Евгения Мэйз – Не тот муж (страница 20)

— Ты чего взбеленилась, психованная?! Что такого я сказал тебе?

— Серьезно считаешь, что я должна объяснять тебе это?

Хотелось подойти к нему и ущипнуть за щеку, чтобы проверить, а он ли это на самом деле. Тот Костя, которого я знала, схватывал все налету, а это был туп, как пробка. Или притворялся таковым. Вот только зачем? Потому что это было модно?

— Да стой же ты!

Он вновь дернул меня на себя стоило мне повернуться и сделать шаг в сторону. Я решила, что наше общение окончено. А вот почему-то нет. У него тоже не лады с самооценкой?

— Давай я тебе все объясню!

— Не нужно.

— Еще как нужно! Мне!

Он потащил упирающуюся меня за собой. Я поставила крест на своих сапогах. Жирный. После такого варварского отношения не должен выжить ни один каблук. Однако, я все равно упиралась, потому что не хотела обратно в ресторан. Потому что помимо взглядов слышала еще и смешки. Костя был не один в том заведении и мой поступок вызвал реакцию среди его знакомых. Они смеялись и подшучивали над ним. Но что именно они говорили я не слышала и слава Богу!

— Садись!

Он открыл передо мной дверь машины, а потом подтолкнул меня, чтобы я не упиралась и все же села в салон.

— Садись! Или хочешь, чтобы я начал говорить на улице?

Было достаточно «едальни», как изредка бабушка называла заведения общепита. Я все же села в салон, не убирая руки с ручки, чтобы если что выскочить наружу. Напрасно. Костя вместо того, чтобы просто сесть и заговорить, сунул ключи в замок зажигания и тронулся с места в карьер. Не знаю, как я не завизжала от такого резкого старта.

— Куда тебя отвезти? — процедил он, не отрываясь от дороги.

— Не надо меня никуда везти. Я только что приехала. Говори, а еще лучше останови и я выйду.

Он не послушался меня, а вырулил на главную.

— Ты как-то внезапно пропала. Говорили, что за тобой приехали родственники. Но Катька говорит, что тебя усаживал в машину какой-то мужик.

Я фыркнула при упоминании Катьки. Вообще не помню, чтобы видела кого-то, когда уходила из дома. Меня могли видеть соседи, но только не она. А еще Лизка. Но она бы не стала придумывать такого. Я так думаю.

— И что теперь?

Я поежилась. Прошлое вновь напомнило о себе. Вспомнилось, что Зеленоанск было довольно-таки небольшим городком. А слухи по таким расползаются в мгновения ока. Если не среди молодежи, то среди старшего поколения. Кое-кто знал о случае в клинике и мог начать вещать небылицы, решив, что теперь стесняться уж точно некого. Отец ведь в тюрьме и неизвестно когда освободится.

— А то, что я вижу тебя всю такую расфуфыренную…

Я вновь фыркнула и даже отвернулась. Расфуфыренная! Слово больше подходило для блистающей шимером Катьки, но не для меня, которая из всей косметики позволила себе лишь бальзам для губ.

— В дорогих шмотках. В дорогом ресторане и в компании мужика, что очень подходит под описание того, о ком вещали девчонки.

Я кивнула. Логика в его рассуждениях была, но объяснение было таким себе.

— Знаешь, если бы ты увидел на моем месте Катьку, Вику или еще кого-то с кем ты обычно общался, то я бы поняла твой выпад. Но знакомы с тобой так давно, что я просто…

Я запнулась, не находя слов, чтобы объяснить свой обиды. Признаваться в последней я не собиралась.

— В а***е?

Я кивнула, хотя слово резануло слух. Я совсем отвыкла от подобного. Отец не позволял себе выражаться. А уж та семья в которой я жила сейчас вообще не позволяла себе подобного.

— Останови, пожалуйста. Я хочу выйти.

Поездка затянулась. Костя объяснил все и продолжал колесить по кругу.

— Я же объяснил тебе все.

— И?

Костя повернулся ко мне и было видно, что он не понял моего уточнения.

— По-твоему я после сказанного должна улыбнуться и сделать вид, что ничего не произошло?

Он вновь показал мне свой профиль и снова дал убедиться в том, что именно так он и думал.

— Ты ждешь извинений?

— Я прошу дать мне выйти, — уточнила я, подергав бесполезную ручку.

Он наконец остановился на какой-то расположенной в тени громады учебного заведения.

— Ты и в самом деле изменилась, Карамзина.

— Ты тоже, — проговорила я, теперь с куда более легким сердцем. — Пока.

Я вышла из авто, оглянулась по сторонам, чтобы понять, где я и пошла по направлению к светлой части улицы.

— Ладно, извини меня! — выпалил Костя, обогнав меня и перегородив собой дорогу. — Я не должен был думать о тебе так.

Мое самолюбие в очередной раз выкрикнуло «ура!», но я не собиралась сдаваться вот так просто. Даже несмотря на то, что шептало что-то предательское и мелкое внутри меня. Оно любовалось им и говорило о том, что это большое достижение. Дело было не только в его мыслях.

— Ты можешь думать все, что твоей душе угодно, Константин, — произнесла я и поправила сумку на плече.

Костя смежил веки и даже недовольно повел губами, отчего его скулы выделились и сделали его как будто бы мужественнее. В любом случае предательской и мелкой части души это понравилось.

— Договаривай уже.

— Ты не имел права говорить мне что-то подобное, — произнесла я и вдруг почувствовала себя так неуверенно словно ступила на тонкий лед.

— Прямо-таки не имел? — уточнил парень, ухмыльнувшись при этом. — Тебе выходит сказать ничего нельзя? Ты кто такая, Карамзина?

Я вздохнула, натянув шапочку на ухо, отвернулась и поняла, что ошибалась в этом парне на все двести процентов.

— Это мог сказать мне мой папа, а ты не он.

На этот раз я не стала прощаться. Боялась, что он догонит меня и ляпнет что-нибудь еще, а я наивная дура стану объяснять ему еще что-то и превращусь в зануду каких свет не видел.

— Что-то еще? — поинтересовалась я, когда Костя поравнялся и зашагал рядом со мной. — Тебе нужно объяснить еще что-то?

— Я просто иду, Ида, — отозвался он, повернув ко мне голову. — Или, мне уже и ходить с тобой нельзя?

Этого я не могла ему запретить. Как и говорить со мной, а точнее болтать и спрашивать что-то.

— Знаешь, если бы не имя, то я бы не обратил на тебя внимание, — продолжать вещать парень. — Но оно такое редкое.

Последнее он сказал, замедлившись, потому что я резко остановилась и даже отстала от него. Наверное, можно было воспользоваться этим и сбежать от него. Но это было жалко для нынешней меня.

— Краснов, скажи: ты чего добиваешься?

— Что я вновь сказал не так? — полюбопытствовал он, подойдя ко мне. — Я сказал, что у тебя редкое имя.

— Не это.

— Что я не заметил тебя?

Я удержала себя от кивка. Я злилась на себя и на него. Ему не надо было появляться в моей жизни вновь. Пусть бы и оставался там — в детских воспоминаниях. Пусть был бы идеальным образом. Но не так как сейчас.

— Так я был не один, а в компании друзей, — объяснил он, а потом вздернул русую бровь. — Ты в курсе, что это одно из самых популярных мест в столице и среди ребзей?

Все-таки я зануда и ботаничка. Умею цепляться к словам, не умею читать между строк и совсем отвыкла от молодежного слэнга. Надо ли говорить о том, что в той школе, которую посещаю я, никто не выражается подобным образом? Все ученики в моем классе очень серьезные и заточены на поступление в ВУЗ.

Заточены.

Хм… Кое-что все-таки я знаю или помню. Не суть.