Евгения Корешкова – Если сможешь - забудь (страница 16)

Зенднор наблюдал за всем этим молча, предпочитая не вмешиваться.

Тем временем в рубку управления начали по одному сходиться другие члены экипажа не занятые на дежурствах, в основном молодежь. Вид у многих был действительно не очень-то бодрый, но улыбки сияли на каждом лице, потому что состоялся маленький праздник — прелюдия торжества возвращения.

При виде некоторых, особо плохо выглядевших личностей, Даген не забывал хитро подмигивать Аринде, постепенно приобретающей праздничное настроение.

Сейчас начнется корректировка курса на Даярду, еще немного, еще один такой же кошмарный переход, и «Аргон» будет дома, у долгожданной цели.

Вечером, когда молодежь азартно плескалась в бассейне, по внутренней связи раздался голос Зенднора:

— Внимание экипажу! Через полчаса первый сеанс связи с Даярдой. «Аргон» входит в зону уверенного приема сигналов.

Сеанса связи с Даярдой ждали, собравшись всем экипажем в центральном зале, весело переговариваясь и поглядывая то на часы, то на большой экран, поверхность которого пока бороздили только зигзаги помех. Но вот они исчезли, и глазам экипажа открылось лицо молодой женщины. Светлые, почти белые волосы пушистой волной лежали у нее на плечах, и под ними угадывался стоячий воротничок форменной одежды КНОЛа. Женщина чуть улыбалась и казалась всем очень красивой, ведь она олицетворяла сейчас всю Даярду. Она и обратилась к экипажу, как к своим детям:

— Даярда приветствует своих джанеров! Мы рады удачному возвращению экспедиции. — И, чуть помедлив, произнесла уже без улыбки, — У службы КНОЛ есть просьба к «Аргону». Сегодня утром получен сигнал бедствия с транспортного корабля «Бэренна». У них отказала настройка координационного блока навигации. Они не могут выйти в гиперпространство, и вынуждены совершить посадку на планете Большого Атласа — ДСР-82-116.

«Аргон» — единственный корабль подходящего класса, идущий в обычном режиме в зоне уверенной связи. Служба КНОЛ просит оказать помощь «Бэренне» и, если ремонт невозможен, то, хотя бы, снять оттуда экипаж. В экипаже десять человек. Повторяю координаты планеты: Большой Атлас ДСР-82-116. Даярда надеется на вас, — и улыбнулась. — До связи.

Некоторое время в зале стояла тишина. Вот так. Просьба службы КНОЛ, звучащая, как приказ. Прощай, мечта о скором возвращении домой.

Зенднор поднялся и произнес:

— Внимание экипажу. — Сказал вроде бы негромко, но шумок, возникший, было, в зале от обсуждения сеанса связи, сразу стих. — «Аргон» выходит на новый маршрут. Дагену рассчитать координаты точки выхода. Режим смен обычный. О начале прыжка будет сообщено дополнительно, а сейчас все свободны.

Такая новость, конечно, стоила обсуждения. Полет продлевался на неопределенный срок.

Даген ушел одним из первых. Сейчас от его расчетов зависела точность прыжка через гиперпространство. «Аргону» было нужно вынырнуть как можно ближе к этой планете, и в то же время избежать гибельного столкновения с ней или с ее спутниками. Он зашел в столовую, выпил два стакана тонизирующего напитка и, захватив с собой еще один, отправился на свое рабочее место и начал уже вводить данные в компьютер, когда запищал сигнал вызова на браслете. Даген про себя выругался и, нажав кнопку, услышал голос Аринды.

— Даген, извини, я помешала?

— А ты как думала? — не сдержался навигатор, — что у тебя там, говори скорее.

— Повтори, пожалуйста, номер этой планеты, мне кажется, что я неточно запомнила. Мы с Гадаром сейчас в библиотеке, хотим посмотреть подробнее, что она из себя представляет.

— Большой Атлас, — медленно и четко диктовал Даген, — класс «Д», то есть — дальние, СР — средний радиус, 82-116, запомнила?

— Ага, спасибо. — и отключилась.

Большой Атлас содержал данные о планетах не только входящих в Межгалактический Совет, но и тех, которые были когда-то исследованы или просто зарегистрированы любыми кораблями из входящих в Межгалактический Совет Звездных Систем.

Аринда быстро ввела в компьютер нужный номер, и Гадар, опережая ее, стал вслух считывать с экрана появляющиеся строчки:

— Планета ДСР 82-116, название на интерлекте Лэста, кислородосодержащий тип атмосферы, среднегодовая температура + 26. Флора по типу субтропической. Население — люди. Цивилизация на уровне общинно — племенного развития. Религия языческая. Количество материков — один. Контакт, в том числе торговый, установлен с племенами южного Южного побережья материка. Отношение к контактерам — спокойное, сильно выраженная агрессивность отсутствует.

Вот так. Погуляем, отдохнем, пока эту «Бэренну» ремонтируют. Аль, ты согласна на океанскую прогулку?

Это земное Сергеевское «Аль» как-то сразу привилось на «Аргоне» по отношению к Аринде в неофициальных случаях. Она воспринимала это как должное.

— А если у них в океане какие-нибудь ящеры водятся? — смеясь, ответила она, поднимаясь из-за стола.

