Евгения Ляшко – Капалик и казачий патруль (страница 22)

– Я поняла, он был жрецом. Слово жрец, происходить от слова жертва. Каждый, кто посвящает свою жизнь соблюдению законов мироздания, жертвует собой, чтобы в мире была гармония, – сказала Агния.

– Я думаю, мы можем показать тебе один из древних храмов, который сохранился в нашем городе. После того конечно, как мой брат продегустирует весь мёд на ярмарке, – предложила Капа.

На площади перед плоским светомузыкальным фонтаном стояли торговые деревянные домики, предлагающие всевозможные сорта и виды мёда. Пока Алик бегал от прилавка к прилавку, Агния, поражённая красотой фонтана, танцевала под струями воды, струящимися высоко вверх прямо из поверхности площади. Устав, она присела на скамейку в тени дерева, рядом с Капой.

– Вечером здесь волшебно красиво. Каждая струя воды, наполняется неоновым свечением. Краснодар относится к тем городам, которые, несмотря на современную застройку высотными зданиями, оставляют себе уютные уголки, позволяя окунуться в живописный мир юга, уже начиная с его столицы. Если у нас с прабабушкой всё получиться как надо, может мы, потом будем на экскурсии друг к другу ездить. У нас столько всего интересного есть, так много хочется тебе показать, – сказала Капа, мечтательно.

– Мне бы тоже этого хотелось, – сказала Агния.

– А почему так много полуголых людей, это рабы? – неожиданно спросила Агния, снова озадачив Капу.

– Почему рабы? – спросила Капа.

– В Гордарике рабство началось после раскола на различные государства. Кто-то сам себя продавал, кого-то похищали. Эти бедняки, носят мало одежды, они почти нагие. Хорошие хозяева их одевают, а у некоторых наоборот сильнее раздевают, чтобы не сбежали. Я вижу, что люди здесь носят мало одежды на себе. Они такие бедные? – спросила Агния.

– На самом деле пока ты не спросила, я об этом не задумывалась. И даже хотела, сказать то, что первое пришло в голову. Потому что жарко, поэтому и одежды мало. Но тут же поняла, что на юге всегда было жарко, а одежда казачья скрывала всё тело. Лишь лица и ладони были открыты. Значит дело не в жаре, а в современных взглядах. У нас в казачьих классах следят за целомудрием девочек и с раннего детства наставляют, что честь надо беречь смолоду и одежду откровенных покроев современные казачки не носят. Видимо как-то незаметно постепенно просочились и к нам наговские страсти, – задумчиво ответила Капа.

– А расскажи мне про флаг, который развивается вон там, – попросила Агния, указывая на огромный флагшток в центре площади.

– Это символ Кубанской земли. Верхняя синяя полоса показывает неразрывную связь казачества с Россией. Широкая малиновая полоса символ Кубанского казачества. Нижняя зелёная полоса знаменуют всепобеждающую силу казачества. Герб посередине подчёркивает военный статус казачества, напоминает о его заслугах, в том числе и своими пятью знамёнами с инициалами императоров, пожалованных за верную службу и мужество, – гордо подняв голову, сказала Капа.

– Интересно у вас, – сказала Агния, и грустно добавила после паузы: – Но, мне бы хотелось только одного – жить со своими родителями той жизнью, которая была у меня раньше.

– Послушай, а если я твоя реинкарнация, значит, и твои родители тоже могут жить в нашем времени? Давай их разыщем! – вдруг спросила Капа.

– Это невозможно. Помнишь, именно ты меня нашла. Только потомки, которые более сильные могут воззвать к своим прошлым воплощениям, – совсем печально ответила Агния.

– Знаешь, в такие моменты нечего сказать и люди просто молятся. Всё вставай, пошли, заберём этого Винни Пуха, сам он от мёда отлипнуть не сможет, и пойдём в храм, который я обещала показать, – сказала Капа, поднимаясь со скамейки.

Глава 26

Они шли достаточно долго, показывая различные достопримечательности города, стараясь поразить Агнию. Наконец тройка дошла до Войскового собора, посвящённому покровителю казаков Александру Невскому.

– Как-то этот храм не выглядит древним, – сказала Агния.

– Сейчас поясню. В нашей хронике были события столетней давности, когда по стране разрушали храмы. К сожалению, новая власть вмешивалась и в вопросы веры людей. Но история, как всегда, расставила всё на свои места. Где храм был ранее, воздвигли новый. Сейчас Алик вынесет нам платки и, покрыв головы, мы зайдём.

В храме шло вечернее богослужение. Аккуратно пробравшись сквозь прихожан Капа провела Агнию к чудотворной иконе Казанской Божьей Матери.

– Это заступница всех матерей, попроси её обрести родителей, – прошептала Капа на ухо Агнии.

Алик и Капа попросили свечи в церковной лавке. Они зажгли их от лампадки и, помолившись за укрепление своего духа в борьбе, в которой они оказались, поставили под образ Богоматери.

Агния стояла, умилённо вглядываясь в образ на иконе. Капа тронула её за плечо: – Нам пора, – сказала она.

