Евгения Кретова – Нить Гильгамеша (страница 2)
– Неудачное место для игр в прятки ты выбрала, – пробормотал незнакомец.
Девушка хотела сказать, что не играла, хотела обернуться и рассмотреть незнакомца.
– Тсс, – мягко, но в то же время безапелляционно прошептал молодой мужчина, – не суетись.
Он перенес ее в соседний зал, пристроил в кресло оператора грузового зала, включил полевую защиту – девушка почувствовала, как ее тело окутало приятной и плотной пеленой, и, проверив пульс, исчез, бросив на прощание:
– Только не пропусти свою остановку!
Девушка убрала волосы с лица, вглядываясь в темные силуэты контейнеров, мигающие знаки маркировки. Голова гудела, в виске пульсировала боль, глаза щипало, а по щеке из рассеченной падением брови, стекала тонкая струйка крови. Тошнило и едва хватало сил дышать. В ушах гудело не то из-за разгоняющихся двигателей, не то – после неудачного падения.
Позднее, когда давление в грузовом трюме выровнялось, а кровь, наконец, перестала течь, девушка осторожно встала и вернулась к контейнерам. Она постучала в тот самый, что следовал на Трол, в котором, как она предполагала, спрятался незнакомец, спасший ей жизнь. Но никто ей не ответил. Заглянув внутрь, девушка обнаружила, что контейнер пуст.
Глава 2. «Менандель»
Тело большого круизного лайнера «Менанде́ль» было оплетено тонкой золотистой сеткой защитного поля – судно входило в поле с неблагополучной навигацией: здесь шумели солнечные ветра и серебрились метеорные потоки.
– Лоции загружены, капитан, – старший помощник капитана «Менанделя», молодой темнокожий землянин Рэй Броу, перебросил на центральный пульт данные внешнего сканирования и рекомендованный системой безопасности маршрут. Можно было пройти ближе к Юпитеру, в русле более спокойного фарватера сделать гравитационный манёвр и выйти на заданный курс, не проникая глубоко в Солнечную систему. Но лайнер потеряет лишние семнадцать тонн топлива и два дня пути. А потом еще столько же уйдет на дозаправку в шестом подсекторе.
– Самый малый вперед, – скомандовал капитан Марко Джой.
Ему было чуть за сорок, но на флоте он служил с семнадцати лет – сперва юнгой на почтовом катере. А потому выглядел сильно старше своих лет – годы напряженной работы, опасностей на дальних торговых маршрутах и потеря семьи сделали свое дело. Он был рожден на Кванке – одном из процветающих протекторатов Церианы[4], и должен был построить блестящую карьеру. Но парочка неудачных решений, и последовавших за ними аварий – и он застрял на гражданском флоте в должности капитана. Хорошо хоть не какого-нибудь расхлябанного каботажника, а комфортабельного круизного лайнера. Марко Джой отказался от новомодного управления группой сенсоидов, посчитав, что старые добрые технологии надежнее, оставил на «Менанделе» аппаратное управление. И не надо привыкать к новым людям в экипаже. И никто не будет претендовать на твое капитанское место.
Это был его семнадцатый рейс на борту «Менанделя» – красивое название корабля по имени героини старинной церианской сказки. Менандель была быстрокрылой феей, которую покинул возлюбленный. От горя она сошла с ума, оглохла и ослепла, но сохранила доброе сердце, продолжая помогать смертным до самой своей смерти в утреннем луче Толимана – звезды, до сих пор озаряющей небосвод гордой Церианы.
После этого рейса Марко Джой планировал дать прошение о переводе в транспортный контроль и получить должность менее суетную, но зато более оплачиваемую.
«Я это заслужил».
Золотистое поле вокруг корпуса стало ярче.
– Встречный пылевой поток, плотность сорок единиц, – сообщил Рэй Броу. – Активирую защитные экраны на носовой части.
– Хорошо, – кивнул капитан, соглашаясь. – Продолжайте движение.
«Менандель» плавно развернулся в гравитационном поле Юпитера и направился к выходу из Солнечной системы.
– Фиксирую входящий сигнал, – бортинженер по связи в общем потоке радиосигналов выделил кривую. Перебросил ее на другой экран, очистил от помех. Усилил для расшифровки. – Из диспетчерской тринадцатого сектора.
Капитан бросил короткий взгляд с капитанского мостика, расположенного чуть выше уровня операторов и прямо за спиной старшего помощника. Марко Джой оправил китель, сел в кресле удобнее, придвинул к себе консоль управления. Сверился с утвержденным диспетчерской курсом.
– Что там, Торос, безопасники?
Эти ребята в последнее время сильно мешали работать, то и дело вмешиваясь в навигацию и в одностороннем порядке изменяя маршруты в путевых листах, при том зачастую – в последний момент, когда судно уже начало движение. Особенно злило, что все это проделывалось с раздражающе таинственным видом. Капитан, отзываясь собственным мыслям, скептически скривился. Связист качнул головой:
– Нет, это не стандартное сообщение. Больше похоже на программу. Продолжить расшифровку? – он перевел взгляд на капитана, тот пожал плечами:
– Почему нет. Это ваша работа.