— Вот, на месте и выясним. Я разрешу тебе купаться, а сам буду тебя охранять.

— Тоже мне, охранник нашелся! Я сама в состоянии себя охранять, да и тебя при случае.

Они стояли, друг против друга и переругивались, пока Гадар не взмолился:

— Аль, ну как ты не понимаешь! Я же мужчина, в конце концов, я за тебя отвечаю.

— Это еще почему? — не унималась Аринда.

— Да потому. Вот дай только вернуться на Даярду, я сразу с космодрома повезу тебя к себе домой и скажу: вот самая лучшая девушка во Вселенной. И не перебивай меня сейчас! Я приглашу на нашу свадьбу весь экипаж и всех наших друзей. И это будет самая красивая свадьба, а ты — самая красивая невеста. А потом…

— А потом ты запретишь мне летать, — не удержалась, съязвила Аринда.

— Да уж, тебе запретишь, — вздохнул Гадар. — Но из десантной группы ты уйдешь, все равно. Я не позволю тебе рисковать жизнью. Зенднор найдет тебе работу внутри «Аргона». Я еще не знаю, какую именно, но никакого десанта тебе больше не предвидится, не рассчитывай! Но зато у нас будет семейная каюта, как у Зенднора с Денирой, и ты будешь встречать меня в шлюзовом отсеке, когда я буду возвращаться с заданий, а еще…

Аринда выслушала все это, не перебивая, только потому, что на какое-то время застыла с приоткрытым ртом, оцепенев от такой наглости. Но потом, буквально взорвалась:

— А я тебе пока не жена, так что мной командовать нечего ни сейчас, ни потом! Слишком много хочешь! Если боишься риска — переводись на орбитальную станцию и торчи там безвылазно, трус несчастный!

— Да я что за себя, что ли беспокоюсь? — откровенно оскорбился Гадар, — да за тебя, бесшабашная!

— А за меня нечего беспокоиться! Я, как ни будь, без твоего беспокойства обойдусь! — яростно выкрикнула Аринда, сжимая кулаки, и бросилась вон из библиотеки, едва не сбив в дверях Тагира, который успел прижаться к косяку, пропуская девушку.

— Что у вас произошло? — спросил он у Гадара, стоящего с обречено опущенной головой.

— Ничего, — произнес парень, но таким голосом, что Тагир быстро наклонился, заглядывая к нему в лицо и, естественно, увидел подозрительный блеск глаз и предательски дрожащие губы.

— Да ты что, в самом деле? Ну-ка, иди сюда! — искренне изумился Тагир, увлекая парнишку за собой на диван, и сам сел, поджав под себя правую ногу и, подперев кулаками подбородок. — Давай, рассказывай, в чем все-таки дело. — Тагир слушал, не перебивая, а когда Гадар закончил, переплел пальцы на левом колене и, криво ухмыляясь, покачал головой:

— Да. Ты, действительно, хватил через край.

— Так ты хочешь сказать…

— Вот именно. Ты был не прав.

— Это еще почему? — не унимался Гадар.

— Да потому, что ты потребовал невозможного. Ты хотя бы иногда можешь сначала думать, а потом говорить? Если тебе нужна смирная жена, поискал бы ты ее на Даярде, а не здесь.

— Но я люблю Аринду!

— Одной любви мало! Научись уважать ее как личность. Она не просто девушка — она джанер! И то, что ты называешь риском — ее жизнь, причем обычная, повседневная, выбранная чуть ли не с детства! Если бы она хотела чего-то другого, то пошла бы не в Джанерскую Школу, а куда-нибудь еще.

Тагир говорил жестко, ничуть не жалея растерянного парня.

— Я постарше тебя, причем почти вдвое, так что будь другом, пойми, что перевоспитывать Аринду бесполезно. Такая птичка не для клетки. — И, растерянно улыбаясь, развел руками. — Я не знаю. Но, по-моему, запрещать ей, жить нормальной, с ее точки зрения, жизнью, это все равно, что пытаться удержать ветер… — И повторил: — Я не знаю. Серьезно, не знаю, как тебя еще убеждать… — Он умолк, хлопком соединив ладони.

— И что же мне теперь делать? — обречено спросил Гадар, глядя в лицо собеседнику.

— Мириться, дурень, — поднимаясь, посоветовал Тагир, и неторопливо пошел вглубь библиотеки. Здесь, на закрытых стеллажах хранилось множество интересных вещей: отчеты прошлых экспедиций, различные информблоки с фильмами художественными и документальными, музыкальными подборками, и, конечно книги. Можно было ввести данные о нужной книге в компьютер и слушать запись текста. А можно просто достать с полки старый томик и листать потрепанные страницы. Кому как нравилось.

Тагир не воспользовался компьютерным каталогом с указателями номеров стеллажей, видимо знал, где находится, то, что ему нужно. Вернулся он очень скоро, и в руках у него была не книга. Он нес Черный Альбом. Опустившись на диван рядом с Гадаром, он положил Альбом к себе на колени и осторожно провел рукой по обложке, стирая несуществующую пыль. На черной, цвета космоса, ткани был вытиснен серебряный джанерский значок и внизу одно единственное слово «Аргон».