Евгения Ляшко – Приключения ДД. Тайна Чёрного леса (страница 48)

– С превеликим удовольствием, – Закивал дедушка и вышел в фойе.

Дима стоял посреди мраморного холла, крутя головой в разные стороны.

– А вот ты где! А тебя потерял!

– Никто не потерялся. Я нам компаньона нашёл, пойдём гулять вместе, – дедушка быстро облачился в тёплую куртку и натянул шапку.

– Я уже готов! – в сером пальто выскочил улыбающийся администратор.

– Давайте с моря начнём! – нетерпеливо выпалил внук.

– Прошу всех к лифту! – сделал широкий жест Андрей Петрович.

Дима недоумённо заморгал и тот, рассмеявшись, пояснил: – Это самый короткий путь на пляж.

Песчано-галечный берег пустовал. Мужчины говорили о чём-то своём, а Дима бегал по краю моря. Прыгал около самых волн, бросал камушки, бегал по пирсам и вот он заметил то самое место встречи Александры и тёти Лизы. Решётчатое ограждение, значительно превышающее человеческий рост имело несколько отогнутых секций, где свободно мог пройти не только ребёнок, но и взрослый. Чуть поодаль вековые сосны, обильно усыпав иголками и шишками разлапистые корни, торчащие из земли, создали удобное место для наблюдения между нескольких толстых стволов и молодой хвойной поросли. Дима вынырнул наружу прошёлся, подобрав пару шишек, вернулся обратно, и, сделав вид, что словно заинтересовался ракушками, стал воспроизводить картину происшедшего.

Ему не давало покоя, что он не может с достоверностью утверждать, что именно эти отпечатки должны ему что-то рассказать, но помня, что нужно применять голову и анализировать, он, продолжая улыбаться, подбирал ракушки и стекляшки, отточенные волнами, разглядывал их на солнце, и спокойно рассуждая, медленно изучал найденные следы: «Много времени прошло, но можно предположить, что раз вот в этом месте следы обрываются, а немного левее они словно из неоткуда появились, то тут были дозорные. В соснах, вероятно, была засада. Там всё примято, как если бы кто-то долго стоял. Х-м-м, а вот тут была драка. А это что? Отпечатки копыт?».

Дима сглотнул, понимая, что, скорее всего, это следы Очокочи. Мысли роились в голове. Неожиданно закуковала кукушка, ещё больше путая не оформившиеся думы. Внук бросил взгляд на дедушку, но тот казалось, его не замечал, беседуя с администратором бильярдной. Мужчины устроились на шезлонгах, расстегнув верхнюю одежду и подставив лица зимнему тёплому абхазскому солнцу и ласковому солёному бризу.

«Пока он загорает, я тут должен один в загадках теряться, прав я или нет!» – вспылил мальчишка, но тут же взял себя в руки: «Получается, что козломордые сидели в засаде. Нунтиусы появились на берегу и мгновенно подверглись внезапному нападению, не успев воспользоваться магическими перстнями».

Раздираемый желанием всё рассказать дедушке и обсудить, но понимая, что так делать нельзя и помня их с дедом уговор, мальчишка, закончив исследования, побежал в другую часть пляжа. Дима стал снимать всё на фотокамеру телефона, намеренно не возвращаясь к месту со следами, чтобы их тоже сфотографировать. Он попозировал фотографируя себя на фоне моря, и направился к дедушке, который уже сидел один. Обеденный перерыв нового знакомого окончился и тот ушёл в пансионат.

Внук многозначительно заглянул в глаза знахаря: – Деда, я тут посмотрел уже всё что хотел, пойдём ещё куда-нибудь?

– Ты же в бассейне мечтал поплавать, туда? Стал медленно подниматься Георгий Максимович.

– Здорово! – Дима запрыгал на месте.

Переодевшись в номере, они спустились в бассейн и плавали в нём до ужина. Подкрепившись, дедушка пошёл в бильярдную, а мальчишка после обеденного изобилия, едва притронувшись к еде, вернулся в номер и уснул перед телевизором. Сны были беспокойными. Дима встал среди ночи, с быстро бьющимся сердцем, обнаружив, что дедушка уже спит на соседней кровати.

Мальчик завернулся в одеяло и, усевшись в кресле, попытался осмыслить то, что привиделось: «Очокочи где-то рядом. Нунтиусы у них. Но есть ещё кто-то. Это лица людей, которые наблюдают за нами. Одно женское лицо! Точно! Я её видел! С того момента как мы приехали, одна женщина уже несколько раз попадалась у нас на пути. Она чем-то похожа на кореянку. Маленькая, черноволосая с узким разрезом глаз. Даже в бассейне, она была рядом».

Тут Дима понял нелепость его попыток разгадать сновидение: «Присниться мог любой человек, которого я видел. А эта женщина, может ей просто скучно и она так развлекается? Дедушка говорил, что важно запомнить эмоцию сна. Я помню, что был хладнокровен, это не страх. Вот только в конце я снова увидел козлиные следы и проснулся от волнения. Это всё больше похоже на беспокойство от незнания, чем обернётся нам с дедом эта дорога, значит сон не пугающий, а какой?…».

