Евгения Кретова – Дороги звёздных миров (страница 6)

Катер набирал скорость.

— Мы будем первыми, — пилот оскалился.

Секунды тянулись. Наконец динамик зашуршал, что-то треснуло, будто собеседник поправил микрофон.

— Отставить код ноль один. Повторяю: отставить код ноль один. Всем, кроме СК пятьдесят два тринадцать, вернуться в свои сектора. А вас, пятьдесят два тринадцать, я попрошу остаться, — вкрадчиво добавил диспетчер.

— Да что там? — взвыл Славка, но Виктор и не думал прерываться, точнее — он ещё просто не услышал вопроса.

— Рудовоз аварийный буёк потерял. Самопроизвольный отстрел. Вячеслав, ты ближе всех — тебе и лететь. Нечего ему там болтаться. Не гони только, никакого пожара: за сутки обернёшься. Оставишь буй на Весте, и отправляйся на базу: твой сменщик на подходе. Катер отгонишь в мастерские, на общую профилактику. Как понял? Приём.

— Понял. Подобрать буй, сдать на Весте, отогнать катер на базу, — с наслаждением подтвердил Славка. Получалось, что в обратный путь он тронется чуть ли не на трое суток раньше срока, да к тому же с более удобной Весты.

Восемь часов спустя Славка, осторожно маневрируя, приблизился к дрейфующему бую, вышел в открытый космос, отключил ненужный сигнал и закрепил находку на обшивке: стыковочные гнёзда были заняты его собственным оборудованием. Сделать это могла и Элсси, но нетерпение требовало разрядки. Вернувшись, он особенно тщательно убрал скафандр в ячейку, задал автопилоту курс на Весту и растянулся в кресле всё той же зоны отдыха.

— Элсси, — андроид повернула голову. — Зачем вообще на катере пилот?

— Ты нужен на случай нештатной ситуации, не предусмотренной инструкцией по технической эксплуатации оборудования, — заученно отозвалась та. — Хотя я не могу себе представить ситуацию, по поводу которой не написана инструкция.

— Потому что если бы ты смогла представить такую ситуацию, то и инструкцию бы состряпали, — буркнул Славка. — Можешь приступить к подзарядке.

— Есть приступить к подзарядке, — андроид, клацая магнитными подошвами, дисциплинированно прошла к своей ячейке, щёлкнула замками креплений и подключила разъём. Очередная имитация человека-подчинённого.

— Эх… В следующий раз возьму с собой хомячка. Или кролика.

Идея так захватила, что пилот вызвал файлы библиотеки и некоторое время изучал разнообразные клетки, кормушки и автоматические поилки, предназначенные для содержания питомцев в невесомости.

Посёлок на Весте постоянно расширялся. Славка, предвкушавший свободный вечер в компании незнакомых, но таких желанных собеседников, оказался жестоко обломан: место нашлось лишь у внешнего причала ремонтных доков, да и то на час. Веста вступала в противостояние с Марсом. Транспортники и рудовозы торопливо разгружались, аврально грузились и отчаливали, а на смену им уже подходили другие.

— Извини, летун, — сказал замотанный диспетчер. — Иначе никак. Зато стартовое окно — сказка. Путь кратчайший, ну разве что вильнёшь пару раз, пока не выйдешь из Пояса. Сам там решишь. Так что пользуйся, пока дают.

— Спасибо, — от души произнёс Славка, словно стартовое окно было подарком диспетчера, а не законов движения небесных тел.

Сдав буй, он взял курс на Марс и поменял обои в зоне отдыха: теперь это был горный пейзаж — альпийские рододендроны на переднем плане и синеющие вершины вдали. Какая-нибудь пара недель — и всё, он дома!

Секрет душевного здоровья прост: экипаж должен быть загружен. Ещё в Академии Славка обнаружил в себе страсть к математике, а позже увлёкся рисованием. Однако теперь он маялся: рисунки он начинал и бросал, любимые книги закрывал после первой же страницы. Неожиданным спасением стали сериалы. Лёжа в кресле зоны отдыха, пилот следил за приключениями космических монстров, сперва саркастически, позже — отбросив критичность, словно бы приняв альтернативные законы физики и логики, которыми руководствовались неведомые сценаристы.

Каждый день бортовой компьютер штатно рассчитывал поправку курса. Славка не мог соперничать с компьютером, и всё же каждый раз проглядывал вычисления.

2

— На радаре астероид, — предупредила Элсси.

— Что?! — Славка подскочил, и планшет с загруженным сериалом «Чужие-33» спланировал вниз: ускорение создавало силу тяжести приблизительно в половину земной.

— Посмотри сам, — голос Элсси прозвучал словно бы обиженно. Славка шагнул к пульту: точка на экране с мелькавшими цифрами была тут как тут.

— Данные в навигационной системе отсутствуют, — доложила Элсси. Славка, издав радостное междометие, плюхнулся в пилотское кресло и врубил дополнительные сканеры: неизвестное космическое тело — это не кот начхал.