Ребята вышли из храма. Капа и Алик перекрестились в поклоне и направились к выходу со двора.

– Нам надо возвращаться, если прабабушка придёт раньше, нам достанется, – сказал Алик.

Они поспешили, сокращая путь различными улочками. Однако прабабушки дома ещё не было. В холодильнике было пусто. В кладовке тоже ничего их не привлекло.

– Мы бы заказали еду на дом, но оплатить без интернета не сможем, – сказал Алик, насупившись.

– Видимо нам придётся наведаться домой, – сказала Капа.

– Прабабушка предупреждала, что мы не должны встретиться с нами сегодняшними, – напомнил Алик.

– Я помню. Но есть-то хочется. У нас на террасе второй вход в дом, как раз на кухню ведёт. Нам всего-то надо забежать в кладовку и взять консервы. Да хлеб из хлебницы прихватить, – сказала Капа.

– Ты кое о чём забыла. Нам надо туда добраться сначала. На машине это полчаса, – сказал Алик.

– У дедушки был велосипед и, по-моему, он всё ещё стоит в сарае, – парировала Капа, направляясь во двор.

Велосипед действительно был, но ржавая цепь сразу показала о невозможности этой попытки. Зато Алик обнаружил под чехлом трёхместный электрический мопед, который наверняка из-за отсутствия места в гараже оставил на хранение кто-то из родственников. Алик поставил аккумулятор на зарядку, и через час они отправились на поиски еды. Подъехав к дому, они тихо прокатили мопед в сад перед террасой. Дома никого не было. Алик взял запасной ключ в гараже.

– Ждите здесь, – сказал он и нырнул в дом.

Через несколько минут Алик выбежал с пакетом и вручая его Капе, сказал:

– Здесь помидоры, яблоки, консервы, масло и колбаса. Я сейчас пойду, поищу что-нибудь вместо хлеба. Хлебница пустая. Может, есть сухарики или печенье.

Он вернулся в дом, а Капа с Агнией начали уплетать колбасу с помидорами, в отличие от Алика, подкрепившегося мёдом, они ели лишь пирожки в обед и их желудки уже давали о себе знать протяжным урчанием.

Вдруг под воротами мелькнул свет фар автомобиля. Калитка открылась, и вошёл отец Капы. Она так давно его не видела, что чуть не бросилась к нему. Но вовремя остановилась, благодаря Агнии, взявшей её за руку. Они глубже отошли под тень деревьев, где в надвигавшихся сумерках их не было заметно. Капа услышала, как открылось окно в спальне брата. «Значит, Алик услышал заезжающую машину и сейчас выбирается из дома» – с облегчением подумала она.

Вдруг Капа увидела себя и Алика, выходящих их машины.

– Кто эти странные молодые люди с бело-фиолетовыми волосами? – спросила Агния.

– Эээээ это мы с братом, это считается красивым, – ответила сконфуженно Капа.

– Теперь я поняла, за что вас прабабушка наказала. Не знаю, кто вас надоумил волосы замарать, но скажу лишь, что этот человек либо безрассудный, либо намерено хотел вам причинить зло. Волосы, покрытые чем-либо несмываемым типа краски, утрачивают свою связь с природой. Через космы, как их мы называем, человек общается с космосом, – возмутилась Агния и спросила: – У тебя сила стала просыпаться только тогда, когда ты избавилась от этого, верно?

Капа напрягла память.

– А ведь действительно, на мои мысленные запросы ответы стали приходить, когда я состригла волосы перед началом путешествия в Град на Волхове, мне Павлина, жена Харлана, подсказала, – вспомнила Капа.

– Мудрая женщина. Она помогла тебе и мне тоже. С такой красотой ты бы меня не нашла, – сказала Агния. Она немного помолчала и добавила, – Красота в ваше время очень странная, чуждая естеству природы. И собак окрашиваете и кошек, сколько мы сегодня таких видели. Их уже и животными назвать нельзя. Да и пользу, какую они приносят? Опять скажешь, что для красоты? На что может подвигнуть такая красота? Разве хочется созидать, глядя на это?

– Ну, это забавно, – ответила Капа.

– Ради забавы вы мучаете животных, расписывая их краской? – спросила удивлённо Агния.

– Нет, я не это имела ввиду. Просто милые мордашки собачек и котиков становятся как бы милее. Смешнее. И от них становиться весело, – сказала Капа.

– Как долго смешно смотря на такую красоту? – не унималась Агния, снова поставив в тупик Капу.

– Ну, может и не долго. Сфотографировали и всё. Можно новую причёску делать, – ответила Капа.

– Это странное занятие. Жизнь очень ценна и скоротечна, чтобы тратить на подобное своё жизненное время, – сказала Агния и умолкла.

Капа решила не продолжать этот разговор. Ей было неловко. Она поняла, что эта маленькая она из прошлого очень толковая девочка, которая видит всё не замыленым взглядом. Капа решила, что когда всё закончится, она обязательно пересмотрит свой образ жизни и уберёт или, по крайней мере, сократит количество занятий, которые забирают у неё жизнь.