Мальчик не смог ответить на этот вопрос и уснул прямо в кресле, так и не найдя подходящий вариант. В этот раз ему ничего не снилось, и он до самого утра не просыпался.

Время в пансионате стремительно пролетело в ничегонеделании. Однако внутреннее напряжение нарастало. Предстоящая частично спланированная операция, наполненная неизвестностью о конечном пункте, могла закончиться чем угодно. Диму уже не беспокоила миловидная кореянка по имени Каня, постоянно попадавшаяся на глаза и даже умудрившаяся набиться к ним с дедом в друзья, ему было о чём подумать, чем выслушивать рассказы о русских корнях этой особы с российским и американским гражданством. Тем более что дедушка шепнул ему, что лицам с двойным гражданством доверять нельзя, все они потенциальные предатели.

В день выезда Каня присоединилась к ним в ресторане за завтраком.

– Как? Вы уже уезжаете? – грустно вздохнула она. – Домой едите?

– Нет… – ляпнул мальчик и осёкся, изобразив, что поперхнулся.

– А куда? – тут же ухватилась Каня.

– Посмотрим ещё немного этот край, а потом и домой можно. А вы, сколько ещё здесь пробудете? – подключился Георгий Максимович к разговору.

– Недельку, а может две, – уклончиво ответила женщина, – когда тебе дважды по двадцать нужно уже прислушиваться к советам докторов.

– Если это удобно, то я бы хотела с вами проехалась по окрестностям, – неожиданно стала набиваться кореянка в попутчики.

– К сожалению, я вынужден отказать. Я хочу заполнить машину различными травными сборами, – развёл руками знахарь.

Та поохала, но настаивать перестала.

И вот Дима с дедушкой снова был в дороге. Они быстро примчались до границы Абхазии и Грузии и, двигаясь вверх по реке Ингури, заехали в район Самегрело и Земо-Сванети, где остановились на парковке одной из наиболее многолюдных турбаз, откуда начиналось множество маршрутов восхождения на хребет или стартовали однодневные прогулочные пешие и конные туры.

Георгий Максимович собрал два небольших рюкзака. Знахарь проверил, не забыл ли компас, разложил ножи, воду и сух паёк и, конечно же, пересчитал свои травки. Потом они присели в небольшой уютной столовой, и пока заряжались аккумуляторы для армейских фонариков, медленно потягивали из глубоких тарелок домашнюю лапшу вместе с горячим куриным бульоном.

– Деда, корешки нам в пансионате не пригодились, зачем в горы то с собой их тащить? – недоумевал внук, кивнув на рюкзаки, по которым был распихан знахарский гербарий.

– Кто его знает, что в пути пригодится, пусть будут. Лучше перебдеть, чем недобдеть, – проворчал тот.

Весь день они ходили по тропе утыканной указателями пешего маршрута по красочным пейзажам усыпанных группами самых разных национальностей туристов с фотоаппаратами. Ближе к вечеру путники свернули до того места, где на не большом лугу, укрытом от посторонних глаз плотным леском из ельника, можжевельника и самшита, их должен был подобрать вертолёт. Темнело быстро. Дым от кем-то разведённого костра стелился по земле, дразня запахами жареного мяса. Едва зашло солнце, как подул холодный ветер. Дима стал ощущать, что озяб, но стойко стоял, вглядываясь в черноту ночи. Вдруг мальчишке показалось, что он дрожит не от ночной прохлады, успевшей уже осесть кристальной росой на траве. Дима почувствовал страх. Страх провалить задание. Страх показаться дедушке слабаком. Мальчишка передёрнул плечами и сосредоточился.

«Я справлюсь, я не подведу» – мысленно подбадривал он себя.

И вот в смоляном небе, сквозь сгущающийся туман, показались красные огоньки МИ-8. Вертолёт плавно сел на полянку, не переставая шуметь винтами, нагоняющими локальную бурю из свежего воздуха и леденящей угольно-чёрной тьмы. Дверь откатилась в сторону. Знакомые десантники в полной экипировке, махали руками, торопя деда с внуком. Внутри было ещё трое военных. Как только дверь захлопнулась, вертолёт шустро стал набирать высоту. Прыгая на сиденьях, установленных по периметру салона, Дима, выглядывая в иллюминаторы, думал хоть что-то разглядеть снаружи, но быстро отбросил эту затею. Под ними проплывали ничем не освещённые горы Кавказского хребта, лишь слабо обозначившиеся в густой темноте снежными вершинами. Мальчишка в бушующем восторге переключился на салон, оглядывая и ощупывая внутреннее пространство вертолёта, трогая всё до чего только смог дотянуться, тем самым веселя своей необузданной мальчишеской прытью мужчин. Сумасшедший подъём адреналина и чувство мощных крыльев за спиной окончательно отбросили любые мысли о страхе. Дима, распираемый счастливой улыбкой, ощущал себя в родной стихии.