— Мы пролетим на расстоянии тысяча девятьсот восемьдесят три метра, — уточнила андроид. — Если ты решишь скорректировать траекторию — у нас ещё есть время.

— Да. Рассчитай манёвр сближения, — скомандовал пилот. — Будет лучше сократить дистанцию до километра, а затем вернуться на свой курс.

Неизвестный астероид приближался. Точка на экране увеличивалась, обретала форму. Чересчур правильная.

— Элсси, — пилот сглотнул. — Ты видишь это? Чёрт… Оно же искусственное!

— Этого не может быть, — голос Элсси, как всегда, прохладно-спокойный, заставил сердце забиться ещё быстрее. — Внеземная жизнь в нашей системе невозможна.

— Значит, оно прилетело издалека! Да смотри же!

Славка лихорадочно увеличил изображение: в тёмном пространстве медленно кувыркалась самая настоящая пирамида. Пилот вцепился в подлокотники, чтобы унять дрожь в пальцах.

Поверхность пирамиды испещряли рытвины и сколы. Она была невелика, каких-то пятьдесят семь метров от основания до вершины. Славка колебался доли секунды: экстренное торможение, возвращение к объекту, облёт и новый разгон могли задержать максимум на пару суток. Зато удастся уточнить траекторию движения этой штуки!

— Элсси, — андроид привычно повернула голову.

Это было последнее, что запомнил пилот: гладкая синтекожа бесстрастного лица, правильный греческий нос, синие спокойные глаза под копной медных завитков и безукоризненная шея в вырезе форменного комбинезона.

Сначала ему казалось, что он висит в чернильной пустоте — как потерпевший бедствие с отключённым передатчиком. Затем к пальцам начала возвращаться чувствительность. Перед глазами поплыли цветные пятна, и вскоре Славке удалось сфокусировать взгляд на одном из них: зелёный датчик возвещал, что система регенерации воздуха работает нормально.

— Элсси, что… — но он не услышал своего голоса и не почувствовал губ. Должно быть, всё же ему удалось что-то сказать, потому что лицо Элсси появилось в поле зрения. Глаза андроида, тревожно расширенные, казались совершенно человеческими. Славка разглядел крапинки на радужке. Губы Элсси шевельнулись — видимо, она что-то говорила. Пилот покачал головой, Элсси исчезла и появилась снова — с инъектором.

— У тебя шок и сотрясение мозга, — на этот раз он услышал, но как сквозь вату. — Потерпи. Сейчас пройдёт. Системы работают нормально, полёт проходит в штатном режиме.

— А пирамида?

— Какая пирамида?

— Ну астероид же! В форме пирамиды! Тот, который мы видели!

Элсси помедлила.

— Я не помню никакой пирамиды. Знаю только, что ты был без сознания больше трёх часов.

— Как?!

— Не знаю. Произошёл сбой компьютера. Потребовалась перезагрузка. Мой процессор тоже перезагрузился.

— Торможение! Мы должны вернуться!

— Мне очень жаль, — тон Элсси был мягким. — Логи за последние сутки потеряны. Если ты что-то видел — мы его уже не найдём.

— Как не найдём? — пилот дёрнулся и понял, что пристёгнут ремнями безопасности. Понял он и другое: данные о коррекции курса, проведённой сутки назад, тоже не сохранились. Надежда оставалась только на…

— А данные наблюдений? Скорость, траектория? Хотя бы то, что есть!

— Последние сохранённые файлы датированы вчерашним вечером.

— Ох! — Славка поник. — Это было что-то необычное. Открытие, понимаешь? Я такого никогда не видел!

— Мне очень жаль, — повторила Элсси.

— Ладно, — буркнул пилот.

По крайней мере, его воспоминания были при нём: человеческий мозг оказался надёжнее электроники. Утешало не слишком.

— Если эта штука — источник электромагнитной аномалии, тем более надо внести её в лоции, — выдавил он. — Эх! Говорят, раньше бортовые журналы писали на бумаге.

И всё же что-то не давало покоя. Что-то тут было не то.

К вечеру головная боль отступила, а вот непонятная тревога — нет. Славка провёл штатную коррекцию курса и отключил двигатели: через три дня можно будет начать торможение. Чувствуя, как в наступившей невесомости кровь приливает к голове, пилот внезапно понял, что именно было не так.

— Элсси!

Лицо андроида — привычное и незнакомое одновременно, безмятежное, но с лёгкими складочками сжатых губ.

— Да?

— Элсси, я не понимаю. Как же это: сотрясение мозга — но я не чувствую никакого повреждения. Ни шишки, ни ссадины. Нет ушиба. Объясни!

Если бы он не впивался взглядом в это лицо, не искал жадно — наверняка не придал бы значения едва заметному прищуру, неуловимой паузе:

— Я не знаю. Может, это был электромагнитный удар?

— А почему ты сказала о сотрясении?

— Мне так показалось.