней, он был больше, чем уверен, что она согласится, пойдет на эту опасную авантюру, в желании все и вся делать самостоятельно. Однако в нем теплилась надежда. Он не мог обмануться в ее чувствах к нему, и пусть ничего не было сказано вслух, но иногда слова и не требуются.

Не без волнения он следил за ее поступью, видел, как блестели ее глаза, что-то развеселило ее. Она лишь бросила поверхностный взгляд, отказавшись ловить его взгляд, выслушала короля и согласилась с условиями выбора. Сердце ухнуло в пустоту. Он слушал ее, ощущая, как в нем разливается не то ярость, не то горе, не то обида или даже разочарование.

Дракон безмолвствовал, лишь наблюдал. Сфайрат ощущал свою собственную ярость и бессилие, это убивало. Внутри разливался жар, но ему стоило держать себя в руках.

Он продолжал слушать. Что еще ему оставалось?

Фэйт видел, что делают ангелы, они воспользовались своей природной магией, против которой нет амулетов, но которая не действует на драконов, относясь к завлекающей магии. Аарин, его лицо исчезло под светом глаз. Свет полностью затмил его лицо, пока девушка смотрела на него и отвечала неспешно, спокойно, без насмешки. Он знал, что может увидеть Вэлиан, она видела если не идеал, то что-то приближенное к нему.

Трудно описать то состояние, те чувства, что он испытал, глядя на нее, на ее побледневшее лицо, когда она договорила свой ответ и повернулась к королю, едва заметно покачнувшись, но все-таки устояв на ногах.

Дракон только рыкнул, победно заревев, кажется, что все тело превратилось в огонь, но это, конечно, было не так.

«Я и не сомневался в ней!»

Надо что-то придумать с этим поцелуем, ему надоело ее очарование им, как зверем, его удивляло, что сознание звериного «я» куда больше доверяет ей, чем он сам.

— Пойдем потанцуем? Ты обещал мне танец.

Сфайрат только улыбнулся этому предложению, предложив ей руку, и когда она вложила ладонь повел ее к центру зала.

— Ты на глазах у всей страны согласилась быть моей женой, — проговорил он не без удовольствия, глядя на то как вспыхивают ее глаза, — только этим утром ты просила меня отменить помолвку, что изменилось теперь?

Вэлиан посмотрела в сторону. Неужели он ждет признаний в любви? Хамло с крыльями.

— Какой бы беспечной ты меня не считал, но все-таки я жива до сих пор исключительно и благодаря собственной голове на плечах. К тому же, я не готова продать себя или слова моего отца какому-то нищеброду.

Заметила она дерзко, слегка улыбнувшись, и посмотрела в сторону, чтобы в следующую минуту весело блеснуть глазами.

— Нищеброду?! Вэлиан!

Сфайрат рассмеялся, на мгновение прижав ее к себе и обняв в кратком па, и тут же отпустил, продолжив танец. Девушка не смеялась, хотя было видно, что ей очень хотелось, она весело улыбалась.

— Ты вероятно не расслышала, какую сумму он предложил?!

— Все я расслышала, мне до эссы еще далеко. Просто я умею считать и помню, что прочитала в бумагах Триста, а также твои слова и рассказы отца. Эти фаэдир, они ведь вечно противостоят вам и показывают свое превосходство?

— Верно.

Он покружил ее на месте, отступив в сторону, так что ее юбки слегка приподнялись, и он увидел острые кончики черных туфель.

— Продолжай, я хочу понять твою логику в таком ошеломляющем обвинении, что Аарин нищеброд.

— Я подумала, что помимо того, что он алчен до власти и горделив, то еще и азартен, скорее всего он поставил бы на кон, если бы не все, то многое. Чем больше бы он отдал, тем меньше бы у него осталось. Зачем мне нищий жених?

Сфайрат рассмеялся ее вызывающему предположению, запрокинув голову. Их пара привлекала к себе внимание. Вэлиан не знала, видит ли он, как она смотрит на него, но в этот момент все беды и опасности, казалось бы, отступили, и вот они просто смеются ее выходке. Ей нравилось, как он смеется и как смотрит на нее.

— Ты невозможная, — тихо прошептал он, наклонившись к ее лицу.

Да, она невозможная, а он ждет, когда она признается ему в любви. Кто еще невозможен?

— Нет, я существую и порчу тебе кровь в отместку за крики, за то, что договорился за моей спиной, и то ли еще будет?! К тому же, этим утром мы подписали договор о трех годах совместной работы, еще ты говорил о том, что можешь разочароваться во мне. Чувствую, таких льгот мне бы этот Аарин не дал. Признайся, что сомневался во мне в ту минуту?

Сфайрат долго смотрел ей в глаза, наконец, решаясь и на краткое мгновение преображаясь в кай, частично, чтобы быть единым целым со своим драконом. Его глаза окрасила золотистая радужка.

— Я никогда не сомневался в тебе, я ждал, когда ты уделаешь их. Но нервы, признаюсь, ты мне потрепала.

Глаза Вэлиан распахнулись от восторга, она даже дыхание на мгновение задержала.

— Это того стоило. Скажи мне, ты знаешь, что произошло? Я не знаю, но в какой-то момент я почувствовала себя плохо, даже описать эти ощущения трудно.

Сфайрат кивнул. Кстати об этом.

— Я видел, ты побледнела и даже покачнулась. Это чары фаэдир, ты чувствовала восторг, очарование, восхищение?

Она покачала головой. Нет, восторга там и в помине не было. Восторг она испытывает сейчас, глядя во все еще золотисто-черные глаза Сфайрата.

— Ммм, я видела тоже, что и все. Темноволосого мужчину, привлекательного, но…

— Но?

Кого она видела? В душе обозначилось съедающее чувство ревности к незнакомцу.

— Но, что-то в нем было не так, — Вэлиан покусала губу, пытаясь подобрать слова своим ощущениям, с вновь возникшей тревогой, — он как будто бы напоминал мне кого-то. Знаешь, такое ощущение, что его лицо было как голограмма и старалось «уйти» куда-то, поменяться, но он, словно, не хотел этого. Ты тоже видел это?