– Так точно, капитан.
Связист ввел личный код и загрузил программу в память искина, чтобы произвести сверку с известными кодировками и распознать сигнал. На мгновение тот пропал с монитора – связист прокрутил вниз джойстик и обнаружил диаграмму сигнала на прежнем месте. Ввел команду дешифровки.
– Плотность встречного пылевого потока сорок восемь единиц. Прямо по курсу – вихревая аномалия. Предлагаю завершить гравитационный манёвр и выйти на траекторию движения в шестой подсектор, чтобы уклониться, – голос картографа справа.
– Выполняйте, – капитан еще раз подумал, что стоило изменить маршрут и потерять эти два дня пути, но сохранить собственные нервы, но тут же отбросил эту мысль – очень уже хотелось завершить этот круиз и узнать про возможности повышения. Марко Джой окинул мониторы перед расположившейся на своих рабочих местах командой. Все проверенные ребята, будет жалко с ними расставаться. Капитан подавил зевок, протер глаза и чуть приподнял предплечья, чтобы снять усталость.
Диаграмма принятого и нерасшифрованного сигнала на мониторе связиста удвоилась. Связист тихо чертыхнулся и запустил отладку, внимательнее вглядываясь в ряды дешифровки, мелькавшие на экране: программа не успевала распознать код, он постоянно удваивался, копируя сам себя наподобие…
– Она копирует саму себя, – пробормотал под нос. И сообщил громче, обращаясь к капитану: – Пойманный сигнал идентифицирую как вирус! Блокирую и зачищаю.
– Хорошо, – капитан кивнул. В этом секторе что только не бродит по инфосети. – И сообщи диспетчерам сектора, чтобы смотрели, что отправляют.
Свет в рубке моргнул и пропал, оставив команду в полной темноте – только слабо поблескивали индикаторы на персональных креониках, закрепленных в пазах браслетов-бромохов. Сработала сигнализация. Под куполом рубки загорелся красный свет.
– Старпом, в чем дело? – Марко Джой активировал вторую линию освещения, погасил красные лампочки под куполом рубки.
– Внешних поломок не зафиксировано, все системы работают штатно. – Запустите отладку.
– Так точно, – старший помощник вывел на экран данные визуального контроля, проверил алгоритмы, доложил: – диагностика активирована. Возможно, сбой программного обеспечения.
Вторая линия освещения мигнула, выплеснув на потолок новую порцию красных аварийных сигналов.
– Аварийку отключите, – чуть более раздраженно, чем следовало, приказал капитан. Он бросил взгляд на связиста, притихшего у своего монитора. Вид у того был озадаченный.
Когда основной рабочий экран ожил после перезагрузки, он первым делом просмотрел пропущенные сообщения сети – система безопасности корабля выделила во всех строках внедрившийся элемент кода. Связист скопировал его и запустил отдельную проверку.
Картограф предупредил:
– «Менандель» в гравитационном поле Юпитера. Точка принятия решения – девятнадцать секунд.
Марко Джой прикидывал, как теперь лучше выйти на маршрут, когда его отвлек от размышлений встревоженный голос связиста:
– Капитан, неизвестный код в системе.
Марко Джой вскинул бровь:
– Ты ведь блокировал вирус и удалил его?
– Так точно, капитан, но вижу, что он успел проникнуть в искин корабля… Пытаюсь выделить поврежденный узел и блокировать его.
– Действуйте!
Марко Джой наблюдал за связистом – тот вводил одну за другой команды, пытаясь заблокировать поврежденные вирусом узлы, но вирус, словно жирный червь, ускользал от него. Мониторы команды окрасились в оранжевый, выбросив окно с предупреждением – «Неизвестный код в системе жизнеобеспечения корабля».
Техник, все это молчавший у своего монитора, сообщил:
– Защитное поле активировано на сто процентов, мощность экранов на максимуме.
Капитан с недоумением посмотрел на техника:
– Зачем? Кто дал такую команду? Немедленно верните показатели к расчетным нормативам…
Работающие на полную мощность экраны – это перерасход энергии, а им еще завершать гравитационный манёвр и выходить на точку переброски.
– Не могу, капитан, – техник торопливо вытер капельку пота, собравшуюся на виске. – Система не отвечает.
– Что с системой?! – Рявкнул капитан, повернувшись к бортинженеру.
Центральный монитор, на котором отражались все команды экипажа, транслировал изображение с внешних визиров и передавал обработанные данные с датчиков, покрылся рябью. Изображение потеряло четкость. Сообщения об отключении или неполадках в системах, сыпались одно за другим. Команда все еще пыталась разобраться с ними, когда старпом сообщил: